Вдовы
Шрифт:
Кан: Какая еще машинка? Не вижу никакой машинки.
Бранд: Она в лаборатории, мистер Кан. Была обнаружена в магазине «Бай и Уи» в доме 602 по Джефферсон-авеню. Сейчас ее исследуют как возможную улику.
Кан: Улику? Какую улику?
Бранд: Улика по делу об убийстве.
Кан: Не вижу никакой связи, миссис Бранд. Уж простите. Если мисс Уид даже и писала эти письма... И я очень надеюсь, что у вас есть тому веские доказательства,
Бранд: Для того машинка и отправлена в лабораторию, мистер Кан. И уж вы тоже меня простите, мы не «шьем» здесь уголовное дело, а только задаем вопросы подозреваемой, не так ли? Будет ли мне позволено продолжать? Или, как я уже предложила, не хотите ли вы остановить допрос сейчас же?
Уид: Мне нечего скрывать.
Бранд: Мистер Кан! Могу я расценивать это как разрешение продолжать?
Кан: Валяйте. Одна и та же старая песня...
В.: Мисс Уид! Когда вы впервые встретили Артура Шумахера?
О.: Год назад, в январе.
В.: И какое же это было число?
Карелла: Тридцать первое июля.
В.: Итого, сколько же времени прошло? Восемнадцать, девятнадцать месяцев?
Карелла: Восемнадцать.
В.: Это так, мисс Уид?
О.: Чуть больше.
В.: Как произошла эта встреча?
О.: Его жена купила у меня собаку. В качестве новогоднего подарка. А через месяц он пришел за ошейником.
В.: И это стало началом вашей связи?
О.: У меня не было с ним никакой связи. Он был покупателем.
В.: И только?
О.: И только.
В.: Тогда как объяснить появление этих писем?
О.: Я их не писала.
В.: Вы ведь знаете, надеюсь, что, согласно статьям первой части Основ уголовно-процессуального кодекса...
Кан: Ну вот, опять лекция по основам права...
В.: ...Нам разрешено взять у вас отпечатки пальцев, например...
Кан: Я буду категорически протестовать против этого!
В.: Конечно. Но закон есть закон, и изменить его вы не можете... Это вам ясно, мисс Уид?
О.: Если вы говорите, что так говорится в законе...
В.: Я даже утверждаю это.
О.: Тогда я думаю, что в законе это действительно есть.
В.: Знаете ли вы также, что, тогда как уже многие люди брали в руки эти
О.: Я их не писала.
В.: Кто бы их ни писал, отпечатки пальцев до сих пор могут быть на оригиналах. Вы знаете это?
О.: Я ничего об этих письмах не знаю. Я не знаю, чьи отпечатки пальцев могут быть на этих письмах.
В.: Вы когда-нибудь видели оригиналы этих писем?
О.: Нет.
В.: Вы в этом уверены?
(Молчание вместо ответа.)
В.: Мисс Уид?
О.: Да, я уверена в этом. Я их никогда не видела.
В.: Стало быть, возможно, и ваших отпечатков пальцев на них не может быть. Так? Верно?
О.: Верно.
В.: А что, если они там есть? Что, если мы найдем на них отпечатки пальцев и они совпадут с вашими? Как вы тогда это объясните, мисс Уид?
(Молчание вместо ответа.)
В.: Мисс Уид?
(Снова молчание.)
В.: Мисс Уид, не будете ли вы так любезны ответить на мой вопрос?
(Снова молчание.)
Бранд: Лейтенант, я бы хотела, чтобы у задержанной взяли отпечатки пальцев. Прошу вас.
Кан: Эй, эй! Ну-ка, подождите минуточку. Уголовно-процессуальный кодекс ничего не говорит о том, чтобы...
В.: Может кто-нибудь здесь достать для него УПК?
Кан: Нет, стойте!
Лейтенант Бернс: Ну-ка, кто-нибудь загляните в мой стол, посмотрите, там есть кодекс... А вы, мисс, пожалуйста, пройдите с нами. Вы не против? Стив, ну-ка, возьми мне на память отпечатки ее пальцев, прошу тебя...
Карелла: Пройдемте, мисс.
Вопрос Нелли Бранд: Мисс Уид?
(Вместо ответа снова молчание.)
Вопрос Нелли Бранд: Мисс Уид?
Ответ Уид: Я так любила его...
...Сначала я не знала, что у него есть кто-то еще. Подумала, что он просто утратил ко мне интерес. Такое бывает, знаете... Разлюбил, и все. И я бы это, вообще-то, восприняла как должное. Если вас больше не любят, значит, не любят. А прошло всего-то чуть меньше года. Первый раз он пришел ко мне в лавку 23 января. Это у нас было вроде дня рождения, юбилея. Вообще-то мы долго продержались. В наши дни год — это много, поверьте. У меня есть подружки, так вот, если мужчина продержится хотя бы полгода, то и это счастье. А у нас — целый год. Он сказал, что хочет порвать со мной... Когда это было? Ага, 15 января, я хорошо даты запоминаю. Почти что год прошел. Ну и вот...