В тылу врага
Шрифт:
— Где мы вообще, хоть примерно? — задал вопрос уже Юрий Бардов.
Он в свою очередь, сцепил с себя пару клещей и каждому отрезал головы, потому как даже между ногтями этих маленьких тварей не раздавить.
Лейтенант достал карту и посмотрел.
— За два часа мы преодолели примерно сто-сто пятьдесят километров…
— Думаете? — усомнился Куликов. — Мы ведь шли как лодка.
— Думаю что да. Ты ведь потом наловчился и какое-то расстояние даже пролетал по воздуху.
"Так и двигались как лягушка или блинчик по воде, особенно после того как
— Так что мы сейчас где-то здесь, между сел Оймур и Сухая.
— Мыс Облом, — хохотнул Юрий, заглянув в карту лейтенанта. — Да уж, как ни посмотри, говорящее название… я бы даже сказал: символичное. Облом так облом. Шестеро в глубокой заднице. До наших тыща километров по горам… это минимум, ведь еще нужно Байкал обогнуть. Кругом одни китайцы… Обломистее облома просто не придумать.
— Не распускайте сопли, товарищ младший сержант, — жестко бросил Тарков. — Немедленно возьмите себя в руки.
— Я в порядке…
— Хорошо. Что касается того, что мы теперь будем делать и куда двигаться, то я считаю, что нам нужно выбираться отсюда.
— А как?!
— Возьмем у кого-нибудь лодку, переберемся через Байкал и пойдем на север. Китайцы, как бы много их ни было, не могли оккупировать всю территорию, так что выйдем к дружественному населению и оно уже нам поможет выбраться из западни.
Солдаты, напрягшиеся после вспышки пораженческих настроений Бардова, чуть расслабились. Что ж, алгоритм действий имеется, а это уже что-то, по крайней мере, не безвестность.
Отдохнув, солдаты снова двинулись в путь. Шли теперь целенаправленно, а не убегали сломя голову, что чисто психологически выкачивает силы точно насос. Но, как бы там ни было, усталость все равно взяла свое, а это в свою очередь привело к потере концентрации внимания и, в какой-то момент, они оказались в ловушке.
— Руки вверх или бошки поотстреливаем! — раздался выкрик в лесу.
Солдаты тут же ощетинились стволами своих автоматов.
— Ну?! Считаю до трех китаёзы недоделанные! Раз! Два!
— Бросай! — скомандовал лейтенант и сам бросил свой АК.
Его примеру последовали остальные.
— Так-то же!
— Эй! Мы свои! — крикнул Тарков.
— Знаем мы своих. Были своими, стали чужими…
Перед солдатами появился заросший бородой в изорванном камуфляже мужик лет пятидесяти, по виду русский. В руках он держал охотничий карабин "сайга". Вряд ли он был один, наверняка за солдатами, целясь из чего-нибудь убойного, приглядывают из кустов его товарищи.
— Сейчас это просто, — продолжил он. — Вот и вы, вроде русские все, кроме одного, — кивнул мужик в сторону Дюнкуна, — а в китайском шмотье…
— Это трофейное…
— Вполне возможно. А сейчас все отошли… и без глупостей.
Солдаты послушно отступили, а мужик, удерживая их под прицелом, собрал оружие и повесил себе на плечо.
— Не тяжело? — поинтересовался Бардов.
— Своя ноша не тянет.
— Ну-ну…
— И что теперь? — спросил лейтенант.
— Теперь разбираться будем. Кто такие, откуда,
— Ну слушай… только я присяду, а то рассказ долгий и все это время стоять желания нету. Устали как собаки.
Лейтенант без разрешения сел на землю, за ним последовали все остальные солдаты. В этот момент из зарослей вышли еще двое. Вооружены гораздо менее представительно – охотничьи двустволки, да ножи на поясах.
"Позор, — вяло подумал Куликов. — Шестерых солдат взяла в плен троица оборванцев с хламом вместо оружия…"
Лейтенант тем временем рассказывал о приключениях отряда в прибайкальских лесах, особо ничего не скрывая. Когда он закончил, троица переглянулась между собой.
— Я им верю, Трофимыч, — сказал один из тех, что держал в руках старое ружье, обращаясь к тому что вышел к солдатам с "сайгой".
— Я тоже, — сказал второй.
Трофимыч, осмотрев солдат и еще раз бросив взгляд на своих приятелей, только лишь кивнул и опустил ствол.
— Ну а вы кто такие будете, люди добрые? — спросил лейтенант Тарков.
— Да так, — со вздохом произнес Трофимыч, оставив напускную не свойственную ему суровость, с которой он встретил отряд и, превратившись в обыкновенного мужичка, в меру выпивающего деревенского мастера на все руки. — Гонимые.
— А если поподробнее?
— Да чего тут подробнее?.. Сказал же, гонимые… Пришли китайцы, стали власть свою устанавливать: местных аборигенов ренегатов на высшие должности самоуправления ставить, людей вербовать в отряды. Ну а нам – русским сразу поплохело. Местные националисты на нас сразу бочку покатили. Кто успел как мы, сразу же свалили, а кто не успел, тех куда-то забрали.
— Куда?
— Не знаю… был слушок, что китайцы устроили что-то вроде трудовых концентрационных лагерей. А что, чего, этого мы не знаем.
— А я догадываюсь, — произнес Бардов. — Думаю что они их на всяческие восстановительные работы будут сгонять. Все дороги, что мы рванем, наши же и будут восстанавливать.
— Похоже на то, — согласился лейтенант.
Все солдаты тут же подумали, что дорогу, которую они рванули ядерной бомбой, станут прокладывать по "горячему" (так оно быстрее, чем через горы в обход), вот такие пленные и умирать они будут сотнями и тысячами от облучения. А солдатам противника это на здоровье почти не скажется, ведь составы будут проноситься мимо этого участка на большой скорости, к тому же они в закрытых вагонах…
— Долго вы уже в лесу маетесь?
— Третий месяц пошел…
— М-да… И много вас?
— Трое, — снова вздохнул Трофимыч. — Ну и жены. Плюс парень четырнадцати лет у Иваныча.
— Как же вы так долго продержались?
— Да вот так. Взяли, что смогли и в лес. Ну и охота с рыбалкой спасают…
— Ну да… Чего же вы на месте сидите и никуда не двигаетесь?
— А куда?
— К своим.
— Дык далеко… Это же тоже не просто так – взял и пошел. Не говоря уже о том, что на китайцев дальше на западе или на севере нарваться нефиг делать. Их только в этом пятачке и нет. Пока нет.