Удар в сердце

Живой Алексей Я.

— Не забудьте охрану выставить у кораблей, — напомнил он командиру периеков, покидая гавань, поскольку сам не участвовал в этом гульбище, — а то спьяну как бы не спалили что-нибудь.

— Я все сделаю, — поклонился командир периеков, на котором лежала обязанность охранять бирему с разобранными баллистами и контролировать охрану остальных триер, которую должны были обеспечить патрули из самих команд.

Когда Тарас, направившийся в обитель Темпея, где он рассчитывал быть уже затемно, шагал по горной тропе в сопровождении своих телохранителей, ему вслед донесся еще один вопль: «Слава Гисандру!!!» Он невольно ухмыльнулся и, остановившись, бросил взгляд

назад. Там, вдоль берега горели костры, и шумела пьяная толпа. Только начавшееся веселье входило в самый разгар. «Теперь они будут славить меня до утра. Как мало этим пьяницам надо для счастья, — подумал он и, поправив плащ на плече, зашагал в ночь, — главное, чтобы Иксион не слишком ревновал».

Но раздавшийся вслед за этим крик «Слава Иксиону» его немного успокоил.

Наутро, выяснив, что у Темпея сделано еще недостаточно много горшков, Тарас приступил ко второй части своего плана подготовки тайного спартанского флота. Он решил начать подготовку бойцов, которым предстояло стать морскими пехотинцами. А для этого требовалось собрать их всех вместе, и для начала он решил это сделать на берегу.

На рассвете Гисандр отправил гонца в бухту с приказом всем бойцам пехотных подразделений немедленно покинуть корабли и прибыть в горный лагерь Иксиона, где он будет их ждать. Это касалось солдат со всех кораблей, а не только с тех, на которых он выходил вчера в море. «Надеюсь, хоть не все они будут пьяны, — подумал Тарас, сам выступая с места ночевки по тропе, еще затянутой утренним туманом, — тяжело с непривычки, но пусть привыкают. Это армия, сынки».

Прибыв первым к месту сбора, Тарас, которого здесь уже давно знала вся охрана и пропускала везде почти так же, как и самого Иксиона, тщательно осмотрел прилегавшие к горному лагерю долины. В конце концов он нашел-таки поле, подходившее ему. И когда на перевале появились первые отряды будущих морпехов, он направил их к новому месту сбора.

Поле было не очень большим, но достаточно плоским, чтобы выстроить на нем несколько сотен человек. Тропинку, которая вела по центру долины, с одной стороны подпирали каменные сбросы, а с другой — пологие холмы. Пока потенциальных морпехов у него было всего на семь кораблей, на каждый из которых приходилось в среднем по семьдесят или даже восемьдесят человек. Кое-где было по шестьдесят. Итого пятьсот с лишним головорезов, собранных отовсюду, которых предстояло обучить искусству спартанского боя.

— Все, кто пришел, пусть выстроятся по командам своих кораблей, чтобы я мог сразу различать вас, — приказал Тарас, за спиной которого полукругом стояли его верные «спецназовцы», а за ними отряд из двух десятков периеков, — именно так вам и предстоит биться.

Однако слово «выстроиться» эти бойцы все еще понимали не с первого раза и вдобавок каждый по-своему. Поэтому, когда они выполнили команду Гисандра, ему предстало живописное зрелище, только в общих чертах напоминавшее строй гоплитов. Это было семь отрядов, сбившихся в кучу и ставших не четким прямоугольником, а каким-то полукругом.

— Отлично, — тихо проворил Тарас так, что его никто не расслышал, — а теперь будем делать из вас солдат.

Он сделал шаг вперед, подняв свой щит и копье. Но, прежде чем отдать команду, призадумался. Сначала он хотел приказать всем встать привычной ему фалангой, но биться предстояло на море, а не на суше, и в этом случае, слившись, исчезли бы все «команды» кораблей. Нужно было как-то сохранить этот принцип. И тогда он приказал то, что пришло ему на ум первым.

— Каждый отряд, —

громко объявил он, вскинув копье, — должен встать ровно, по двадцать человек в ширину и четыре в глубину. И не сливаться с соседним. Выполнять!

Когда пираты, не без разговоров и взаимных тычков, кое-как разобрались, Тарас увидел перед собой совсем другую картину. Рассредоточившись поперек всей долины, воинство почти перегородило ее. Однако не успели все успокоиться, как неожиданно, за спинами метавшихся пиратов, Тарас вдруг разглядел еще несколько отрядов, приближавшихся к месту сбора. Их шлемы, мечи и щиты блестели в лучах солнца, давно разогнавшего утренний туман. Подойдя сзади к выстроившимся порядкам, они загомонили, пытаясь пробить себе дорогу. Едва не началась потасовка, и только вмешательство Тараса угомонило всех.

— Кто такие? — спросил он, приблизившись к командиру одного из прибывших отрядов.

— Иксион приказал нам прибыть сюда, господин Гисандр, — ответил тот, держась за кожаный пояс, — мы пришли служить под твоей командой бойцами на кораблях.

— Отлично, значит, пополнение, — кивнул Тарас, — вы вовремя. Сколько вас прибыло?

— На целых три корабля хватит, — радостно ответил пират, — сила.

— Это еще человек двести с лишним, — пробормотал Гисандр, вновь осматривая не слишком большую долину, — итого почти восемьсот. Ты прав, это сила. Как бы вас тут всех разместить?

Вернувшись назад, он выкрикнул новый приказ:

— Перестроиться всем в колонну по десять человек в ширину и восемьдесят в глубину!

Во время очередного шумного перестроения, которое никак не могло закончиться, Тарас вновь потерял терпение.

— Чтобы вы соображали быстрее, — выкрикнул он, — на время учений в каждый из отрядов командиром будет назначен спартанец! Всех, кто будет туго соображать, ждет наказание.

И подозвав к себе восьмерых самых толковых периеков, он приказал им возглавить все отряды. Едва те появились рядом с бойцами, щедро раздавая тычки копьями, перестроение пошло заметно быстрее. А когда оно наконец закончилось, Тарас увидел перед собой восемь колонн, почти ровных, но так тесно прижатых друг к другу, что они почти сливались в фалангу.

— Да, маловато поле для такого количества солдат, — озадачился Тарас, прохаживаясь вдоль строя и разглядывая потные лица бойцов, которых ужасно раздражало непривычное занятие, — развернуться негде.

— А ну-ка, — решил он, — первые три отряда с левого края, выдвинуться вперед. Следующие четыре, встать за ними, перекрыв промежутки. Последний отряд развернется в длину и будет прикрывать тыл.

Раздосадованные вояки вновь принялись за муторное дело, которое ненавидели. Им больше по сердцу была хорошая драка без всяких построений, однако командир-спартанец и его «представители на местах» нисколько об этом не беспокоились, стремясь добиться от них только четкого выполнения приказа. На этот раз, при помощи периеков, все прошло заметно быстрее. Восемь четких ромбов, блестя на солнце оружием, предстали перед Тарасом достаточно грозной силой.

«Где-то я это уже видел, — вдруг поймал себя на мысли спартиат, рассматривая новые порядки, — восемьдесят человек, выстроенных отдельным ромбом. Это не огромная фаланга, которая стоит недвижимо, ожидая врага. Эти порядки предназначены для нападения. Потом каждый отряд можно разделить еще на два и поставить в ширину, если место позволит. Греки так не воюют. Так это же…»

Тарас даже остановился от удивления и проговорил вслух:

— Так это же получается самая настоящая центурия. Легион, е-мое.