Успеть до коллапса

Дэмиан Фэлтон

— Мы совсем близко, — сказал Шэд, глядя то в окно, то на высвеченную карту.

Круглый чёрный стол так и не убирали за весь перелёт.

— Очень надеюсь, — ответила пилот. — Мне надоело сидеть на фруктовых лепёшках, молоке и мёде.

— Это нектар, Виви, — с улыбкой ответил ей эмпат.

— Одна гадость! Я хочу хот дог и кофе!

— А мне норм, — отозвался Уилл, отпивая из кружки.

Шэд был рад знакомой еде, чего не скажешь про остальных. Линда, попробовав нектар, выдала такую гримасу, что и эмпат не нужен для считывания её эмоций. Диего, Уилл и Николь решили относиться к этому, как к вынужденному

посту. Митч первые двое суток был рад, но потом завыл волком, и только Алекс выражал к временным мерам привычное равнодушие.

“Не ожидал, что буду рад этому типу на борту”, — думал Шэд.

— Ого, вот это красота! — ахнул Митч, любуясь узорами из разноцветных облаков, по левому борту.

— Смертельная красота, — сказала Вильтаро, глядя на туманности как на опасного хищника.

— А что будет, если туда нырнуть? — спросил хакер.

— Ничего хорошего, — ответил Кайлас, подойдя к креслу пилота. — Надеюсь, нам не придётся туда нырять? — уточнил он у Шэда.

— Зов идёт… — тот крепко сжал камень с посланием, который почти не выпускал из рук весь перелёт, — …вон от того участка.

Команда одновременно проследила за его рукой.

— Ты указываешь на облако, — низко сказала Вильтаро.

Шэд мотнул головой.

— На его границу. Там должна быть планета.

— Соваться в пекло я не подписывалась, — недовольно буркнула пилот, но под строгим взглядом капитана, направила “Хамелеон” по указанному курсу.

Облачный столп рос, превращаясь в исполинскую кривую колонну. Под брюхом корабля стелились полупрозрачные застывшие волны и тонкие нити паутин. Выглядело завораживающе, если бы не напряжение на лицах пилота и капитана.

— Кажется, я что-то вижу, — произнесла Вильтаро.

— Я тоже, — ответил Шэд, впившись в её кресло с такой силой что костяшки на пальцах побелели.

На границе сиреневого тумана горела жёлтая точка, от которой тянулся ввысь светящийся шлейф, а возле неё слабо светилась голубая точка.

— Вот оно! — сказал Шэд. — Наше задание.

Светило и планета располагались на самой границе туманности и двигались прямиком в раскалённые облака.

— Звездец! — выругалась Вильтаро. — Только не говори, что нам туда.

— Я добавлю это в список форс мажорных обстоятельств, — сухо произнесла Линда.

— Судя по данным мы успели, — сказал Шэд, склонившись над монитором второго пилота. — Планета полностью войдёт в облако через тридцать восемь часов. Дранг, времени мало!

— Кого нам спасать? — поинтересовался Фрост, стоя за его спиной.

— Я не знаю!!! — сорвался на крик Шэд, обернувшись к нему. — Я лишь слышу эмоциональный посыл и вижу образы! Тебе этого не понять, сухарь пережаренный! Не лезь ко мне с идиотскими вопросами! Раздражаешь до чёрта!

— Нектара перепил? — Фрост ничуть не изменился в лице и лишь слегка склонил голову набок. — Или кофе в тайне бахнул?

“Ох, будь у меня меч-найди при себе, я бы тебя в лазанью исполосовал!” — мысленно взбесился эмпат.

— Судя по показателям, на планете средняя температура — плюс пятьдесят один по Цельсию, — Кайлас нарочно встал между ними с экраном в руках. — Предлагаю зайти со стороны океана: там ещё есть холодные потоки.

Его намёк был истолкован верно: Фрост отошёл к противоположной лестнице, и

Шэд снова сфокусировался на мониторе второго пилота.

— Согласна, — ответила Вильтаро.

— Остальным — приготовиться к высадке, — скомандовал капитан.

Спустя двадцать минут “Хамелеон” парил высоко над синими водами, а команда собралась снова, облачённая в защитные костюмы. Место по мнению пилота было идеальным для сбора данных, составления плана действий и быстрой высадки, так как ниже бушевали ветра. Шэд, также переодевшись, попросил Вильтаро уступить ему кресло пилота.

— И отойдите к диванам, — сказал он остальным, запуская синхронизацию. — Я выведу координаты на карту. Будьте готовы к отбытию. Нам надо действовать быстро.

— А к диванам-то зачем? — спросил Фрост.

— Чтоб не лезть в моё поле! — рявкнул Шэд. — Никаких эмоций, ни тупых мыслей в радиусе трёх метров как минимум! Ещё одно слово, Фрост, и я лично прибью тебя к стене гвоздями!

Алекс отреагировал с привычным равнодушием на слова Шэда, долив масла в огонь.

“Хоть бы разозлился, сушёное полено! Лабораторная кукла вуду”.

Команда послушно отошла к дальней стене с лифтами и диванными нишами. Шэд сделал выдох и положил левую руку — на панель управления, а правую — на штурвал. Пульс плавно успокаивался, разум освобождался от мыслей. “Хамелеон” отвечал тихим согласием на запрос Дэани, впуская его в свой разум.

“Мне надо найти тех, кто зовёт о помощи”, — попросил Шэд. — “Помоги”.

Все мысли тотчас покинули его голову, а вместо них появилась несущаяся к погибели планета. За последние несколько месяцев привычный и комфортный для её обитателей мир сильно изменился. Климат стал жарким, ветер разрушительным, воды океанов сначала ворвались на сушу, погубив многих живых существ, но потом неожиданно отступили очень далеко, а вместе с ними высохли реки и озёра.

“Я слышу вас, но кто вы?” — спросил Шэд, усилив свою эмпатию мощью “Хамелеона”.

Перед ним раскинулись зелёные леса, окутанные туманами. Среди густых ветвей под плотными и полными плодами кронами жили колонии удивительных белоснежных существ. Имея огромную голову, широкий плащ и двенадцать длинных щупалец, они были лишены прочих конечностей. Им этого хватало, чтобы твёрдо закрепиться если не на вершине пищевой цепочки, то по крайней мере застолбить прочное место в высших эшелонах. Удивительные создания назывались амурами, и для них не было ничего ценнее семьи. Оберегая детёнышей в самых отдалённых участках крон, среди густых облаков, амуры днём собирали плоды, а ночью отправлялись к воде рыбачить. Для домов они выбирали самые высокие и густые деревья, где среди ветвей устраивали семейные гнёзда. Собираясь вместе, амуры постоянно пели деревьям, чтобы те вырастали выше и становились гуще, надёжно защищая их дома. Так создавались уникальные леса, полные плодов и прочей пищи для остальных обитателей планеты. Амуры никогда не бросали раненых сородичей, старые особи доживали свой век в яслях молодняка, под заботой сильных и молодых. Амуры имели острое зрение, необходимое для охоты в тёмных водах, и эхолокационный слух для навигации среди густых облаков и деревьев. Между собой они общались звонким чириканьем и писком, предупреждая появление хищников или другой опасности, которой в последнее время становилось всё больше.