Удар молнии
Шрифт:
А что, если заложить под машину фугас? Для этого у меня есть двести граммов «изделия 2547» — пластиковой взрывчатки, примерно в полтора раза более эффективной, чем пластид. Есть четыре дистанционных взрывателя. Есть для них передатчик с радиусом действия в три с половиной мили. Есть комплект для изготовления мины узконаправленного действия, элементарный, будто конструктор «Лего». Все есть у меня! Прямо здесь. С собой. Я соберу взрывное устройство с магнитным креплением менее чем за час. И останется лишь установить его под днищем «Уазика», когда тот выезжает на «материк». И привести в действие,
У меня аж вспотели ладони. Все казалось таким гладким и сладким. Я даже готов был от счастья расплакаться. Но вместо этого заставил себя собраться и начал искать возможные подводные камни такой операции. Их обнаружилось два.
Во-первых, пока белобрысая девка лазает по магазинам — если она вообще закупает продовольствие там, — водитель-пилот может болтаться вокруг машины и наблюдать, чтобы никто, такой же умный, как я, не учинил никакой пакости со взрывчаткой. Не удивительно, если ему на этот случай даны инструкции.
Во-вторых, я три раза видел, как «Уазик» въезжает через ворота. А вот что происходит до этого? Возможно, что перед КПП есть смотровая яма. Или охранник обходится зеркалом? Или дает одной из собак понюхать машину? А ведь специально обученная собачка, даже доберман-пинчер, легко учует взрывчатку.
Я призадумался. Обнаружив под машиной мое устройство, сразу же в сотни раз усилят режим охраны. Если вообще не эвакуируют академика с острова. И операция будет провалена. Останется возвращаться домой.
Как ни странно, я этого не хотел. И пришел, к решению, что послезавтра отправлюсь на другой берег озера и выберу наблюдательный пункт недалеко от понтона и КПП. Прослежу за тем, как «Уазик» въезжает в ворота, и что с ним перед этим проделывают. А пока у меня есть еще один день для наблюдений. И для неспешных раздумий. Вдруг придет в голову что-нибудь поинтереснее, чем бомба под днищем машины. Или неожиданно изменятся обстоятельства. Или…
Впрочем, чего гадать? Пора идти и залезать в свою норку. Поближе к «Сваровски». Поближе к пищевому концентрату, будь он неладен. И к бутылке с вонючей водой…
— Зато там тепло, — похвастался я перед соснами. — И сухо. И. нет комаров.
Сосны вздохнули, пошелестели хвоей и ничего не ответили.
А я поднялся с мокрой травы, засунул в карман блокнот и не спеша поплелся по направлению к озеру.
Никто ничего не проверял! Охранник даже не вышел из своей будки. Просто нажал на кнопку, и ворота со скрежетом отъехали в сторону. «Уазик» весело фыркнул и вкатил на территорию.
В этот момент я лежал в высокой траве всего в ста метрах от КПП. Лежал уже пятнадцать часов с шести утра, когда пробрался сюда йод покровом густого тумана — он снова плотно укутал озеро и его берега. За это время все мои развлечения свелись лишь к тому, что удалось понаблюдать за девчонками, которые в полдень вышли за проходную, перебрались на берег по гулкому понтонному мосту и сразу уселись метрах. в тридцати от меня собирать чернику. Три часа я трясся от страха, ожидая того, что в конце концов, они на меня наступят. Но, к счастью, я устроился в стороне от черничника, и девчонки кружили рядом, развлекая меня
Ровно в три часа дня девчонки наткнулись на змею, повизжали немного и решили от греха подальше убираться домой. Я снова остался один. Ровно на час. В четыре ворота отъехали в сторону, и пунктуальный «Уазик», гремя настилом понтона, отправился в путешествие за продуктами. За рулем сидел все тот же водила-пилот, рядом с ним — белобрысая девка.
После этого я позволил себе расслабиться и, загадав проснуться ровно через четыре часа, задремал. И очнулся в десять минут девятого. Как из пушки! Спасибо за такие способности, господин Голоблад.
Очень хотелось есть. Я не отказался бы сейчас даже от концентрата. А еще больше хотелось пить. Но я не брал с собой сюда никакого балласта, в том числе даже воду, рассчитывая на ручейки и лужи. И на то, что обучен терпеть маленькие неудобства. Вот дождусь «Уазика», осторожно снимусь с места и, отойдя подальше, напьюсь из озера.
Машина появилась без пятнадцати девять. Погремела понтоном, гнусаво бибикнула перед воротами и вкатила внутрь.
Никто ничего…
Я понял, что эту битву выиграю! Академику Кезамаа осталось жить не больше недели. Что за дурацких охранников он себе набрал? Или я чего-нибудь не понимаю? Чего-нибудь не учел? Недооцениваю противника?
Я осторожно, буквально со скоростью метр в минуту переместился за толстую раздвоенную сосну, а там уже гораздо смелее отполз за пределы видимости охранника с КПП или возможных камер слежения. Распрямился и бодро пошагал в лес. Теперь до следующей встречи с «Уазиком» мне предстояло два дня выходных, и проводить их среди скал под маскпокровом я был не намерен. Хотя вернуться туда сегодня мне предстояло. Надо было забрать кое-какие вещички. Например, 2547-ю взрывчатку. Детонаторы. Конструктор «Лего». Магниты… Поесть, наконец. И идти к «Москвичу». Почти налегке. Почти как на прогулке.
Действительно, как на прогулке. Когда в семь утра я устроился за рулем своего зеленого друга, — то почти не ощущал усталости. Только приятно гудели ноги. И слипались глаза. Немудрено. За двое суток я спал всего четыре часа. И памятуя о том, как чуть не вылетел за обочину по дороге сюда, решил не форсировать событий и выспаться. Откинул до упора пассажирское кресло, удобно растянулся на нем, и сразу перед глазами возник мой знакомый заяц.
— Привет! — обрадовался я. — Чего-то давненько тебя не видел.
Заяц вздохнул:
— А-а-а… — и безнадежно махнул пушистой лапой. — Геморрой… Как там твоя татарка? Алина, кажется? Да?
— Ничего. — Я подумал, что это слишком размытый ответ. Заяц его недостоин. — Мы не виделись уже больше недели. Она сейчас в Питере. А я же в Карелии.
— Поня-я-ятно, — растянул слово заяц. — Ты позвони ей, блин, что ли… В натуре, Славка. Позвони ей. Лады? — Он снова вздохнул. — А то что-то не нравиться мне, как там у нее делишки. — И пропал. Наверное, опять убрался под куст.