Вентус
Шрифт:
– Я отведу тебя к врачу Линдена. Он тебя прикроет!
– Ему приказано… не лечить дуэлянтов.
– Раненого начало неудержимо трясти.
– Ну и ну!
– Джордан обернулся и посмотрел на башню, черным силуэтом вздымавшуюся в неспокойное небо.
– Значит, твой хирург не станет тебя лечить, потому что ему так приказали - и врач Юрия тоже. Пырнул тебя, очевидно, один из людей Брендана Шейи, так что его хирург уж точно не поможет.
Раненый обреченно кивнул.
– Тебе повезло, что я не принадлежу ни к одной из семей, - продолжал Джордан, - меня никто не лишал права тебе
– Ты… хирург?
– Нет, но моя госпожа - отличный врач, - наобум ляпнул Джордан.
Раненый попытался сесть.
– Как может… леди… - Дуэлянта била дрожь.
– Х-холодно…
– Давай вставай. А там посмотрим.
Джордан осторожно помог раненому подняться на ноги.
Каландрия выругалась на языке, которого Джордан никогда раньше не слышал. Но он не нуждался в переводчике.
– Посмотри на этот кровавый след!
– злобно прошипела она.
– Как мы его спрячем? А вдруг он умрет? У нас в комнате будет труп!
– Я… не хотел… - прошептал истекающий кровью дуэлянт.
– Ложись!
– велела ему Каландрия. Она встала на колени и помешала угли в камине.
– У тебя шок. Я разожгу огонь, а потом посмотрим твою рану.
Джордан сидел, крепко прижимая руки к животу раненого. Кровь хлестала во все стороны, как на скотобойне; Джордана больше беспокоили мертвенная бледность дуэлянта и его холодная кожа.
– Не обращай на нее внимания, - сказал он, стараясь отвлечься.
– Как тебя зовут?
– А-Август. Конюх.
Была это его фамилия или же профессия, Джордан не понял и уточнять не стал.
– Я - Джордан Масон. А это леди Каландрия Мэй.
– Прекрати, Джордан! Ты изматываешь его!
Каландрия сунула в угли два полена. Искры взлетели вверх, и одно из поленьев загорелось. Джордан уже раньше заметил, что Мэй не очень-то умеет обращаться с огнем - довольно странно для особы, наделенной столькими талантами. К счастью, поленья были сухие и разгорелись без усилий.
– Приведи Акселя, - велела Каландрия. Она вытащила из-под кровати сумку, вывалила содержимое на пол и взяла две металлические трубочки.
– А потом смой кровь со ступенек и сам умойся.
Джордан побежал к двери.
Теперь он был рад, что их поселили в башне. Здесь, в удалении от главного здания, можно было передвигаться незаметно. Тем не менее, добежав до нижней галереи, юноша перешел на шаг и через каждые пару метров останавливался, прислушиваясь, не идет ли ночная стража.
Джордан бесшумно ступал босиком по холодному каменному полу. Он шел по коридорам, предназначенным для прислуги; парадные коридоры по-прежнему пугали его, хотя сейчас, по идее, все спят. Юноша остановился у цистерны возле кухни, откуда доносились приглушенные голоса, осторожно наполнил ведро, умылся и понес ведро по узкой лесенке наверх. Если кто-нибудь остановит его, есть сотня правдоподобных объяснений, почему слуга расхаживает с ведром среди ночи.
Добравшись до верхнего этажа, он снова услышал голоса. Задвинув ведро в угол, Джордан лихорадочно оглянулся в поисках убежища и в конце концов спрятался за дверью, ведущей в коридор. Глупо, конечно, но что ему оставалось делать?
Голоса зазвучали громче - мужчина и женщина спокойно беседовали
Но дверь не открывалась; очевидно, они стояли с той стороны. Джордан подождал несколько минут, говорившие не двигались. А ему позарез нужно было к Акселю… Все, хватит трусить! Юноша глубоко вздохнул, взял ведро и быстро открыл дверь.
Там никого не было.
А голоса звучали, как и раньше. Джордан поставил ведро на пол и закрыл уши руками. Диалог продолжался - в его голове.
– Черт! Только не сейчас!
Переживания сегодняшней ночи сделали его уязвимым, и Армигер снова завладел его мозгом. Теперь Джордан был уверен, что слышит голоса Армигера и Меган.
Юноша застыл в панике, понимая, что сейчас видение завладеет им окончательно. Он застрянет здесь, как раз когда Аксель и Каландрия нуждаются в нем. А потом кто-нибудь наткнется на него, невменяемого и запачканного кровью. Если Август умрет, его сочтут убийцей.
Стоило Джордану подумать об этом, как площадка верхнего этажа начала расплываться перед глазами. Он увидел комнатушку Меган, освещенную одной свечой. Они с Армигером сидели рядом и вели доверительную беседу. С каждой секундой видение становилось все отчетливее.
Джордан вытянул руку и на ощупь вцепился в перила лестницы. Он держался за них обеими руками, как за якорь. Нужно было справиться с паникой, иначе видение не остановишь.
Он сосредоточил внимание на кончике собственного носа и начал глубоко дышать, считая вдохи и выдохи. За несколько следующих минут, стараясь обрести спокойствие, он перепробовал все фокусы, которым научила его Каландрия, - и голоса понемногу стихли. Убедившись, что они исчезли, Джордан отпустил перила. Он снова мог видеть.
Джордан подхватил ведро и пошел прямо к покоям Акселя. Остановившись у двери, задумался: постучать ему или нет? Ведь Аксель мог быть не один. Юноша нагнулся и посмотрел в замочную скважину - так, на всякий случай.
На столе у окна горела свеча. Аксель в широком халате сидел за столом, сложив кончики пальцев вместе. Он тихо говорил с кем-то, хотя его собеседника видно не было.
– …местные, похоже, не слишком благоговеют перед Ветрами, с которыми имеют дело каждый день. Им известно, что морфы и опресни наблюдают за популяцией животных. Люди относятся к морфам так же, как к медведям или лосям: с осторожностью, но без страха. Однако они обожествляют те Ветры, о которых знают меньше всего. Это видно из названий, которые даны геофизическим Ветрам - типа Небесных Крюков или Лебедей Диадемы. Активность высших Ветров не связывают с повседневной жизнь.
Джордан по-прежнему не видел, к кому обращается Аксель. Что ж, делать нечего. Он тихонько постучал в дверь. Аксель немедленно прекратил разговор. Послышались его шаги, затем дверь со скрипом отворилась.
– Какого черта тебе тут надо? Ты знаешь, который час?
– Пойдемте скорее!
– сказал Джордан.
– Нам нужна ваша помощь.
Аксель открыл было рот, потом закрыл его и пошел одеваться. Он оставил дверь широко распахнутой, и Джордан убедился в том, что в комнате больше никого нет.