Вентус
Шрифт:
В первый миг он почувствовал лишь головокружение от свободного полета в кромешной тьме и ртуть, дрожавшую у него на веках…
Рот внезапно наполнился водой, зрение прояснилось - и вновь замутилось от ила. Джордан рванулся вверх. Он упал туда, куда и планировал: в зеркальный пруд. Серебряная жидкость, смытая с его тела, образовала большой овал на поверхности воды, который плавал взад-вперед, отталкиваясь от краев пруда. Когда овал направился обратно к Джордану, юноша как ошпаренный выпрыгнул из воды.
Послышался
Когда Джордан посмотрел на нее, она медленно и серьезно кивнула, повернулась и ушла в замок.
Риман сидел на мостках, прижав руку к шее. Поймав взгляд Джордана, он поднял руку.
К Джордану подбежал Честер, потом другие рабочие - и подбросили его в воздух.
– Трижды ура нашему герою!
– крикнул Честер.
– Отпустите меня, болваны! Уиллам ногу сломал… Рабочие опустили его и ринулись к Уилламу, который через силу улыбнулся.
– Отнесите его к хирургу, - велел Джордан.
– А потом мы подумаем, что делать с матерью камня.
К нему подбежала Эмми, обняла.
– Какой же ты у меня дурачок!.. Что это было? Он застенчиво пожал плечами:
– Мать камня. Они живут в валунах, горах и холмах. Они механы, а не чудовища. Она просто пыталась себя защитить.
– А что это за серебро? Оно выглядело как живое!
– Папа рассказывал мне, что матери камня так себя защищают - серебро устремляется туда, где мокро. Ему довелось видеть человека, покрытого этой штуковиной. Тот умер, но серебро осталось на нем, и пришлось опустить тело в конскую поилку, чтобы смыть эту дрянь.
Эмми передернуло.
– Кошмар какой-то! Больше никогда так не делай, слышишь? Возбуждение улеглось, и толпа начала разбредаться.
– Пойдем, тебе надо помыться, - сказала Эмми, таща его за собой в сторону кухни.
Когда они огибали пруд, Джордан внезапно услышал стук копыт и увидел взметавшиеся из-под них фонтаны пыли. Кони скакали прямо на него.
– Берегись!
Он развернулся, оттолкнув сестру с дороги. Она вскрикнула и упала в пруд.
Звук пропал; пыль исчезла из виду.
Никаких скакунов. Двор, освещенный утренним солнцем, был пуст.
Несколько человек оглянулись, услышав крик Джордана, и снова засмеялись.
– Что…
– Как ты мог?
Смачная затрещина вернула Джордана к реальности. Платье у Эмми намокло и прилипло к бедрам и ногам.
– Я… я не хотел…
– Ну конечно! Что мне теперь делать?
– всхлипнула она.
– Правда! Я слышал цокот копыт. Я думал…
– Пошли!
Сестра схватила его за
Джордан, ужасно смущенный, потряс головой:
– Мне очень жаль, Эмми. Я не хотел. Я действительно слышал коней, клянусь!
– У тебя просто крыша поехала, вот и все.
– Может быть, я просто… - Он яростно пнул перегородку стойла.
– Сегодня все идет наперекосяк!
– Ты ударился головой, когда прыгнул в пруд?
Похоже, эта мысль немного успокоила Эмми. Она вышла из стойла, все еще мокрая, но ругаться перестала.
– Вроде нет…
Джордана ослепила яркая вспышка. Он мельком увидел залитую солнцем траву и белые облака - там, где на самом деле были солома и деревянные перегородки.
– Джордан!
У него болел локоть. Каким-то образом он очутился на полу.
– Эй!
– Эмма озабоченно склонилась над ним.
– Ты не ушибся? Ты упал…
– Правда? Это из-за вспышки. Я видел…
Сестра осторожно ощупала его голову, пытаясь найти синяки и шишки.
– Тебе не больно?
– Я не ушибся, честное слово.
– Джордан встал.
– Ты был таким странным минуту назад…
– Ничего, все в порядке.
– Джордан вдруг испугался и, стараясь скрыть свой испуг, добавил: - Да я просто пошутил. Пойдем проведаем Уиллама, а потом - за работу.
– Ладно, - неуверенно ответила Эмми.
Уиллам и Риман все еще были у хирурга. Что делать с матерью камня, никто не знал, так что Джордан отпустил рабочих на обед. А сам пошел на кухню, сел поближе к Эмми, и они скоротали время, греясь у очага.
Джордан уже решил было собрать людей и приступить к работе, как вдруг почувствовал под собой коня и увидел, как мимо проносятся луга и поля. В ушах загремел стук копыт тысяч лошадей. Его рука крепко сжимала поводья… только это была не его рука, а загорелая кисть зрелого мужчины.
В мгновение ока видение исчезло, и Джордан вновь очутился на кухне. Он не упал, и никто на него не смотрел. Сердце колотилось словно после километровой пробежки.
Он помахал Эмми. Девушка болтала с одним из хлебопеков, не обращая на Джордана внимания, пока он не повернулся и не пошел прочь.
– Чего тебе?
– быстро догнав его, прошептала сестра тем особым тоном, которым говорила с ним в последнее время, когда он прерывал ее беседу с молодыми людьми.
– Это случилось снова…
– Что случилось?
– Как в конюшне. Я видел…
Скептический взор Эмми отрезвил его. Ее взгляд стал мягче.
– Ты побледнел. Что с тобой?
– Я все время что-то вижу. И слышу.
– Голоса? Как дядя Уилсон?
– Нет. Лошадей. Как во сне, который мне приснился ночью.
– Во сне? О чем ты говоришь?