В сети
Шрифт:
На мою рецензию приходит долгожданный отклик, и сердце, как по команде, ускоряется.
— Обрати на него внимание, солнышко... Хороший мужчина. Вежливый, трудолюбивый, галантный.
Мамин голос звучит мне вдогонку, и я, незаметно для неё, закатываю глаза.
Мы познакомились с Костей совершенно случайно — в тот вечер, когда я с сокурсниками отмечала защиту диплома в одном из столичных ночных клубов. У меня были чёткие планы на лето: устроиться помощником прокурора в районную прокуратуру. Об отношениях я не думала, несмотря
Костя был далёк от юриспруденции. Он работал тренером в фитнес-клубе, но вскоре открыл два своих.
Родители никогда не скрывали недовольства моим выбором. Я даже познакомила их далеко не сразу, прекрасно понимая, как они отреагируют.
Возможно, в их оценке была толика правды, и Костя действительно оказался мне неподходящей парой. Но я бы этого не узнала, если бы не попробовала.
Первое, на что натыкается мой взгляд, когда я захожу на кухню, — синяя рубашка, небрежно заправленная в брюки. Закатанные до локтей рукава открывают запястья, на которых проступают тонкие жилки. Тёмные волосы коротко подстрижены, но в фигуре и внешности гостя нет ничего, что могло бы привлечь интерес.
Когда Юрий оборачивается, я лишь убеждаюсь в этом. Правильные черты, спокойное выражение лица — ни одной детали, способной вызвать неравнодушное впечатление. Даже минимальное учащение пульса.
Зато его глаза резко опускаются вниз — к узкой полоске оголенной кожи между топом и шортами, а затем с заметным усилием возвращаются к моему лицу.
— Здравствуйте, Ольга, — мужчина приподнимается со стула, протягивая мне руку. Его ладонь тёплая и сухая. Рукопожатие уверенное, но не слишком сильное. — Меня зовут Юра. Юрий Николаевич Волошин.
— Очень приятно. Моё имя вы уже знаете.
Я не задерживаюсь на одном месте и прохожу за кухонный островок, ощущая на себе цепкое внимание отца, наблюдающего за ситуацией.
— Кофе будете?
— Спасибо, мне уже сделала Нина Григорьевна.
— Ладно.
Отложив телефон, на экране которого светятся три непрочитанных сообщения, и едва сдерживая желание открыть их прямо сейчас, я отворачиваюсь к кофемашине, протягивая руку к капсулам.
Отец общается с Юрием доброжелательным, почти дружеским тоном, несмотря на то, что разговор касается исключительно рабочих дел. Не знаю, в чём была необходимость встречаться в домашней обстановке, но это проясняется, когда гость начинает собираться.
— Оль, может, тебя подкинуть до города? — спрашивает отец, указывая на коллегу.
— Уже выгоняешь?
— Ну что ты, милая!
Я слишком хорошо разбираюсь в этом тоне. В этом хриплом смехе. В его завуалированных посылах. Во всём.
Мне не восемнадцать, чтобы не понимать: родители хотят передать меня в руки более серьёзного мужчины после Кости, который за пять лет отношений так и не соизволил сделать мне предложение, а потом и вовсе начал потрахивать
Вполне возможно, она была не первой.
Но раз мне не восемнадцать, у меня есть полное право не соглашаться. С чем-либо, что мне претит.
— Ты всегда учил меня не садиться в машину к незнакомым мужчинам, — широко улыбаюсь, скрещивая руки на груди. — Я доберусь до города самостоятельно, спасибо.
— До свидания, Ольга, — кивает папин коллега, не настаивая. И я мысленно ставлю ему за это плюс. — Был рад знакомству.
Как только за ним закрывается входная дверь, отец шумно выдыхает и недовольно покачивает головой.
— Ну и что тебе в нём не понравилось?
— Я никуда не тороплюсь. Вдруг у вас ещё есть для меня претенденты?
— Других нет.
— А что так? — иронично хмыкаю.
За годы учёбы в университете и работы в прокуратуре я не раз встречала мужчин, пытавшихся воспользоваться моим положением — или, вернее, положением моего отца. Я видела таких насквозь. Видела и моментально отшивала. Именно поэтому выбор Кости — человека из другой профессии — казался мне идеальным вариантом. До поры до времени.
— Оль… Я вижу, как тебе сложно после расставания с мужчиной твоей мечты, — с лёгкой издевкой замечает отец. — А у Волошина масса положительных качеств. Отличная карьера, перспективы, и он не первый год в системе.
— Да уж, звучит вдохновляюще.
Я отворачиваюсь, гремя посудой.
— У него приличная семья, — следует продолжение. — Отец — адвокат, мать — профессор в академии. Воспитан как порядочный человек, умеет брать на себя ответственность. Разве не этого тебе не хватало в прошлых отношениях?
Я хочу сказать, что здорово отвлекаюсь от боли с помощью Лекса, но вовремя прикусываю язык. Вероятнее всего, это прозвучит смешно и наивно. Будто я выбрала самый отстойный и ненадёжный способ из всех возможных, чтобы забыться.
— Я дал твой номер Юре, — заключает отец.
— Вот чёрт…
— Когда позвонит, будь так добра, не воспринимай его в штыки и хотя бы попробуй сходить с ним на свидание.
5.
***
Вся следующая неделя у меня расписана по минутам: суды, допросы, проверки и совещания. Времени на нормальный перерыв не остаётся, поэтому я откладываю встречу с Юрием до вечера пятницы.
Во вторник и четверг он отправил мне цветы с доставкой на дом, заранее уточнив, какие я люблю. Это оказалось довольно практично: например, от запаха лилий у меня всегда раскалывается голова — такие букеты я бы без сожаления выбросила в мусорное ведро. А вот ирисы и тюльпаны стоят и радуют глаз.
Юрий встречает меня у здания прокуратуры возле серого тонированного седана, запрокинув голову и рассеянно разглядывая окна.
— Мой кабинет на третьем этаже, — говорю, подходя ближе. — Привет!