Ухватить молнию
Шрифт:
Мартинелли махнул в сторону каталога.
– Сначала попробуйте поискать там. Если не найдете, что вам надо, я проверю по компьютеру.
– Спасибо.
Я подвела Эльтора к каталогу. Вытащила ящик, поставила его на стол. Эльтор взял стул и сел рядом со мной. Но тотчас обернулся на Мартинелли, который работал за компьютером.
– Почему этот человек отнесся ко мне с подозрением?
– Он принял тебя за одного из дружков Нага, – ответила я и села за стол. – Они приходят сюда и мешают ему работать.
– Нага?
– Нага Кугельмана, –
– Извини, я не знал.
Эльтор пристально посмотрел на меня.
Всякий раз, когда мне казалось, что я могу спокойно думать о смерти Мануэля, выходило, что это не так. С того момента прошло много лет, и мне помнится лишь то хорошее, чему брат учил меня. Он был строг со мной, как отец: никаких крепких выражений, никаких поздних гулянок, никакого спиртного, никаких сигарет, никаких наркотиков и никаких парней, если те ему не нравились. Он был немногословен и не любил говорить «за жизнь». Но в том, как Мануэль относился ко мне, я читала такие слова, как «уважение» и «долг». Точно так же держал он себя и после того, как умерла мать, хотя это и отдалило его от меня.
– Тина? – произнес Эльтор.
– Все нормально, – отозвалась я.
– Ты постоянно повторяешь эти слова. Нормально жить в домах, в которых недостойно жить даже животным, нормально, когда убивают твоего двоюродного брата. Разве это нормально? Ты заслуживаешь лучшего.
– Я пытаюсь встать на ноги.
– А где твои родители?
– Мне и одной неплохо.
– Тина…
– Тебе повезло. У тебя есть отец, – выпалила я, пытаясь поменять тему разговора.
Эльтор пристально посмотрел на меня, но не стал задавать вопросов, а только сказал:
– Мы с отцом большую часть времени провели, споря друг с другом с пеной у рта. Рагнар понимал меня куда лучше.
– Это тот самый адмирал, который убедил тебя пойти в армию, хотя твой отец был против?
– Это был мой собственный выбор. – Эльтор пожал плечами. – Мой отец временами относится к Рагнару слишком предвзято.
– Например?
– Например, он выходит из себя, – произнес Эльтор и нахмурился. – Однажды, когда я был еще мальчишкой, ко мне пришел Рагнар. В конце концов он мой личный врач. Когда отец увидел, как Рагнар разговаривает с моей матерью, то моментально вспылил. Обычно он уравновешенный, спокойный человек. Но в обществе своего старого друга порой полностью утрачивает самоконтроль.
Теперь-то мне понятно – не только простые смертные, обитатели Земли, имеют привычку приударить за чужой женой. Но тогда я промолчала. Ведь что я знала тогда, чтобы делать выводы: они всегда могли оказаться неверными.
Поэтому сказала ему следующее:
– Можно тебя кое о чем спросить?
– О чем же?
– Солдаты должны убивать?
– Да.
– А ты убивал?
– Да.
Я поерзала на стуле.
– И скольких же ты убил?
– Не знаю.
– Не знаешь, потому что был в корабле и не видел или потому
– И то, и другое.
Он почувствовал, как я застыла на месте, и тихо добавил:
– Тина, пойми, люди всегда гибнут на войне. Наши враги убили моего дядю. Кстати, мои родители дали мне имя в его честь. Это брат моего отца. И мне всегда хотелось отомстить за него.
Я подумала о своем двоюродном брате.
– Месть – плохая вещь. Они убивают, ты убиваешь, они убивают, ты убиваешь. И так без конца.
– Ну знаешь, будь желание отомстить единственной причиной, почему я пошел в армию, то уже давно вышел бы в отставку. Я же остался, потому что кто-то должен защищать свой народ. Я чувствую себя, – Эльтор на минуту умолк, подбирая слова, – обязанным.
Чем-то он напомнил мне Мануэля.
– Понятно.
– Но прошлой ночью я чувствовал себя так спокойно, – он взял мою руку, – так умиротворенно.
– Со мной? И почему же?
– Не знаю, – улыбнулся Эльтор. – Наверное, потому, что ты хотела превратить меня в лягушку.
– Знаешь, из тебя получилась бы ужасно симпатичная лягушка! – пошутила я и посмотрела на разбросанные вокруг меня карточки. – Кстати, все эти книги по авиатехнике стоят на одной полке. Ты пойди посмотри там, а я еще немного пороюсь в каталоге. – Я взяла со стола карандаш и бумагу и записала несколько шифров. – На, поищи вот эти.
– Карточки, – проворчал Эльтор. – Бумажные книги. Полки.
– А что ты предлагаешь? – улыбнулась я.
– Прийти домой, лечь на диван, дать задание сети, чтобы та доставила тебе необходимую информацию. Подсоединяешься к источнику, выбираешь рисунки и голографию.
Он продолжал что-то дальше ворчать на своем языке, однако взял у меня листок бумаги и отправился к полкам. Я тихонько рассмеялась и вновь склонилась над ящиком. В следующее мгновение кто-то обратился ко мне:
– Привет, Тина. У тебя новый приятель?
Я подняла глаза. Рядом со мной стоял Наг, в джинсах и куртке. С ним были Шнурок и Бочка. Эта парочка на все сто процентов оправдывала свои прозвища. Шнурок высокий и тощий, и Бочка – приземистый и коренастый.
– Он сейчас вернется, – сказала я.
– Похоже, приезжий, – прокомментировал Наг с улыбочкой.
Мне эта улыбка ужасно не понравилась.
– Он из Фресно.
– Из Фресно? – Наг расхохотался. – Ну, прикол. Дыра похуже Кливленда.
– Что тебе надо? – серьезно спросила я.
– Чтобы ты мне не грубила. – Наг шагнул еще ближе. Я попыталась задвинуть стул, но Наг поймал меня за руку. – В чем дело? – Улыбки его как не бывало. – Тебе что, трудно уделить мне пару секунд? Зачем же так задирать нос?
– Оставь ее в покое, Матт, – крикнул ему из-за прилавка Мартинелли.
Наг посмотрел на него, и губы его скривились в нехорошей усмешке. Однако руку он мою отпустил, зато свою засунул за полу куртки. Когда он ее оттуда вытащил, в ней был девятимиллиметровый «люгер».