Ухватить молнию
Шрифт:
– Садись, – сказал он по-английски.
Эльтор сел, посмотрев на меня так, словно хотел сказать: «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь».
Марио снова заговорил со мной по-испански – тоном, не допускающим возражений.
Я пошла за ним в комнату его матери. Когда мы остались наедине, он окинул меня с головы до ног, словно желая удостовериться, что со мной все в порядке. Я тотчас почувствовала себя кем-то вроде его младшей сестры.
– Что Наг и его дружки сделали с тобой?
– Ничего, – ответила я. – Эльтор им не дал ничего сделать.
– Чего сделать?
– Да
– Только не корми меня своими «ничего». Что случилось?
– Они хотели увезти меня на машине, – выдавила я из себя. – Но Эльтор их остановил.
Лицо Марио приняло каменное выражение. Точно такое, как в тот день, когда хоронили моего двоюродного брата. Два дня спустя полиция обнаружила одного из Наговых дружков мертвым в канализации. Именно того, кто, как мы знали, убил Мануэля. Полиции тогда не удалось собрать улик, но у меня не возникло даже малейших сомнений, чьих это рук дело. Я-то видела выражение лица Марио.
– Мы обо всем позаботимся, – тихо сказал он мне.
– Только без разборок, прошу тебя.
Он не ответил, и я повторила просьбу:
– Марио, ну пожалуйста, обещай мне.
– Не могу.
– Марио, прошу тебя. Наг мертв. Кто следующий? – Мой голос дрогнул. – Ты?
– Посмотрим, – проговорил он наконец. Я знала, что это уже почти обещание.
– Я пришла к тебе просить помощи – для меня и моего друга.
– И кто этот тип? – недовольно прищурился Марио.
– Его зовут Эльтор. – И прежде чем Марио смог задать мне следующий вопрос, я принялась гнуть свою линию: – После того как он прикончил Нага, его арестовала полиция. Завязалась драка. Я угнала полицейскую машину.
– Что? Повтори!
– Я угнала полицейскую машину.
– А я-то думал, что ты умнее.
– Нам ничего не оставалось.
– Это почему же?
– Поверь мне. У нас не было иного выхода.
– Но ведь первым делом полицейские нагрянут именно сюда. – Марио покачал головой. – Допустим, я спрячу тебя, а они тут же найдут.
– Нет, мне нужна только машина. А еще рыжий парик твоей сестры и одеяло.
– Зачем?
– Не спрашивай меня ни о чем. – Я потеребила его за рукав. – Когда к тебе придут и начнут задавать вопросы, можешь с чистой совестью отвечать, что ничего не знаешь.
– Но Эльтор – чужак, – нахмурился Марио.
– Пожалуйста, Марио, ради меня.
Он посмотрел на меня, и постепенно лицо его смягчилось.
– Ключи от моей машины на полке в прихожей, – произнес он наконец. – Если машина вдруг пропадет, если ее угонят, я ничего не знаю.
Я притянула к себе его лицо и поцеловала в щеку.
– Ты настоящий кабальеро.
Он слегка улыбнулся мне, что для Марио уже многое.
– Если мою машину угонят, где мне ее искать?
– Помнишь вечеринку в Пасадене, куда мы ездили с тобой вместе. Ищи машину на улице напротив того дома.
– В Пасадене? А что там в Пасадене? Я направилась к двери.
– Я никогда не забуду, что ты выручил нас, – сказала я и бросилась в кухню.
Джейк по-прежнему целился в Эльтора, правда, при этом он дал ему кухонное полотенце, чтобы промокнуть кровь на плече.
– Нам
Джейк не шелохнулся. Он даже не посмотрел на меня, потому что пригвоздил взглядом Эльтора. Лицо его ничего не выражало.
– Отпусти их, – раздался голос Марио из другой комнаты. Джейк лишь сильнее сжал в руке обрез. Но затем все-таки опустил.
Я отвела Эльтора в гостиную и схватила с полки ключи от машины.
– Иди и садись в зеленую машину в конце дорожки.
Эльтор покосился в сторону кухни.
– Тебе там оставаться небезопасно.
– Ничего страшного. Просто мне надо еще кое-что захватить.
Мне не хотелось отправлять его в машину одного, истекающего кровью. Но останься он здесь, в доме, за его жизнь нельзя будет поручиться.
Эльтор нахмурился, но все-таки пошел. Я забежала в комнату Розы. Ее рыжий парик красовался на комоде, на пенопластовой болванке. Я схватила его и на бегу сорвала с кровати одеяло. И только собралась выйти из спальни, как передо мной в дверном проеме вырос Джейк. Обрез все еще был при нем, но опущен.
– Тина, погоди.
Я застыла перед ним, сжимая в руках парик и одеяло.
– Не могу.
– С тобой все в нормально? – Джейк посмотрел на мою забрызганную кровью блузку и поднял обрез. – Пусть только этот тип посмеет…
– Он ничего мне не сделал и не сделает.
Мне хотелось оттолкнуть обрез в сторону. Господи, именно поэтому я перестала встречаться с Джейком. После гибели Мануэля я не могла вынести даже мысли о том, что вновь могу потерять близкого мне человека. И вот теперь Эльтор ранен, и неизвестно, что может произойти буквально в следующую секунду.
– Если этот тип пришил Нага, я бы не советовал тебе с ним водиться. – Джейк погладил меня по щеке. – Давай мы тебе поможем.
– Нет, я все должна сделать сама. – Я прижала ладонь к его груди. – Но все равно спасибо тебе.
– Тина.
В голосе Джейка звучала нежность.
Нет, мне не следовало прикасаться к нему. Это вернуло мне прежнее чувство, ощущение некогда существовавшей между нами близости, взаимного притяжения. В этом не было ничего чувственного, ничего плотского. То же самое я испытывала рядом с Джошуа, а когда-то, еще сильнее, рядом с матерью. Эльтор сказал мне, как это называется: эмпатия.
– Джейк, прошу тебя, извини. Но мне надо идти.
Он смотрел на меня, и за внешней невозмутимостью шла борьба самых разных эмоций. Ему хотелось мне что-то сказать. Что-то очень важное. Нерешительность повисла вокруг него наподобие сероватого тумана. Но слова так и остались невысказанными – неясные очертания посреди серой пелены.
– Если мы тебе понадобимся, ты знаешь, где нас искать. Достаточно нам шепнуть. – Вот и все, что он сказал.
– Спасибо, – выдавила я.
Выйдя из дома, я нашла Эльтора уже в машине. Он лежал на заднем сиденье. Я протянула ему одеяло, а сама села вперед. Правда, чтобы достать до педалей, мне пришлось выдвинуть вперед сиденье. Эльтор натянул на себя одеяло, и я нажала на газ. Мы задним ходом отъехали от дома, и я развернула машину прямо навстречу угасающему дню.