Ванилька
Шрифт:
Вытаскивала. Звала на помощь и вытаскивала его из бассейна, не подозревая, что в доме, кроме них двоих, никого больше нет. Повар приготовил завтрак и ушел, дабы не гневить нервное начальство, остальная прислуга скрывалась в гостевом домике, а охрана – в своей будке. Если бы что случилось, ей бы никто не помог, никто не спас.
– Давай же! Только попробуй умереть! Я тебе еще не отомстила!
Так и хотелось спросить: «За что?» – но имсит вовремя прикусил язык, потому что ему делали непрямой массаж сердца, за которым обязательно последует…
О
Ант вываливал на нее всю свою злость, всю страсть, что накопилась за это время. Еще немного, и у него бы окончательно сорвало тормоза, даже несмотря на то, что Малика на поцелуи не отвечала. Еще немного, и ее мнение уже не повлияло бы ни на что.
Да только, вывернувшись, Малика Торль оттолкнула его. Растоптала его веру в собственную неотразимость. Вырвала с корнем всю уверенность, потому что раньше Анта никогда не отталкивали, как бы нагло он себя ни вел. Да на него вешались толпами девушки в разы красивее, в разы фигуристее.
Этот поступок поверг его в пучину растерянности, так что звонкую хлесткую пощечину он пропустил. Замер, ощущая, как покалывает кожу от ее ладони. Поднялся, задавливая любые эмоции. Хотя нет, чистую злость до конца взять под контроль не удалось.
– Ненавижу! – срывающимся голосом выдохнула она, глядя на него так…
РиАнту вдруг стало больно. Настолько больно, что он не смог сделать очередной вдох. Грудь сдавило от вида слез, что встали в ее серых глазах стеклом. Ни одна слезинка не прокатилась по ее щеке. Ни одна. Но все они пропитывали горьким ядом его сердце.
Яд же вырвался и в словах, обличая все то, о чем он думал этим утром:
– Знаю. Но ты меня полюбишь, моя ванильная прелесть. Придет день, когда ты не сможешь без меня дышать. Полюбишь. У тебя нет других вариантов. Я заставлю тебя полюбить.
Странно, но, рухнув на дно бассейна, верглавнокомандующий Федерации неожиданно почувствовал себя именно на дне. На дне черной ямы, из которой так просто было не выбраться. Честное слово, он не хотел преподносить это так. На этот раз эмоции сыграли с ним злую шутку, исправить которую требовалось немедленно.
Да только она его не слышала. Хочет разгромить особняк? Если ей станет легче, то пожалуйста. Лишь бы она не называла его чудовищем. Он и сам знал, что монстр, животное, зверь, но от нее слышать эти слова было в разы больнее.
– Товарищ верглавнокомандующий, разрешите обратиться с личной просьбой? – раздалось на том конце ифона, а над головой Анта пронесся цветочный горшок.
– Ирадий, ты в своем уме? Я в отпуске! Малика! Малика, не тронь вазу! Ей шесть веков!
– Ах, шесть веков?! – Ваза разлетелась вдребезги. – Чему еще здесь шесть веков?
– Мне нужен отпуск или временный перевод, – тем временем продолжил друг.
– С какой стати? – недоумевал РиАнт.
– Я нашел свою слабость,
И я. Именно так хотелось сказать, но проговорил РиАнт то, чего от него ждали:
– Я дам тебе временный перевод. Подпишешь в министерстве. Береги свои нервы, друг. – Завершив звонок, Ант улыбнулся и позвал свое личное наказание: – Малика?
– А? – коротко отозвалась она.
– Беги, моя ванильная прелесть. Я считаю до трех.
Да откуда она берет эту чертову воду?! Откуда она вообще взялась на его голову? Почему такое произошло именно с ним?
Интересно, если он закроет глаза, что она сделает в ответ? Тонкое белье вымокло в бассейне, и смотреть ниже ее подбородка было просто небезопасно. Ей вообще здесь находиться было небезопасно. Не тогда, когда она совершает ошибку за ошибкой, намеренно выводя его из себя. За последние полчаса его эмоции проехались на всевозможных аттракционах, проверяя его самоконтроль на прочность.
– Хорошо. Тогда уйду я, – поднялся мужчина, осознавая, что вот сейчас действительно лучше уйти.
Потому что не простит. Если он сделает то, что засело в его мыслях, словно заноза, она никогда его не простит. Никогда не полюбит. Никогда не захочет разглядеть в чудовище человека.
Сжав пальцы в кулаки, он вышел из спальни. Да просто сбежал, если откровенно, чтобы прислониться лбом к створке с другой стороны, пытаясь охладить мысли, желание.
Она – его. Она принадлежит ему.
– Хорошо. Значит, война, – услышал он сквозь преграду ее голос.
И вот зря она это произнесла.
Дверь распахнулась, грохнув ручкой о стену, а РиАнт Арль в три шага настиг свою пленницу, жадно впиваясь в ее губы.
Она принадлежит ему.
Эти слова он повторял, словно мантру.
Глава 9
Глава 9: Две головы дракона
Малика
Я только успела выйти из кабинета, намереваясь отыскать что-нибудь в шкафу, чтобы одеться, как дверь спальни с грохотом отворилась, а в комнату влетел модифицированный. Его глаза полыхали серебром, когда он меня схватил. Пальцы с такой силой стиснули волосы, что пришлось вскинуть голову. Вторая рука сомкнулась на талии, обжигая обнаженную кожу.
Не поцелуй. Клеймо.
РиАнт будто клеймил мои губы, впиваясь в них с яростью, с безумием.
Испугавшись, что он все-таки потерял контроль, я со всей силы прикусила его нижнюю губу, попытавшись ударить коленом между ног, но мою ногу мгновенно поймали. Подхватив под коленями, имсит понес меня к кровати. Швырнув на простыни, оперся ладонями о край.
Тяжело дышал. Смотрел со злостью, с улыбкой, полной превосходства, на окровавленных губах. Смотрел, а мне даже закрыться было нечем – одеяло утопало в бассейне, подушки валялись на полу.