Улей

Мор Дэлия

Я молчал.

— Личный номер!

— Три, Е, двести тридцать, пятнадцать, три плюс, — живо оттараторил я.

Грут замер и уставился на меня с еще большим любопытством. Что-то нехорошее сейчас происходило. Я почувствовал, как по спине между лопатками стекла капля пота, хотя теплее в допросной не стало.

— Ты еще и тупой, слизняк, — вздохнул Грут. — У тебя третья положительная группа крови. На клейме. А в анализах пусто. «Не определяется». Гемоглобин ненормальный, остальное тоже. Ребус.

А решали ребусы сержанты

васпов единственным способом. Выколачивали верные ответы из неофитов. Но сегодня Грут удовлетворился анализами. Врезал мне всего дважды, услышал в ответ «не знаю» и отпустил. Очередной день в Улье начался как всегда прекрасно.

Третья положительная, значит. А я, дурак, думал, что три плюс — это очередь в столовой или любой другой не слишком важный показатель. Хотя, раз его поместили в номер на клейме, то смысл он имел. Догадаться бы еще какой. И желательно до того, как сержант поднимет шум из-за анализов.

Потревоженные командой подъем, васпы спешно одевались и бежали в душевую. Я заметил лейтенанта-разведчика, выходящего из ячейки, хотел привлечь его внимание, но остановился, услышав окрик Грута:

— Сто пятьдесят шестой! Ко мне!

Проклятье, это номер Тезона. Разведчик развернулся и прошел мимо меня, как мимо пустого места, мельком взглянув на следы свежих побоев. Если Грут собрался и у него анализы взять, а потом сравнить с моими, то подозрения только усилятся. А кроме того появятся зацепки и первые косвенные доказательства того, что мы — неправильные васпы. Жаль, что подслушивать под дверью допросной никто не даст. Любой проходящий мимо дежурный тут же вытолкает меня взашей. Я был вынужден оставить Тезона и следовать распорядку Улья.

К Дину сегодня никак не удавалось подойти, то васпа отвлекался, то сержанты рядом терлись. Время тратилось впустую. Я так и не узнал нечего о преторианцах. Тезон не пришел на завтрак в столовую, не заступил в наряд на мытье посуды. Грут тоже не объявлялся, и я начал тихо паниковать. Если брошусь искать разведчика, то могу натворить еще больших бед. Спокойно, Дарион, может быть, Тезона отправили чистить душ? День в Улье шел, как по нотам, ничего сверхъестественного не происходило. Следующее гарантированное место встречи — тренировочный зал.

Туда сегодня согнали чуть ли не всех неофитов и заставили бегать по кругу легкой трусцой. Сержанты периодически забирали своих воспитанников из круга бегущих и отводили в сторону, чтобы погонять по индивидуальной программе. Наконец, я смог незаметно приблизиться к Дину.

— Тура нет, — прошептал он.

— Да, — кивнул я, еще раз оглядывая зал. — Сержант забрал и не вернул.

— Готовь сахар, — усмехнулся Дин, не оборачиваясь ко мне. — Туру понадобится.

— Зачем?

— Чтоб кости быстрее срастались. Не знал? Мне сержант сказал.

Я вспомнил, как васпа принес мне в подарок кусочек сахара после первого допроса у Грута, и стало сильно не по себе.

Что этот садист сейчас делал с Тезоном? Кости ломал? Разведчик жив или уже нет?

От шока я сбился с ритма бега и чуть не упал в ноги другим неофитам. Дин поймал за шиворот.

— Испугался? — шепнул он. По бесстрастному тону васпы было невозможно понять, веселится он или переживает. — Зря. Наши сержанты еще ничего. Слышал про другие Ульи. Что любят сержанты своих. Не только бить.

— Любят? — переспросил я, а Дин в ответ как-то странно поиграл бровями и посмотрел на мои брюки.

— Не знаю. Может, брехня. Как про господ преторианцев.

Только этого не хватало. Улей слухами полнился, и я не знал, чему верить и чего бояться сильнее. Дополнительные анализы еще сделать нужно, проверить несколько раз. А сержант Тезону кости прямо сейчас ломал. Если покалечит так, что разведчик встать не сможет, то как мы сбежим? С тяжелой ношей на плечах я далеко не уйду, нас догонят. Кхантор бэй! Я все больше чувствовал себя не осой в Улье, а мухой в паутине.

— Рядовые трепали языками в ангаре. Забыл? — Дин толкнул меня локтем.

— Помню. Конечно, брехня. Забудь. Господа преторианцы лучше нас живут, вот им и завидуют.

— Да, — мечтательно зажмурился Дин. — Выше казарм живут. Над ангарами. Рядом с коконами и королевой. В претории.

— А ты был там? — с надеждой спросил я. — Наверняка пробирался, с твоими — то талантами. Вон как с грузовым лифтом хорошо придумал.

— Нет, — смутился васпа. — В преторию не зайдешь просто так. Нужно, чтобы господин офицер позвал.

Я скривился и цокнул языком. Классическая зона ограниченного доступа. Только в присутствии члена подразделения. Фокус с дерзким ночным проникновением не пройдет.

— А неофитов когда-нибудь туда звали? — удивился я. Дин посмотрел настороженно через плечо и промолчал. Пришлось уговаривать. — Ну, расскажи. Интересно же. Не было в моем Улье преторианцев. А вам везет здесь, в головном. Королева.

Васпа просиял улыбкой.

— Да. Нам хорошо. А господам офицерам еще лучше. Стать преторианцем — большая честь. Королева милостью своей выбирает достойного. Он перерождается еще раз. Говорят, это долго и тяжело. Много яда. Не каждый выдержит. Болеют офицеры. Тогда берут неофита и переливают кровь. Чтоб легче стало. Иначе как служить?

Дикость какая. Прямое донорство! У нас давно во время сложных операций собирали кровь пациента, очищали ее специальным аппаратом и вливали потом обратно. На крайний случай, пользовались препаратами искусственной крови. А в Улье ерундой страдали. Чужая кровь не лечит. Она еще и навредить может.

— Я видел, как забирали троих, — продолжил Дин. — Вернулся один. Самый крепкий. Хвастался, что самому советнику кровь отдал.

— Советнику?

Информация сыпалась, как наряды вне очереди за залет. Я не успевал вникать.