Вендетта

Вонсович Бронислава Антоновна

— В обед посмотрим, — ответил его брат, которого не покидала уверенность, что оценивать будут отнюдь не по степени таланта. Он потрогал лоб Чески и заключил. — Жара нет. Может, все не так страшно и к обеду пройдет.

Франческа прекрасно понимала, что к обеду ничего не пройдет, в лучшем случае — к завтрашнему утру, но разубеждать никого не собиралась. После завтрака она пошла к себе в закуток и там свернулась в клубочек, стараясь хоть как-то утихомирить пульсирующую боль внутри. Через некоторое время к ней зашел Роберто и принес бутылку, наполненную горячей водой. Девушка благодарно на него посмотрела

и прижала импровизированную грелку к животу, ей даже показалось, что стало легче. Санторо-младший вздохнул и погладил ее по голове. «Вот как было бы хорошо, если бы он был моим братом,» — внезапно пришло Ческе в голову. — «И Винченцо тоже. С ними так спокойно.»

А несостоявшийся старший брат в это время бегал по территории гарнизона в поисках капитана Ферранте, которого «вот только что видели именно тут». Наконец неуловимый Энрико был обнаружен на стрельбище, уныло покусывающим карандаш и бормотавшим вслух всяческие рифмы.

— Энрике, тебя найти совершенно невозможно, — вместо приветствия сказал Винченцо. — Как успехи в подготовке к конкурсу?

— А, — расстроенно сказал Ферранте, махнув рукой, — Вот придумал «О священные духи бескрайних полей Сообщите прекрасной орчанке моей». А дальше ну никак не идет. Что там эти духи должны сообщить и, главное, зачем, в голове моей никак не появляется.

Вот правильно Винченцо решил поинтересоваться успехами друга. При таком состоянии дел тот вполне может и не закончить свой шедевр о прекрасной орчанке к обеду. Так что капитан Санторо сел на травку рядом с капитаном Ферранте и начал помогать тому выискивать идеи и воплощать их в стихотворной форме. Объединение сил привело к полной и окончательной победе над уже изрядно помятым и исчерканным листом бумаги. Энрико перечитал получившееся несколько раз и вполне остался доволен результатом. По его заблестевшим глазам стало понятно, что он уже предвкушает вручение награды победителю, как вдруг Ферранте помрачнел и неожиданно поинтересовался у друга:

— Вот скажи, зачем тебе нужен этот ординарец?

— Да мне он совсем не нужен. Мне же полковник приказал его взять, — несколько удивленно ответил Винченцо.

— Точно. Как это я забыл, — оживился Ферранте. — Если он тебе не нужен, то ты ведь не будешь возражать, если я его проткну на дуэли?

— Буду, — жестко ответил Санторо-старший. — Если не дай Богиня ты его вызовешь, то будешь иметь дело со мной. Франческо под моей защитой.

— Под твоей защитой, — передразнил его друг. — То-то он такой наглый.

— Да с чего ты взял, что он наглый? Что он такого тебе сказал?

— Общее впечатление, — расплывчато пояснил Ферранте. — Вроде бы ничего такого и не сказал, но наглость из него так и прет. Вот так и хочется его вызвать и поставить на надлежащее место.

К сожалению, Винченцо никак не мог рассказать другу о том, кем же в действительности является его ординарец, так как Энрике совершенно не умел хранить секреты в нетрезвом виде, в котором он находился по меньшей мере пару раз в неделю. Все, что становилось известным ему, быстро становилось достоянием общественности. Так что капитан Санторо только еще раз напомнил другу, что в случае чего тому придется иметь дело в первую очередь с ним, а уже потом с Франческо или, что более вероятно, с больничной

койкой.

При выходе со стрельбища друзья встретили Изабеллу. Когда капитан Санторо упомянул о болезни ординарца, которая не позволит ему присутствовать на поэтическом турнире, дочь капитана воскликнула:

— Но ведь это же ужасно! Мало того, что бедный Франческо заболел, так он еще вынужден будет пропустить такое развлечение, которое хоть немного скрасит ему тяготы армейской службы. Я думаю, что мы должны войти в его положение и провести турнир у вас дома, капитан Санторо.

— Думаю, что моему ординарцу сейчас не до развлекательных мероприятий, — попытался возразить ей Винченцо.

— Это его хоть немного отвлечет, — не согласилась Изабелла. — И не возражайте мне, капитан Санторо, турнир проводим у вас. Капитан Ферранте тоже согласен.

— Вот это я и имел в виду, говоря о наглости твоего ординарца, — грустно сказал Ферранте другу после ухода дочери полковника. — Вот, вроде, он и не сказал ничего, более того, его здесь даже не было, а так хочется убить…

Винченцо покосился на друга и понял, что теперь придется следить еще и за тем, как бы тот не полез в драку с Франческой. Все-таки девушка и так очень хорошенькая и в дополнительных украшениях не нуждается, тем более, что шрамы украшают исключительно мужчин.

А в это самое время родители «хорошенькой девушки» как раз обсуждали новости, доставленные им графом Санторо.

— Мне не нравится такая ситуация, — твердо сказала мать Франчески. — Девушке ее возраста совершенно неприлично жить в одном доме с двумя неженатыми мужчинами. Это нанесет непоправимый урон ее репутации.

— Больше навредить ее репутации, чем она уже сделала сама, просто невозможно, — возразил граф Сангинетти. — Сбежала из дома, разгуливает в мужской одежде. Странно, что она еще на дуэль никого не вызвала.

— Это все воспитание твоей покойной матери. Я ведь неоднократно требовала оградить наших детей от ее влияния. А она заставляла учителей фехтования заниматься не только с Беннардо, но и с Франческой.

— Обсуждение этого вопроса не имеет никакого смысла в данный момент, — холодно сказал Доменико. — Сейчас мы должны решить, оставить ли дочь в Алерпо на некоторое время, чтобы она успела привыкнуть к жениху, к которому, по словам Санторо, она уже относится с некоторым расположением. Или же настоять на немедленной свадьбе. Мне кажется первый вариант более разумным — Франческа вполне может влюбиться в юношу, и тогда на свадьбе мы не будем бояться скандала с ее стороны.

— Но может и не влюбиться. Все же его брат убил нашего Беннардо. Не думаю, что она когда-нибудь это забудет.

— Даже просто симпатия к жениху уже заставит ее вести себя более сдержанно.

— Если бы можно было все вернуть назад, — с тоской в голосе сказала Тереза, — я никогда бы не согласилась на этот брак. Бедная девочка, на что мы ее толкаем!

— Франческа с самого раннего детства знала, что выйдет замуж по решению семьи, и была к этому готова, — возразил Доменико. — Прекратить вражду между нашими семействами надо было давно, тем более, что все нападения в последние годы были только с нашей стороны. И, Тереза, разве ты забыла, брак нашей дочери с представителем семьи Санторо был предложен…