Вентус
Шрифт:
Джордан бросил еще один взгляд на паровую машину. Все деревенские пацаны под тем или иным предлогом сбежались сегодня на господский двор, в том числе и ребята, с которыми Джордан играл еще две недели назад. Сейчас он не мог даже дружески поздороваться с ними. Он взрослый, а они - дети; между ними непреодолимая пропасть.
Честер за спиной у Джордана смачно выругался, как обычно, когда был доволен жизнью. Рабочие принялись сбрасывать камни. Джордан схватился за перекладину - у него вдруг закружилась голова,
По двору на почтительном расстоянии от паровой машины прошла стайка женщин в ярких нарядах. Среди них была его старшая сестра. Она посмотрела на Джордана, прикрыв глаза рукой от солнца, и помахала ему.
Похоже, настроение у Эмми чуточку лучше, чем с утра. Когда Джордан пришел в замок, она уже была на кухне, явившись туда до зари.
– Привет, - сказала она, когда брат появился во дворе. Он подумал, рассказать ей о ночном кошмаре или не стоит, но Эмми вдруг подошла совсем близкой прошептала: - Помоги мне, Джордан! Ладно?
– А в чем дело?
Сестра огляделась вокруг с несчастным видом.
– Он здесь!
– Он?
– Ты же знаешь… Главный ревизор. Видишь?
Она отступила в сторону, открыв взгляду Джордана фонтан, пруд и паровую машину Туркарета.
Джон вспомнил, как Эмми плакала, когда Туркарет приезжал прошлым летом. Она не сказала, почему плачет, только намекнула, что это связано с визитом главного ревизора.
– Ладно, обойдется, - сказала она тогда.
– Он скоро уедет, и все будет в порядке.
Джордан так и не понял, в чем дело. Туркарет был из аристократической семьи, правительственный чиновник, а отец всегда говорил, что аристократы лучше простых людей.
Джордан решил, что Эмми чем-то навлекла на себя гнев Туркарета. И только теперь ему в голову пришло, что причина могла быть совсем другая.
– Он тебя и не вспомнит. Столько времени прошло!
– сказал Джордан.
– Дурак!
– рассердилась сестра.
– Будет еще хуже.
– И что же нам делать?
Туркарет был влиятельным человеком. Ему позволялось все.
– Придумай какой-нибудь предлог, чтобы забрать меня с кухни. Он приходит туда и разглядывает девушек.
Джордан посмотрел на солнце и смахнул со лба капли пота. День будет жарким… Это навело его на мысль. Он положил руку Уилламу на плечо.
– Я принесу нам хлеба и воды.
– Очень хорошо, - отозвался Уиллам, вынимая из стены очередной камень.
– Только не задерживайся.
Джордан улыбнулся: он заберет Эмми с кухни, а заодно порадует своих рабочих, плеснув им в лицо ведро-другое колодезной воды. Отличный выход!
Юноша начал спускаться, как вдруг в воздухе раздался пронзительный крик. Джордан машинально разжал руки и пролетел последние несколько метров, приземлившись
К его удивлению, Уиллам лежал рядом.
– Как ты… - начал было Джордан, но Уиллам скривился, обхватив руками голень. На ней виднелся громадный синяк, и нога была вывернута под неестественным углом.
Все кругом орали как оглашенные. Перевернувшись на спину, Джордан увидел, что рабочие один за другим прыгают на землю.
– …там, на стене!
– крикнул кто-то, а другой добавил:
– Она схватила Римана!
Мостки, возведенные у стены, ходили ходуном.
– Что стряслось?
– в панике выкрикнул Джордан.
И тут он увидел, как наверху, где работали каменщики, блестящая серебряная рука схватилась за перекладину. Потом появилась вторая рука, слепо шарившая в воздухе. Солнечные блики, вспыхивавшие на ней, слепили глаза.
– Мать камня!
– выдохнул Уиллам.
– Там, в стене, мать камня! Это она сделала дыру!
Джордан выругался. Матери камня являлись нечасто, но он знал, что они не сверхъестественные существа, как Ветры, например, а представители механской жизни, как печные жучки.
– Риман высунулся в дыру, и его покрыло серебром, - сказал Уиллам.
– Он задохнется.
Джордан мельком увидел голову Римана - идеально-круглый блестящий шар. До него внезапно дошло, в чем дело.
– Она просто защищается!
– крикнул он разбегавшимся людям.
– Риман вспотел, и она старается осушить воду!
Рабочие остановились, тупо глядя наверх.
Если никто ничего не сделает, через пару секунд Риман умрет.
Джордан обернулся и посмотрел на открытые ворота замка в двадцати метрах от него. Облака лениво плыли в зеркальном прямоугольнике пруда.
Юноша решился. Нагнувшись, он плеснул воды из пруда себе на голову и плечи и начал карабкаться вверх по мосткам. Внизу снова поднялся крик; из замка выбежали люди.
Джордан вскарабкался на леса рядом с Риманом. Сердце у него билось как бешеное. Голова, руки и верхняя часть торса Римана были покрыты мерцающей белой жидкостью, похожей на ртуть. Он стоял на коленях, однако цепко держался за опору.
Риман был силен и упрям; Джордан понимал, что не сумеет разжать его мертвую хватку. Поэтому он просто протянул мокрую руку и положил ладонь на серебристую голову рабочего.
Жидкость с шипением потекла по пальцам Джордана, потом по предплечью. Он вскрикнул, но не успел отпрянуть, и вся остальная белая масса так и хлынула на него. Юноша мельком заметил, как из-под серебряной маски показалось посиневшее лицо Римана - и тут жидкое серебро залепило ему рот, нос и глаза.
Джордан чуть было не запаниковал; он замахал руками, ощущая, как жидкий металл пытается проникнуть к нему в уши и ноздри. Потом нащупал ногой край платформы и прыгнул.