Васка да Ковь

Эйта

– Угу.
– Ответили густым басом.

Васка хмыкнул. Нет, мужская солидарность требовала бедняге посочувствовать, но Васка взял в свое время за правило не сочувствовать тем, кого собирается однажды приголубить рукоятью меча по голове.

Не, даже ради его счастливого будущего и сотни тысяч детей... Васка склонил голову, внимательно рассматривая парочку. С этой-то невзрачной блондиночкой? Да тут же смотреть не на что, а он ради нее готов блаженного избить? Зве-е-ерь.

Не свезло человеку.

Ну ничего, дружба - тоже хорошо.

– Подашь тючок, брат?

– Да не вопрос.
– Васка протянул еще одному парню здоровенный мешок.
– Ну, мне козу ведут, не знаешь?

– А мое какое дело?
– Безразлично пожал плечами слуга, и уже в полголоса, - Ага, ведут. А что, правда?

Васка даже не стал спрашивать, что именно. Кивнул барственно:

– Чистейшая. Кстати, там еще конь и мул должны стоять... Этих тоже приведите, они мои.
– Поднял палец, - Во имя пикантных подробностей.

И он коротко описал лошадей.

Животных привели подозрительно быстро. Не иначе как был, был у хозяйки овин... Свезло Васке: видимо, хозяйка была занята с владельцем телеги и объясняться не придется.

Он спрыгнул с телеги: знал, какое производит впечатление. Улыбнулся, обнажая даже нижнюю челюсть. Люди боятся тех, кого не могут предугадать.

– история проста: красивая женщина встретила мужчину своей мечты. Они поженились: буря, искры, дом коромыслом.
– Начал он, приближаясь к козе.
– Ребенок.

Взгляд на Кальку: ну как, полезешь геройствовать? Рука на мече, чуть прищуриться: это, стал быть, очень-очень грозный взгляд. Васка очень-очень неадекватен, непредсказуем и порубает всех в капусту чуть что, честно-честно.

Он очень сильный, очень опасный, он сейчас возьмет веревочку и уйдет. Главное, чтобы эта скотина не упиралась.

Скотина не упиралась. Кажется, она тоже не очень понимала, что здесь происходит. Васка привязал веревочку к стремени.

– Девочка.
– Добавил Васка уже у самых ворот.

Звякнул чей-то кошелек: когда успели организовать ставки?

– Конец.
– и Васка тихонько закрыл ворота.

Хлопнул себя по лбу - скоро у него шишка будет, если так и дальше пойдет, сунул голову обратно.

– Передайте хозяйке, что блудливое отродье Ха ее простило.

Взлетел на коня и шагом поплелся к дому Люты. Галопом - оно вернее, но он побоялся, что коза не поспеет...

Ковь смотрела на козу. Коза смотрела на Ковь. Нагло так.

Кажется, она издевалась.

– Васка, ты ее купил? Скажи мне, я тебя умоляю, ты ее купил?

– Ну, не совсем.
– Запустил Васка пятерню в рыжую свою шевелюру, - Но не думаю, что она будет жаловаться. Теперь моя очередь: мы же вот это не оставим, а?

И указал на сверток.

Ситуация

была дурацкая: они отъехали от города совсем недалеко, когда Васка остановил коня и потребовал объяснений. У него были все основания их требовать, а вот Ковь понятия не имела, как ей объяснять. То есть Васка, конечно, не тот человек, который затопает ногами, заплачет и убежит, бросив ее наедине с ситуацией. И молча не уедет. И вообще - не уедет...

Но как же стыдно за такую подставу!

Вот что Ковь могла сказать, как объяснить? Ну, она и сказала. По существу.

– Оставим...

Васка улыбнулся как-то страшно. Как-то... сразу верилось, что он и правда - документированный безумец.

– Мы. Оставим. Девочку? Мы точно не можем отдать ее в ближайшую деревню? У нас достаточно денег, чтобы...

– Если мы отдадим ее в ближайшую деревню, она погибнет.
– Просто сказала Ковь.
– Слушай, я тоже хочу себя удушить, я понимаю... правда... В общем...
– Она набрала побольше воздуха и выпалила:

– ЕезовутЭха!

– Эха?

– Эха.
– Кивнула Ковь.

Как-то бросать ребенка у которого имя есть - совсем не то, что бросать безымянный орущий сверток, который как-то совершенно случайно попал им в руки.

– Ты же это только что придумала?
– Подозрительно спросил Васка.

Ковь развела руками. Только бы не зареветь, только бы не зареветь. Только бы не зареветь... Боги, зачем она в это ввязалась, надо было отдать девочку Люте и уехать... руки болят... интересно, она еще жива? Он придет сразу же? Боги, там же остался мальчишка! Она совсем забыла про мальчишку... как его, Фылек, Флек? Фыльк?

Васка сел прямо на дорогу, уткнулся лбом в руки. Потер виски.

– Я, кажется, забыл... Амулет.
– Сказал он после невыносимо долгой паузы.
– Призыва... сестер.

– К лучшему...
– Выдохнула Ковь.
– Может, повезет кому... Как забыл! Как можно было его забыть, чтоб тебя?!

– Отдал Фылеку, чтобы он к синяку приложил.
– Васка пожал плечами, - А потом, знаешь, Люта... коза... Спешка... Как-то так. Извини.

Фылек... Забыла и забыл - лишь бы сложилось в "повезло".

– Квиты. Мы же теперь... Не сможем... дальше?

Васка резко встал, подошел к коню, погладил Шалого по точеной морде.

– Нам все равно пришлось бы где-то зимовать, Ковь. Не извиняйся.

Дальше они ехали в молчании.

Ночью к костру вышли двое.

Васка узнал в них Фылека и Кирочку. Фылек снова отворачивал голову, а Кирочка не скрывала своего недовольства.

– Какого! Вы... Я погибнуть могла!
– Рявкнула она, - Совсем совесть поимели? Сами бросили - маленькая девочка разгребай, да!?