Васка да Ковь
Шрифт:
Главное, не дать задуматься.
Мальчишка бросился на кухню.
Потом, конечно, прорыдается. Не придется драпать сразу, так Васка даже покивает сочувственно этим рыданиям. Есть с чего. Может, в кошмарах ему этот день сниться будет, а что делать? И правда же, кроме него и некому...
Надо было второй глаз Кенвену подбить. Какая подлость: кроме мальчишки - некому. Но - некогда.
Васка отвернулся, пинком открыл дверь и с наслаждением вдохнул свежий воздух. Помедлил секунду... и побежал
Хозяйка, кажется, хотела извиниться? Ну так пусть извиняется молоком. Вроде, за конюшней был небольшой овин. Должна быть коза или овца какая-нибудь, дойная. Лишь бы была, лишь бы была, Ха-милостливый, лишь бы была! Пусть будет у хозяйки такое маленькое забавное чудачество, хлев в черте города, а в нем дойная коза, пусть будет!
Даже если осенью козы вдруг не доятся (Васка мало что смыслил в сельском хозяйстве) так почему бы Ха не сделать для своего служителя, пусть и такого бесполезного, чудо? Не так уж часто он о чудесах просит...
Можно бы, конечно, завернуть на рынок, на животные ряды... но Васка почему-то упорно бежал на постоялый двор. Почему-то казалось, что там чудо обязательно случится.
Васка бы хотел, чтобы кто-нибудь его взял, как он Фылека, за плечи, встряхнул, сказал, что делать... Но некому.
И он уцепился за высказывание Кови про молоко. Хоть какая-то цель. Хоть что-то он сможет сделать.
Добежал. Мгновение помедлил у ворот.
Пришли в голову мысли, которые до того Васка тщательно отгонял. А если местной хозяйки нет дома, или Фылек что-то напутал, и эта милая женщина не захочет помогать?
Или хозяин окажется нравом крут и налысо брит?
Васка снова мотнул головой, совсем как Фылек, тоже, наверное, похож на жеребенка... только жеребенка-переростка. Надо взять себя в руки. Успокоиться.
У страха глаза велики, а служителям Отца-Солнца не дозволено жениться. Не договорится с хозяйкой, так договорится с кикиморой, не договорится с кикиморой - так с овинником столкуется, лишь бы овин был.
Хоть бы и самому придется налысо побриться, но козу он достанет. Дойную!
Не с коровой же драпать... Да и козье молоко, говорят, для детей полезнее.
Васка вздохнул поглубже и толкнул приоткрытые створки.
Народа в дворике было достаточно: шныряли туда-сюда слуги, помогали постояльцу, чья телега очень неудачно развернулась чуть наискось, перегораживая конным проезд, побыстрее перетащить вещи. Служанки тоже суетились, непонятно, правда, зачем, наверное, за компанию.
Васка обошел телегу кругом и присвистнул. Это же надо же так было исхитриться! Даже если бы Васка специально хотел поставить телегу так же, он бы не смог, наверное.
Одна надежда, что к тому времени, как Васка будет выводить коней, телегу откатят. Вручную, лошадей
Вещей было уйма, целая гора дорожных сумок, тюков, тючков, узлов и прочего барахла.
Повезло, нечего сказать, прийти, когда все заняты по самое горло. Хотя, может, оно и к лучшему: хозяйке будет не до Васки, она быстренько извинится, отдаст козу... ну и все.
Васка хлопнул себя по лбу. Ну дурак, ей боги, дурак! Зачем выпрашивать козу, если можно просто так ее взять?
Она же приняла его за Ха знает кого, ну так он оправдает ожидания! Может, он всю жизнь мечтал оправдать хоть чьи-то, не упускать же возможность?
Он поймал за плечо какую-то служанку.
– Ей, девка, - Процедил он, многозначительно оглаживая рукоять меча, - Мне нужна ваша коза.
– Подумал немного, - Корова, в принципе, тоже сойдет.
– Че? Какой еще козел?
– Коза. Обычная коза. Козел совсем не подойдет.
– Васка отрицательно покачал головой и поцокал языком, - У вас есть коза?
Служанка растерянно захлопала ресницами.
– Господин хороший, с вами все хорошо? Какая коза?
– Дойная.
– Нахмурился Васка.
– Ну очень надо. Правда.
– Шепнул на ухо, - У меня подруга роды принимает. Тайные-е-е... Так что без козы никак.
– Тайные роды?!!!
– Воскликнула служанка, - Ого!
– У кого тут тайные роды?
– Подлетела другая.
– Кто рожает?
– Мальчик или девочка?
Окружили. Васка вздохнул. А потом махнул рукой: Ха выведет!
– Все всем расскажу. Приведите мне козу вот прямо сюда и я все расскажу. Очень грустная история. В ней есть дама больших достоинств, и... э-э-э... любовь всей ее жизни. А кончится все...
– Он смерил замерших девушек возмущенным взглядом, - Какие хитрые! Сначала коза, потом история!
– и он с гордым видом взгромоздился на телегу, прямо на какой-то мягкий тюк, выпрямил спину и задрал нос повыше.
Внизу зашептались.
– Это тот, помните? Которого наша прогнала-то...
– Перегрелся?
– Свихнулся...
И, гласом разума, от которого сердце Васки запело:
– Да ну, девочки, интересно же! Он вроде с Лютой пошел, у нее живет, что у нее там, неужели не Кенсвен папашка-то? Ну девочки, давайте приведем козу, не съест же он ее!
– Не съем.
– Подтвердил Васка.
– Правда.
– и конюха приведем, если что он ему по шее надает...
Вот это понравилось Васке уже меньше.
– Да ну, глянь какой бугай, кто кому надает...
– Калька, Калька! Родненький! Поможешь если что?
– и интонации такие игривые-игривые, обещали все и еще больше.
– Ты же мой самый лучший друг, ты же если что задашь этому блаженненькому жару?