В тылу врага
Шрифт:
Трофим опустил глаза.
— То-то и оно, так что уходим.
Через час хода они увидели на горизонте точку вертолета, спешащего к месту недавнего боя и это придало словам Вадима еще больше веса.
Понимая, что они в районе кишмя кишащего вражескими отрядами, и идти дальше одной кучей нельзя, Куликов выделил двух разведчиков и пустил их впереди отряда. Так есть хоть какой-то шанс не напороться на засаду лоб в лоб. А если неприятной встречи им избежать все же не удастся то даже два человека неплохой резерв для неожиданного удара противнику
Эта мера буквально сразу же, на следующий день дала результат. Разведчики первыми засекли вражеский отряд полицаев и группа беглецов тут же затаилась, ожидая пока полицаи пройдут по своему маршруту и снова двинулись в путь.
Первый день лета отметился задержкой, по вине все той же толстухи. Она не желала вставать, точнее не могла.
— Что с ней? — спросил Вадим у ее мужа.
— Не знаю…
Куликов внимательнее вгляделся в изможденное лицо женщины. За эти дни бесконечного марш-броска оно сильно осунулось, посерело, организм использовал жировые запасы своего тела и, похоже, даже их стало не хватать.
Обильно исходящую потом женщину вдруг сильно затрясло.
— Что с тобой?! — в который раз бросился к жене Иваныч.
Но женщина не отвечала, казалось она вообще, ни на что не реагировала, лишь чуть притихла, но потом ее снова начало колотить.
Поскольку китайские энергетические батончики уже как три дня вышли, и женщина шла на своих ресурсах, то это не могло быть ломкой. Хотя кто знает, ведь съела она их немало, почти половину от общих запасов, так что все возможно.
— Она диабетик?
— Нет.
— Температура. Озноб, повышенное потоотделение, — пощупав лоб, констатировал Вадим. — Что это может быть?
— Да все что угодно, — сплюнул Бардов. — Начиная от банального истощения, рецидивом старых болезней и заканчивая укусом ядовитой змеи.
— Верно. Есть у нее какие-то болезни, залеченные, но которые могли вскрыться?
— Я не знаю… наверное… при ее весе… — потупился Иваныч.
— Аппендикс?
— Вырезали еще в молодости.
— Димон, какая нам собственно разница, что с ней? — спросил Бардов. — Помочь мы ей все равно ничем не сможем.
— Тоже верно, — согласился Куликов. — Но что тогда делать? Бросить?
— Ну не на себе же нести… Она хоть, и похудела, но все равно она весит столько же сколько я со всем оснащением и вооружением.
Иваныч с мольбой посмотрел на Вадима, который как-то само собой стал главой отряда, несмотря на то, что тот же Бардов был одного с ним звания. Но тут, наверное, сыграли свою роль награды, они в глазах солдат придали Куликову больший вес, чем Бардову с его медалькой и потому со всеми вопросами в первую очередь обращались к нему.
Вадим мысленно выругался, и продолжил размышления:
— Ядовитых змей здесь нет, а вот… клещи.
— Черт! Точно! — хлопнул по стволу дерева рукой Бардов. — Даю одни к десяти, что ее клещи покусали. Уж сколько я с себя снял…
— У вашей жены есть прививка на клещевой энцефалит?
—
— Вы ее осматривали? Как часто она проверялась на наличие паразитов?
— Не очень… стеснялась.
— Придется проверить…
— Хорошо, — после короткой паузы согласился Иваныч.
Женщину тут же раздели. Рыхлое тело в купе с крепким запахом выглядело, мягко говоря, неаппетитно в сексуальном плане, но отвращение солдат вызвало не это. На теле женщины, все в красных пятнах, клещей оказалось штук десять, не меньше. Эти черные паразиты глубоко впились в тело и уже успели порядочно насосаться крови, так что в десятки раз увеличили свои первоначальные размеры.
— Вот же напасть-то, а…
Иваныч начал тут же срывать со своей жены насосавшихся паразитов.
— Бесполезно, — буркнул Юрий. — Даже вредно, бошки-то все равно в коже остаются… Если уж отрывать, то с умом…
Но это не остановило мужа. Не факт что он вообще слышал замечание. Оно и понятно…
Болезнь в своей финальной стадии развивалась стремительно. И от одного заразного клеща люди умирают если им оперативно не помочь, и даже если помощь оказывается вовремя, становятся инвалидами, правда на это уходят недели. А тут около дюжины паразитов на обессиленной женщине сделали свое черное дело в предельно сжатые сроки.
Ей с каждым часом становилось все хуже и беспрестанно трясло. Вскоре она перестала узнавать даже собственного мужа. А ночью случилась финальная развязка, которую, как это ни жестоко звучит, ждали все… с нетерпением и даже надеждой. Потому как застрять на одном месте из-за одной больной, которая неизвестно, сколько будет метаться в бреду, в то время когда их целенаправленно ищут, мало кому хотелось.
— Все, — сказал потухший Иваныч, — умерла.
Но даже в этом полном скорби голосе мужа промелькнула нотка облегчения.
Единственное, что могли сделать для его жены, так это вырыть могилу и похоронить, даже не оставив какого-то знака, чтобы не оставлять слишком уж заметных следов. Собственно, потому и не бросили, а потратили время на могилу.
А утром снова двинулись в путь с гораздо большей скоростью, что не могло не радовать.
Неслышно вернулся к основной группе снайпер Дюнкун, шедший в составе парной разведки. Еще один боец оставался на месте, отслеживая возможную неприятность на пути движения отряда.
— В чем дело? Полицаи?
— Нет. Гражданские. Около пяти человек. Трое мужчин с оружием и две женщины… может быть есть еще, в лесу шастают по своим делам. Похоже, эти тупари решили развести огонь, чтобы что-то приготовить…
— Ч-черт! — невольно вскрикнул Вадим. — Только этого нам не хватает для полного счастья, когда кругом китайцы носятся как ошпаренные!
Он и все остальные прекрасно понимали, что разведенный огонь даст достаточно дыма, чтобы его засекли китайские разведчики и направили в данный район кучу вражеских отрядов, что для них неприемлемо.