Валькирии
Шрифт:
После первой встречи Тук остался разочарован. Он даже подумал, что бразилец ссылается на авторитет Ж., не имея достаточных знаний. А может — как знать, — впервые в жизни Ж. ошибся в своем ученике? Но если так, скоро вся Традиция будет знать об этом. Однако в ночь после той первой беседы Туку явился во сне его ангел-хранитель.
Ангел предложил ему объяснить женщине основы магии, направить ее на этот путь. Самые начала и азы, просто наставь, сказал он, а муж довершит остальное.
Тук во сне возразил, что азы он уже преподал: объяснил про второе сознание, велел смотреть на горизонт… Ангел ответил, что Тук должен
Тук умел быть дисциплинированным. Так что теперь он выполнял указание своего ангела — и надеялся, что свыше внимательно следят за его действиями.
— Следом за бесплотными душами, — продолжал он, — идут святые. Это великие мастера. Какое-то время они жили среди нас, а теперь стоят ближе к свету. Великие учения святых — это их жизни, прожитые здесь, на земле. В них содержится все, что нам следует знать, и мы должны вдохновляться примером этих людей.
— А как обратиться к святым? — спросила Крис.
— Молитвой, — вмешался Пауло, перебив Тука.
В нем говорила не ревность — хотя Пауло не сомневался, что американец старается произвести впечатление на Крис.
«Он уважает Традицию, — думал Пауло. — Учит меня, адресуясь к моей жене. Но почему он говорит о самых азах, о том, что я и без него прекрасно знаю?»
— Мы взываем к святым неустанной молитвой, — добавил он. — А когда они нам являются, мир вокруг меняется. Например, происходят чудеса.
Тук не мог не заметить в голосе бразильца напряженности: его голос звучал почти враждебно. Но он не собирался рассказывать ему про свой сон, потому что ничем не был обязан этому человеку.
— И наконец, — просто продолжил он, — существуют ангелы.
Может быть, Пауло не знал именно об ангелах, хотя, судя по всему, он знал достаточно много об остальном. Тук сделал небольшую паузу. Он сидел и молился про себя, вспоминая своего ангела и надеясь, что тот слышит каждое слово. А еще он просил у ангела помощи в наставлении, потому что — видит Бог! — объяснить некоторые вещи было очень трудно.
— Ангелы — это эманация любви. Они никогда не пребывают в покое, но постоянно стремятся расти, они вне пределов добра и зла. Любовь, которая все поглощает и все прощает. Ангелы и сами состоят из этой любви, и в то же время являются ее посланцами. Любовь живет и в ангеле-разрушителе, который однажды заберет нашу душу, и в ангеле-хранителе, который возвращает ее нам. Любовь — это движение.
— Любовь как война? — удивилась Крис.
— Любовь и мир несовместимы, в покое нет любви. Ищущий мира обречен на поражение.
«Что может знать о любви этот мальчик? Живет отшельником в пустыне, никогда никого не любил…» — подумала Крис. Но все же, сколько ни старалась, она не смогла припомнить ни одного случая, чтобы любовь принесла в ее жизнь покой. Напротив, любовь всегда сопровождалась мучительной болью, огромной радостью и глубокой печалью.
Тук повернулся к ним:
— Давайте помолчим немного, чтобы наши ангелы могли услышать в этом молчании нашу любовь.
Крис продолжала размышлять о любви. Да, парень, похоже, прав, хотя она могла бы поклясться, что все его познания о любви — чистая теория. «Любовь усмиряется, только когда мы стоим на пороге смерти. Как странно». Странными были все ощущения, которые Крис испытывала в последнее время, — особенно
Она никогда не просила Пауло научить ее чему-нибудь — она верила в Бога, и этого ей было достаточно. Она с уважением относилась к духовным поискам своего мужа, но — вероятно, именно по причине их близости и потому, что знала его слабости и недостатки, свойственные каждому человеку — сама она не очень ими интересовалась.
Но Тук был чужим человеком. Он сказал: «Смотри на горизонт. Следи за своим вторым сознанием», — и она подчинилась. И вот теперь, когда ее душа «выросла», Крис поняла, как это здорово и как много времени она потеряла напрасно.
— Для чего нужно говорить с ангелами? — нарушив молчание, спросила она.
— Чтобы получать от них знания, — ответил Тук.
Он произнес это совершенно спокойно, без раздражения. Задай она этот вопрос Пауло, тот наверняка бы рассердился.
Они прочли «Отче наш» и «Аве Мария». Наконец американец сказал: можно возвращаться.
— И это все? — разочарованно спросил Пауло.
— Я должен был привести вас сюда, чтобы мой ангел видел, что я выполнил его просьбу, — ответил Тук. — Мне больше нечему вас учить. Если хотите узнать что-то еще, ищите валькирий.
Обратно они спускались в неловком молчании, которое изредка нарушал Тук, подсказывая, куда лучше свернуть. Разговаривать никому не хотелось: Пауло — потому, что он думал, что Тук его обманул; Крис — потому, что боялась рассердить мужа своими глупыми замечаниями и все окончательно испортить; Тук — потому, что понимал, что бразильцы расстроены и теперь Пауло точно ничего не расскажет ему о приемах, которыми пользуется Ж.
— В одном ты ошибаешься, — заговорил Пауло, когда они уже подъехали к трейлеру, и Тук вышел из машины. — Тот, кого мы встретили вчера утром, не был ангелом. Просто мужик на грузовике.
На какую-то долю секунды Крис показалось, что Тук ничего не ответит, — враждебность между мужчинами явно нарастала. Американец повернулся и пошел было к дому, но неожиданно остановился.
— Хочу рассказать вам историю, которую слышал от своего отца, — сказал он. — Как-то раз учитель с учеником странствовали по пустыне. Наставник объяснял юноше, что тот всегда может положиться на Бога, — Всевышний все видит и знает. Стемнело, они решили разбить лагерь. Учитель принялся устанавливать палатку, а ученику поручил привязать лошадей к скале неподалеку. Но тот, подойдя к скале, подумал: «Наставник, видимо, испытывает меня. Он сказал, что Бог все видит, у него все под контролем… а сам попросил привязать лошадей. Наверное, он хочет проверить на прочность мою веру в Бога».
Вместо того чтобы привязать животных, он прочел молитву — и поручил судьбу лошадей Божьему промыслу.
Когда они встали на следующий день, лошадей не было. Ученик разочарованно сказал наставнику, что больше не верит ему: Бог явно не может следить за всем, раз не смог присмотреть за лошадьми.
«Ты неправ, — ответил учитель, — Бог хотел позаботиться о лошадях, и Он мог привязать их к скале. Но для этого ему нужны были твои руки».
Тук зажег маленький газовый светильник, висевший у входа в трейлер. Свет его чуть пригасил сияние звезд на ночном небе.