Ученик Рун
Шрифт:
— О! Господин Осиор! Прошу! — Острец уже стоял посреди зала, встречая позднего гостя.
«Смотрите, учатся. Наблюдают за улицей, или за домом?», — подумал Осиор, но проследовал за вором в его комнату–кабинет.
— Чем обязан? — спросил Острец. — Насколько мне известно, все воры и душегубы обходят улицу, где стоит ваш дом, стороной, да и касательно Рея я доходчиво донес до всех и вся…
— Я тут не касательно своего ученика, Ян, — спокойно ответил Осиор, устраиваясь в гостевом кресле.
Хозяин
— Чем могу быть полезен, господин Осиор? — заискивающе спросил Острец.
По глазам вора маг видел, что этот визит ему — как кость в горле. Вор и так уже нехило прогнулся под Осиора, когда позволил ему судить грабителей на свое усмотрение, а теперь — эти визиты.
— Скажи, Ян, ты бы хотел, чтобы я больше никогда не появлялся в этой комнате? — вопросом на вопрос ответил Осиор.
— Было бы неплохо, — с усмешкой ответил Острец.
— Тогда у меня есть небольшое поручение. Совершенно по твоему воровскому профилю. И я забуду дорогу в этот трактир.
— У меня есть некоторые сомнения… — начал Ян.
Чтобы трибунальный истигатор забыл о твоем существовании? Цена и в самом деле должна быть колоссальная.
— Никакого подвоха, Ян. Ты, наверное, уже слышал, что у меня есть некоторые трения с местной управой… — начал Осиор, внимательно наблюдая за реакцией вора. — Так вот, сегодня вечером мы схлестнулись с управом вновь…
— Да, я в курсе, — показал свою осведомленность Острец.
— Тогда ты понимаешь, к чему все идет, — продолжил Осиор. — Я хочу, чтобы ты сделал так, чтобы ни единое письмо от управы не достигло столицы и Круга.
— Трибунальный истигатор нарушил Устав? — вырвалось у вора.
— Скорее, поясной маг, — с нажимом сказал Осиор, — не хочет к себе лишнего внимания. На прямое нарушение Устава я не способен, ты должен это понимать.
— Значит, перехватывать гонцов? Как именно? Может?…
Острец провел пальцем на уровне горла, от чего Осиор только поморщился.
— Нет, Ян, не надо никого резать. Достаточно на первом же перегоне посадить пару девиц и ребят, которые встретят посыльного. Напоить, уложить в постель, а в это время вытащить письмо и подменить его чем–нибудь незначительным… Я же полагаю, управские печати для тебя не проблема?
На этих словах вор только усмехнулся, пряча гнилые зубы в кубке с вином.
— Не проблема. И как долго мне этим заниматься?
— Скоро я покину Нипс. Несколько месяцев — не больше. И если все пройдет гладко, то мы больше никогда не встретимся.
Острец покачал кубком в руке, после чего резко протянул Осиору ладонь, на которую маг посмотрел чуть ли не брезгливо.
— Мы должны зафиксировать наш уговор,
— Хорошо, — ответил маг и ударил по ладони вора, — договорились.
— Договорились, — повторил следом Острец, наблюдая, как Осиор встает из кресла. — А что делать с письмами?
— Сжигайте, — уже в дверях бросил Осиор. — Там нет ничего секретного, просто кляузы на меня в акрильсерский круг.
Вор только согласно кивнул. Сжигать, так сжигать. Даже если внутри будут указания, как найти затерянные сокровища магов древности, он предпочтет этого не знать. Ведь больше никогда не видеть на своем пороге истигатора — стоит намного дороже.
Утро началось странно. Сначала я столкнулся в бане с Витати — так по словам учителя звали рабыню. После ухода управа и работорговца девушка пришла в себя, и Осиор довольно долго беседовал с ней в своем кабинете и накануне мы не пересекались.
А вот прямо сейчас Витати таскала себе воды, выгнав прочь ребят, что ночевали в бане. Я решил, что ей помыться важнее, так что, фыркая от холода, поплескался в бочке, что стояла тут же, во дворе.
А потом начался завтрак.
Я уселся на свое привычное место — напротив учителя, во втором торце стола. Витати же, одетая сейчас в рубашку и штаны, устроилась слева от Осиора, а еще к утреннему приему пищи присоединился Ирман, хотя делал это слуга крайне редко, завтракая намного раньше, чем поясной маг.
— Ну что, вся шайка в сборе, — довольно возвестил Осиор, отламывая от свежей буханки хлеба ломоть, — давай, Ирман, раскладывай всем. Что у нас сегодня? Каша! С яйцами и салом! Ух, отлично!
Краем глаза я заметил, что Витати держалась за столом намного увереннее, чем я когда–то. Спокойно протянула Ирману тарелку, ловко взялась за ложку, спокойно поставила перед собой чашку с горячим чаем, что тут же налил слуга, запить. И откуда набралась? Если бы я не знал, что минимум последний год она провела в рабстве, питаясь чуть ли не из корыта, я бы посчитал, что за нашим столом сидит смуглокожая горожанка, а не вчерашняя рабыня.
«Она все еще в рабстве, Рей. Ты забыл?», — гаденько спросил внутренний голос, от которого я только мысленно отмахнулся.
Я не рабовладелец. Мы с учителем спасли ее. Она — дикий маг, такой же, как и я.
Руна Вун, которой владела Витати, меня будоражила. Белая руна! Это же какой силой она обладает, раз может свободно колдовать двадцать вторую руну ряда? Да еще и дикую? Из меня дикий Ур выкачивал силы, будто я был дырявой бочкой, так каково же было Витати? И на что она способна, как маг? И что планирует делать учитель? Взять ее в ученики? Мы будем учиться вместе?