Урод
Шрифт:
Граф внимательно наблюдал за ним, невольно улыбаясь.
– Да ты подлец, Антракс, - сказал он почти смеясь.
– Стараюсь оправдывать звание чудовища.
Антракс, наконец, поднял бокал.
– За вашу девочку, пусть ее правление будет долгим, - произнес он спокойно.
Граф кивнул, чувствуя тонкость отсутствия сомнений в том, что правление все же будет.
Он поднял бокал и осушил его до дна. Антракс сделал то же самое, а после пояснил.
– Этот мальчишка уроженец Манра, но он оказался в Эштаре на рынке рабов совсем маленьким. Я его выкупил, ему тут дали
– Ты знаком с герцогом?
Антракс улыбнулся.
– Бывает, - произнес он уклончиво.
– В Рейне у тебя тоже свои шпионы?
– Нет, я просто хотел присмотреть за ее женихом.
Граф прищурился.
– Не смотрите на меня так. Все вы знаете и понимаете.
– Она сказала, что ты холоден с ней, хотя и предложил помощь в обмен на брак.
– И услышал то, что ожидал услышать.
Антракс выдохнул и невольно отвернулся.
– Ладно, - произнес он после недолгого молчания, - скажу уж вам как есть. Когда она здесь оказалась, я подумал, что это отличный шанс сделать ее своей женой. Выбора у нее не будет. Побрыкается, поистерит и покорится.
Он невольно закрыл лицо рукой.
– Но это оказалось невозможным хотя бы потому, что я не могу так.
Он развел руками, иронично улыбаясь.
– Она была в моих руках столько раз, что подумать страшно, совершенно беспомощная, беззащитная, а я не мог ничего сделать, потому что она смотрела на меня как на последнюю тварь, и я начинал чувствовать себя именно тварью.
Он выдохнул.
– Я должен был сразу отдать ее вам, до того как ее назвали мертвой, до того как все случилось. И все! Впрочем, я, правда, не следил за Рейном, не знал, что происходит и не был уверен, что она будет там в безопасности. Теперь так точно не будет. Хватит обо мне, лучше о деле.
Антракс внезапно стал очень серьезным.
– Совершенно очевидно, что в Рейн ей сейчас нельзя. В Эштаре ей тоже оставаться не стоит. Я хочу вывести ее в Авелон.
– Почему туда?
– У меня там земли, кузен, да и я своего человека собираюсь туда отправить, он как раз решил жениться на Эллине. Все сошлось как нельзя лучше. В Авелоне ее никто не тронет. Мой кузен спокойно ее приютит, а она будет ждать завершения здешних интриг, изучая литературу Авелона, это должно ее устроить. Вам же, в любом случае, надо вернуться в Рейн, а еще лучше - вернуться ко двору.
– Я только ушел в отставку.
– Скажите, что погорячились, - пожал плечами Антракс. – Понимаю, конечно, что вы едва ли можете терпеть Огюста в роли короля, но чтобы быть в курсе, вам придется его потерпеть. К тому же у меня большие надежды на Гэральда.
– На Гэральда? – удивился граф. – Как он вообще может нам помочь после всего?
– Просто. Он жив. Он видел Лилайну. Он обязательно кому-нибудь скажет, что она жива и возможно даже сочинит великую историю, как он пытался отбить ее из эштарского плена. Даже если это не будет громким заявлением, по долине сразу же пойдут слухи, которые помогут выявить потенциальных союзников.
– Разумно, но я пока не понимаю, что в итоге получишь ты?
Антракс вздохнул.
–
– Почему ты так уверен?
– Я же главное чудовище, которое все знает.
– Но ей нравился Велиан.
Антракс усмехнулся.
– Только мы в Эштаре и тут нет места красивым сказкам с ночными прогулками. У меня тут, знаете ли, репутация.
– Особенная.
– Именно. И она не просто так появилась. Я действительно расчетливый, холодный и безжалостный, и вы это знаете.
– Но не беспринципный.
Антракс сложил руки на груди.
– К чему вы клоните?
– К тому, что ты все равно захочешь свою плату, чтобы ты сейчас ни говорил, - спокойно сообщил граф. – И лучше, если ты признаешь это сейчас, чем потом.
– И что вы мне предлагаете? Что я, по-вашему, могу сделать с этой реальностью? Я не перестану быть принцем Эштара. Она не перестанет считать моих соотечественников варварами. Я не перестану быть инвалидом, как вы сами выразились. И вот это вот никуда не денется!
– он в порыве гнева указал на правую сторону лица. – Она вообще-то вчера предложила стать моей любовницей, а мне с утра тошно только потому, что она увидела меня без рубашки. Кому все это надо?
– Но ты прекрасно знаешь, что она не станет судить тебя за шрамы.
Антракс невольно скривился.
– О чем вы вообще говорите? Не вы ли должны быть против нашего союза?
– Действительно.
Граф встал.
– Я понял тебя. Если она будет в Авелоне в безопасности, и ты гарантируешь это, то я спокойно отправлюсь в Рейн и попытаюсь вернуться ко двору.
Антракс тоже встал.
– Я чуть позже пришлю вам своего человека, чтобы мы могли держать связь, надо как можно быстрее выяснить на кого можно положиться, потому что на силы Эштара рассчитывать не приходится. Знать не поймет стремления вернуть трон наследнице, захватить - да, остальное – чушь.
– Я понял, как-нибудь своими силами.
Граф шагнул к двери.
– Кстати, - внезапно заговорил Антракс. – Огюст долго не проживет.
– Почему это? – обеспокоенно спросил Шмарн обернувшись. – Ты собираешься его убить?
– Жизнь сама его убьет. До конца года его не станет или я ничего не смыслю в человеческом здоровье. Этот момент можно будет использовать для возвращения Лилайны.
Граф еще раз изучил взглядом молодого человека, кивнул, понимая, что тот прав, выдохнул и все же сказал то, что должен был сказать с самого начала:
– Извини, что набросился на тебя вчера и спасибо, что она еще здесь. И за тех ребят, что я смог выкупить, тоже спасибо. Не знаю, как тебе пришло в голову создать этот чертов рынок рабов, но это реальный шанс нашим соотечественникам спастись и не оказаться по ту сторону Белого моря.
Антракс только кивнул, едва заметно улыбаясь. Все же они с графом слишком хорошо понимали друг друга даже сейчас. Хорошо, что они были союзниками, подобный враг был бы большой проблемой для каждого из них.