Уроки
Шрифт:
– Я впервые здесь... - Голос Романа прозвучал глухо и неуверенно. Наверно, пропадут они все же: к зиме идет... - Он умолк, почувствовав, что говорит не то, совершенно не то. Через минуту добавил: - Сюда бы людей, человек десять, потому что мы вдвоем не сдвинем с места ни одной ивы.
– Не сдвинем. - почему-то весело сказал Миронович. - Да и на смену мне. - Он взглянул на часы. - Вот если бы пришли твои друзья, скажем одноклассники, а?
"Одноклассники... Митька Важко, Ваня Микитюк, Левко Нежный, Хома Деркач... Сейчас они, наверно, на стадионе..."
–
– И здесь можно один раз собраться, разве нет, Роман? Я так думаю, Миронович почему-то лукаво усмехнулся.
Роман ничего не ответил. Он пошел вдоль берега, мимо разноцветных лодок, мимо огородов, на которых одиноко торчали стебли подсолнухов, загнутые в грустные знаки вопроса...
Стадион - на околице поселка. Его зеленовато-седое поле вынырнуло из-за хат, открылось перед Романом на всю свою ширину - притихшее под лучами нежного осеннего солнца. Роману захотелось лечь навзничь, раскинуть широко руки и смотреть в небо. И думать о чем-нибудь приятном. Допустим, о Нелле Воронюк. Вспоминать ее лицо, губы, слегка испуганные глаза...
Ребята не играли. Сидели в углу стадиона - белые футболки на зеленом фоне. Несколько пар глаз настороженно уставились на Романа. Ребята были сердиты. Игра не состоялась... Левко Нежный стоял на одиннадцатиметровой отметке и бил по пустым воротам. Когда все пять мячей оказались в сетке, он лениво выкатил их в штрафную площадку и начал снова бить по воротам.
"Из поселка маловато", - отметил Роман, раздумывая, как бы сказать о работе на берегу этим невеселым ребятам.
– Кто это тебя так? - спросил Вадим Коренев, и Роман вспомнил свое разукрашенное лицо.
Он пропустил вопрос мимо ушей.
– Игра, как я понимаю, не состоялась?
– Увальни! - махнул рукой Адамко. - Думают, что у меня работы дома нет.
– А у меня? Да что там говорить! - сказал Левко, и белый мяч закрутился в сетке ворот.
"Настроение у ребят явно не того... Некстати прозвучит предложение", думал тем временем Роман. И тут он понял, что не пойдут они с ним, ни один не стронется с места. Еще и высмеют.
Роман невесело и немного растерянно смотрел в лица ребят. Зеленое поле лежало перед глазами, а на нем белыми пятнами - пронумерованные футболки. Перед ним были одни футболки, а ребят вроде бы и нет. Глупость какая-то, что за наваждение! Ребят нет, только номера на спинах. У Левка - седьмой, у Корнеева - одиннадцатый. Левко - неплохой полузащитник, Вадим первоклассный нападающий... У Адамко первый номер. Вратарь... Начхать им на упавшие ивы!
– Ты что уставился? - спросил Вадим и легко поднялся. Его тренированные смуглые ноги замаячили между белыми футболками. - Так что? По домам? оглядел он ребят.
– Куда же еще? - поднялся и Адамко. - Домой... - Он остановился перед Романом и сказал немного сердито: - А тебя хорошо все-таки разрисовали!
"Чего это он такой злой, словно я виноват, что игра не состоялась..."
– На берегу ивы подмыло. Их еще можно поставить, работы на пару часов, - сказал тихо Роман.
Адамко какой-то миг смотрел на Романа, должно быть
– Домой, куда же еще...
"Подумал, что я шучу. А другие?"
Другие вообще, кажется, не слышали Романа. Переодевались, переговаривались, смеялись.
Кто-то тронул его за плечо. Роман даже вздрогнул, - такой напряженный был весь. Оглянулся: Левко Нежный.
– Ромка, ты серьезно про ивы?
– Конечно.
– Вчера я там был. Страшно! Считаешь, их можно еще спасти?
– Спасешь... - процедил Роман и кивнул на ребят, которые уже переоделись и окружили Вадима Коренева. Известно, сейчас все зависит от Вадима. Как он скажет, так и будет. Это понимал, наверное, и Левко. Поэтому и шагнул к нему:
– Вадим, может, попытаемся, а? Пойдем и поставим их! Пусть растут... Помнишь, летом, когда солнце надоедало, мы лежали под ивами, в тени?.. Их еще можно спасти, а спасти что-нибудь - это же прекрасно! - Добродушный Левко смотрел на Вадима Коренева, не замечая его улыбки, затем перевел глаза на Романа, который хорошо понял улыбку Вадима: вон сколько удивления и растерянности во взгляде.
Предложения Левко никогда не принимались ребятами всерьез, хотя, в общем-то, он всегда предлагал дельные вещи. Говорил Левко, как правило, немного "пышновато", - поэтому и появлялись преждевременные улыбки на лицах слушателей.
Роман уже и не рад был, что нашел себе единомышленника в лице Левко. Его начало злить поведение Вадима: сказал бы уж что-нибудь, сколько же можно улыбаться!
– Что же ты зубы скалишь? - не вытерпел Роман. - Говори!
Вадим взглянул на него внимательно, улыбка с лица исчезла:
– Твоя идея, тебе и дерзать. На мне весь свет клином не сошелся. Тем более, времени - ни минуты. Так что без меня.
– И без меня, - двинулся за ним Адамко.
– А мне пять километров топать...
– Мне тоже. Сам знаешь, сколько сейчас работы...
Один за другим ребята разбежались. На стадионе остались только Роман и Левко. На солнце надвинулась туча. Темное пятно, словно тень неведомого существа, поползло по зеленому полю стадиона, по деревьям, хатам, выглядывавшим из зелени седым шифером, оцинкованным железом, и двинулось к пруду. "Наверно, и по Неллиной хате проползет, и ивы полегшие не минует", подумал Роман.
– Это просто ужас какой-то! - Левко даже сплюнул с досады. - Их кроме футбола ничего больше не интересует...
"Может, и в самом деле плюнуть на все, повернуться и уйти прочь?"
– Даю задний ход. - невесело усмехнулся Роман. - Не видел Важко? Не знаешь, где он?
– С Хомой куда-то подался.
– С Хомой? Деркачом?!
– Да. Шептались на переменках, а после уроков исчезли. Не знаю. После вчерашнего... Чудак Митька.
"Да-а, чудак. А впрочем, разве только Митька? Все такие... Вот и он, Роман, бежал сюда, чтобы поднять ребят на хорошее дело, искренне хотел их организовать, а увидел кислые физиономии - и отступил без боя. Левко вот согласен помочь, а он..."