Ученик
Шрифт:
— Ага, — добавил Мичем, — а также отродье какого-то демона из самого глубокого круга ада. Чернее его магии не бывает, так что даже проклятые жрецы Лимс-Крагмы боятся ступить ногой на его остров.
Гардан рассмеялся.
— Хотел бы я увидеть волшебника, который мог бы испугать жрецов богини смерти. Он, должно быть, могущественный маг.
— Это все рассказы, Паг, — сказал Калган. — Мы знаем о нем только то, что когда гонения на магов в Королевстве достигли своего верхнего предела, Макрос сбежал на этот остров. С тех пор никто не плавал ни туда, ни оттуда.
Паг
— Макрос очень стар, — продолжил Калган. — Как он так долго остается в живых, знает только он сам, но он живет там больше трехсот лет.
— Или там жило несколько людей с одним и тем же именем, — усмехнулся Гардан.
Калган кивнул.
— Возможно. В любом случае, достоверно о нем ничего не известно, только байки моряков. Подозреваю, что даже если Макрос и занимается темной стороной магии, его репутация сильно преувеличена, возможно, им самим, в поисках уединения.
Раздался громкий треск, и все замолчали. Каюта покачнулась, и Мичем сказал то, что было у всех на уме:
— Надеюсь, мы сможем пристать к острову Колдуна.
Корабль заплелся в южный залив острова. Им нужно было ждать, пока утихнет шторм, прежде чем можно будет послать ныряльщиков осмотреть повреждения корпуса.
Калган, Паг, Гардан и Мичем вышли на палубу. Погода была получше: скалы смягчали ярость шторма. Паг подошел к капитану и Калгану и посмотрел на верх скал, были направлены их взоры.
Высоко над заливом стоял замок, контры его высоких башни вырисовывались тусклым дневным светом на фоне неба. Замок был странным, его шпили и башни торчали вверх, как какая-то когтистая лапа. Он был темным, кроме одного окна, сияющего голубым пульсирующим светом, как будто обитатель поймал молнию и заставил работать.
Паг услышал, как Мичем сказал:
— Там, на утесе. Макрос.
Три дня спустя ныряльщики показались из-под воды и прокричали капитану, как они оценивают повреждение. Паг был на главной палубе вместе с Мичемом, Гарданом и Калганом. Принц Арута с отцом стояли рядом с капитаном, ожидая вердикта о состоянии корабля. Над ними кружили чайки, высматривая объедки и мусор, принесенные в эти воды кораблем. Зимние штормы плохо поддерживали скудное питание птиц, и корабль был желанным источником пищи.
Арута спустился к остальным на главную палубу.
— На ремонт уйдет полтора дня, но капитан считает, что до самого Крондора будет ясно. На пути отсюда у нас не должно возникнуть проблем.
Мичем и Гардан бросили друг на друга многозначительные взгляды. Не желая упускать возможность, Калган сказал:
— Мы сможем выбраться на берег, Ваше высочество?
Арута потер свой чисто выбритый подбородок рукой в перчатке.
— Да, но ни один матрос не сядет на весла, чтобы отвезти нас.
— Нас? — спросил маг.
Арута улыбнулся своей кривой
— Я уже по горло сыт каютами, Калган. Я хочу размять ноги на твердой земле. Кроме того, без присмотра ты бы весь день бродил по местам, где тебя ничто не касается.
Паг посмотрел вверх, на замок. Маг заметил его взгляд.
— Мы будем держаться подальше от замка и дороги с берега, ведущей наверх. Рассказы об этом острове говорят только о тех неприятностях, что постигали тех, кто пытался войти в чертоги колдуна.
Арута подал знак матросу. Приготовили лодку, и четверо мужчин и мальчик забрались в нее. Матросы, потные, несмотря на холодный ветер, все еще дующий после шторма, перетащили лодку через борт и опустили на воду. По взглядам, которые они бросали на гребень скал, Паг понял, что они потеют вовсе не из-за погоды.
Как будто читая его мысли, Арута произнес:
— Может, на Мидкемии и есть племя суевернее матросов, но я не берусь сказать кто.
Когда лодка была на воде, Мичем и Гардан отбросили канаты, свисающие со шлюп-балок. Двое мужчин неуклюже взяли весла и принялись грести к берегу. Вначале темп был неровным и сбивчивым, но под осуждающими взглядами принца и после нескольких замечаний о том, как это люди могут всю жизнь прожить в приморском городке и не уметь грести, лодка наконец пошла как должно.
Они пристали к песчаному берегу небольшой бухточки, отделяющему скалы от залива. Наверх, к замку, бежала тропка, пересекающаяся с другой, ведущей вглубь острова.
Паг выпрыгнул из лодки и подтянул ее к берегу. Когда дно легло на песок, вышли остальные и стали разминать ноги.
Пагу казалось, что за ними наблюдают, но когда он оглядывался по сторонам, в пределах видимости не было ничего, кроме скал и нескольких чаек, которые зимой жили в трещинах в скале.
Калган с принцем внимательно оглядывали тропы, ведущие с берега. Маг посмотрел на тропу, ведущую прочь от замка колдуна, и сказал:
— Ничего дурного не будет, если мы пойдем по этой. Пойдем?
Многие дни скуки и пребывания в замкнутом пространстве перевешивали ощущаемое ими какое бы то ни было опасение. Резко кивнув, Арута пошел вверх по тропе.
Паг шел последним, за Мичемом. Широкоплечий крестьянин был вооружен мечом, на котором лежала его рука. Паг держал в руках пращу, потому что все еще не чувствовал себя с мечом уверенно, хотя Гардан и давал ему уроки по возможности. Мальчик рассеянно теребил пращу, глаза его изучали открывающуюся перед ними сцену.
Идя по тропе, они спугнули несколько группок зуйков, ржанок и других птиц, живущих на берегу. Птицы взлетели, как только подошли люди, и недовольно чирикая закружились над своими насестами. Как только путники прошли, они вернулись на не особо удобный склон холма.
Они взобрались на первый из нескольких холмов. Тропа ныряла за следующий, и Калган сказал:
— Она должна вести куда-то. Идем дальше?
Арута кивнул, а остальные ничего не сказали. Они продолжили путь и наконец пришли к маленькой долине между двумя рядами низких холмов. Внизу были какие-то строения.