Успеть до коллапса
Шрифт:
К такому варианту Уоррен был готов: смертоносные иглы в рукавах и лицензия пилота.
Ближе к котловану он замедлил шаг. В быстро наступающих сумерках из-за оплавленной чёрной породы под ногами трудно было заметить край пропасти. Уоррен включил фонарик. Запах гари и жар от земли были такими, что глаза начали слезиться, а на лбу Уоррена появились капли пота. Достигнув кромки, доктор присел на корточки и посветил вниз. Луч фонаря, пробившись сквозь поднимавшийся дым, отразился в гладком чёрном стекле.
"Проклятье!” —
Пинцетом он отломил кусок стекла для анализа, убрал образец в карман, сделал пару снимков на телефон и отправил их Оржельскому. Фотографии он сопроводил сообщением о завершении их сотрудничества.
Граф позвонил, когда самолёт уже набирал высоту.
— Что это всё означает? — с изумлением спросил он.
— Я жду отчёт от Филлиса. И если он хоть немного будет расходиться со сведениями, которые я получил здесь, я разрываю нашу сделку.
Не дожидаясь ответа графа, Уоррен бросил трубку.
— Какой курс? — спросил Ганц.
— Летим в Мюнхен.
— Для этого нам надо заправиться. Остановка в Дубае будет для вас приемлема?
— Как скажешь. Я пока посплю. Меня не будить.
Допив коньяк, Уоррен отправился в дальнюю секцию самолёта, где располагалась широкая кровать.
***
Особняк графа Оржельского. Северная Карелия. Планета Джана. Раудан.
— Да чтобы его в черную дыру засосало! Дрангов джаниец! Как он смеет себя так со мной вести!
Телефон с размаху полетел на столешницу с каменной мозаикой.
Луар Оржельский устало упёрся руками о край стола. За этим столом он должен был сегодня в шесть вечера ужинать с семьёй: Стевор и его супруга Абени, Яггар и София, Михаил с невестой, которую он хотел представить дедушке Луару. Возможно, и Юджин приехал бы, хоть и с опозданием, как обычно…
Граф долго ждал этого вечера, но всё испортила погода. За просторным окном столовой бушевала буря, низкие тучи летели над штормящим озером, обрушивая в него косые полосы дождя.
Картина за окном идеально отражала внутреннее состояние Луара: солнечные ожидания рухнули, опасения оправдались, а в довесок этот докторишка снова вытер об него ноги!
Как же всё это ему надоело!
— Не такой судьбы желал мне мой отец! — яростно прошипел он, сжимая тонкие пальцы в кулаки. — Однажды я вырвусь из этих болот и вытащу всю свою родню! И больше не позволю ни одному потомку нашего рода закончить здесь свой век, как Артур и Аттей! Если Уоррен захочет разорвать наш договор, что ж, так тому и быть. Но я не позволю больше себя унижать!
Граф
— Да, ваша светлость.
Детектив поднял трубку, как обычно, после первого гудка.
— Лаборатория уничтожена, — без лишних слов сказал граф.
Судя по внезапному кашлю, Филлис чем-то поперхнулся.
— Кха! Кха-ак уничтожена?!
— Уоррен только что прислал мне фотографии. Я перенаправлю их тебе. Мне нужно, чтобы ты всё проверил. Лично.
В трубке раздался длинный вздох.
— Вы понимаете, что я смогу туда прибыть не раньше, чем через тринадцать часов?
— Понимаю. Но спешить нам уже некуда.
Граф нашёл в телефоне снимки от Уоррена и отправил их детективу.
— Ох, ёп… — снова поперхнулся Филлис. — Кажется, я вижу военный самолёт полковника.
— Да, Морган.
— Этот доктор решил, что это наших рук дело?! Я уже час не могу связаться с Кроу! — начал негодовать Филлис. — На базе в Каннуре говорят, что он недавно вылетел с отрядом и больше на связь не выходил.
— Тогда разберись с этим, Морган. И поговори с Уорреном.
— Не беспокойтесь, ваша светлость, — решительно сказал детектив. — Ваше имя я очищу от подозрений, а заодно проверю этого докторишку! Если дело нечисто — я как следует его прижму.
— Вот этого не надо.
— Как не надо?! Он сам мог всё это устроить! Это очень похоже на почерк его подопытного!
— Проверь всё как следует, пришли мне отчёт, и я тогда решу, кто с ним поговорит, — передумал граф.
Конфликт между детективом и Уорреном сейчас ему совсем не нужен.
— Хорошо, — буркнул Филлис, — я вылетаю! — и положил трубку.
Луар отложил телефон, на экране которого появилась небольшая трещина после того, как его швырнули на стол после недавнего разговора. Удручённо посмотрел в окно: буря усиливалась, вечером будет шторм.
Убрав телефон в карман сюртука, он подошёл к левой стене гостиной: за стеклом, украшенным серебряными узорами, стояли и лежали винные бутылки. Специальная вентиляция поддерживала идеальную температуру для хранения дорогих и эксклюзивных напитков. В небольшом выдвижном ящичке, полном сухой соломы лежала, как в яслях, пустая бутылка с рисунком медведя, что нёс на спине три горы.
— Эх, Иракли, Иракли, — вздохнул граф, с грустью глядя на бутылку. — Хоть ты и передал Злате семена, но возможность восстановить твои виноградники снова выскользнула у меня из рук. Как и мой шанс спасти семью… Ну уж нет! Если мой род не пропал на Терморе, то и здесь мы прорвемся!
Граф подошёл к двери, что вела через просторный коридор в кухню и чайную комнату.
— Палана! — позвал он, стоя на пороге гостиной.
— Да, дедушка! — по коридору колокольчиком прозвенел голос внучки.