Варвар
Шрифт:
Заседатели вернулись в зал всего через пять минут.
– Готов ли вердикт? – поинтересовался судья.
– Да, Ваша Честь!
– Огласите.
– Коллегия присяжных заседателей считает представленные обвинением доказательства достаточными для передачи рассмотрения обвинения по существу по всем пунктам! – зачитал по бумажке член жюри.
Судья поднялся.
– Суд передает дело для рассмотрения по существу по всем пунктам обвинения. Обвиняемый вправе заявить требование о предоставлении ему профессионального защитника за счет государственных
На выходе из зала Крим почти столкнулся со Смитом.
– Джон, я не делал этого! – вырвалось у него.
Смит никак не отреагировал.
33
Свидание с адвокатом состоялось на следующее утро в той самой комнате, где накануне Шторра допрашивал следователь. Защитника звали Мисс («мэтр Мисс, будьте любезны обращаться ко мне именно так!»), он был высок и худ, узкий черный костюм висел на нем, как на жерди. Ни на минуту не останавливаясь, он монотонно мерил длинными шагами кабинет из конца в конец, так что от наблюдения за этими перемещениями у Крима скоро начала кружиться голова.
– Ну что я могу вам сказать, любезнейший, – проговорил адвокат. – Дела наши с вами отнюдь не блестящи. Отнюдь не блестящи! – он поднял вверх указательный палец.
Крим молчал. Он это и так знал.
– Одного не могу понять, как вам пришло в голову отказаться от адвоката? – продолжал Мисс. – Вот объясните мне, любезнейший, как вам это в голову пришло?
– Следователь сказал, что раз я ни в чем не виноват, то и защитник мне не нужен, – произнес Шторр.
– «Следователь сказал»! – передразнил адвокат. – А если бы он предложил вам самому застрелиться, вы бы тоже послушались?
Крим счел вопрос риторическим. Мэтр Мисс нравился ему все меньше и меньше.
– А ведь то, что вы сделали – практически то же самое! – заявил защитник. – Практически то же самое! Лучшего способа довести дело до смертного приговора и придумать сложно.
– А еще следователь сказал, что хорошего адвоката государство мне все равно не даст! – бросил Шторр, решив несколько осадить мэтра.
– В этом есть доля истины, – ничуть не смутившись, кивнул Мисс. – Даже анекдот такой есть: «Здравствуйте, бесплатный защитник!» – «Здравствуйте, безнадежный подзащитный!». Но если уж попали в открытое море, то лучше плохой спасательный круг, чем никакого. А вы, любезнейший, не просто в открытом море. Вы посреди океана, да в самый шторм. Вот так-то.
Мэтр перевел дух.
– Ну да ладно, что сделано – то сделано, – проговорил он уже совершенно другим тоном. – Будем теперь думать, как выбираться на сушу. И для начала надо хотя бы определить, в каком направлении грести. Я самым внимательным образом ознакомился с вашим делом. Ситуация, конечно, запущенная, но возможно, не безнадежная. Иффи – самоуверенный мальчишка, следствие провел абы как, рассчитывая, что сойдет и так. Теперь наша задача сделать так, чтобы не сошло. Итак, давайте сперва выясним, что в рассказанной вами в суде истории – правда?
– Все – правда, – бросил Крим.
– Все-все?
– Абсолютно, –
– Должен вас предупредить, любезнейший, что вы должны быть со мной совершенно откровенны. Если вы где-то солгали, что-то скрыли – я должен это знать заранее. В противном случае, шансов у нас с вами не будет. На всякий случай повторяю вопрос: все, что вы сказали – правда?
– Именно так.
– И нет ничего существенного, что бы вы утаили?
– Нет.
– Хорошо, допустим. А теперь, пожалуйста, повторите мне все еще раз. И как можно подробнее.
– С какого момента?
– С того самого, как вы высадились на нашей планете. Или даже нет, начнем с того, почему вы покинули Империю.
– Но это-то какое может иметь значение?! – взвился Шторр.
– Все имеет значение. Будь у нас побольше времени, я попросил бы вас поведать мне всю историю вашей жизни – с самого рождения. А еще лучше – с момента рождения ваших родителей.
– Здесь вам не повезло, – усмехнулся Крим. – Я сирота, подкидыш, и родителей своих не знаю. И все-таки я не понимаю, какое кому дело до того, за что меня выгнали с Кеш-Улли?
– Иффи есть до этого дело, а значит, есть и мне. На предварительном заседании полиция нарисовала присяжным образ закоренелого преступника, который творил беззакония еще в Империи. Я должен знать, как реагировать.
– Ну, здесь лейтенант почти прав, – проговорил Шторр. – Меня действительно исключили из Гильдии имперских государственных служащих, после чего законных оснований оставаться в Империи у меня не было. Мое преступление называлось «покушение на устои Гильдии». Чисто внутренняя разборка. Гражданских законов я не нарушал.
– И в чем же состояло это ваше покушение?
– Я пытался получить разрешение на поездку в столицу. Скажем так, в обход существующего порядка.
– Понятно, – кивнул Мисс. – Вернемся к вашему появлению у нас. С этого момента прошу вас не упускать ни одной детали, даже если она покажется вам несущественной.
Шторр принялся рассказывать. Адвокат не переставал мельтешить у него перед глазами, но слушал, по всей видимости, весьма внимательно, несколько раз задавал уточняющие вопросы, просил что-то повторить, пояснить. Про то, что астероид был раньше базой землян, и про цель их полета к нему Крим, как обычно, умолчал, постаравшись отделаться общими фразами.
– Понятно, – проговорил защитник, когда землянин закончил. – Понятно. История, конечно, совершенно нереальная, не все в ней хорошо стыкуется, но, как ни странно, вполне похожа на правду. Ложь обычно бывает куда как более гладкой. И потом, должен сказать вам, любезнейший, я довольно хорошо знаю и Ивва Гадта, и Башши Башша. Те еще типы… Так что, пожалуй, я вам верю. Но это я. Я и обязан вам верить. А вот поверят ли присяжные? Не знаю, не знаю…
Крим развел руками.
– Начнем с самого простого, – проговорил Мисс. – С вашего пистолета. В распоряжении следствия его нет, и это нам на руку. Где он? Я должен знать.