Вентус
Шрифт:
Аксель никогда не слышал этого слова. Он так и сказал.
– Лучше объясни, кто дергает тебя за ниточки? Тогда я скажу тебе, что Ветрам нужно от Джордана.
Туркарет поднял шпагу. Лицо у него побелело, он с трудом сумел взять себя в руки.
– Если бы ты обращал внимание не только на дворовых девок да на погреб с вином, ты знал бы, что сейчас происходит, - сказал ревизор.
– Мы повесим маску Юрия в парадном зале. Он поддержал не того, кого надо.
– Значит, ты заодно с Бренданом Шейей?
– Аксель рассмеялся.
– Идиот! Он же пустое место! Королева
Ревизор уже успокоился. Если честно, он выглядел слишком спокойным.
– А может, мистер Чан, я знаю кое-что, чего не знаете вы? Нас, в отличие от Юрия, поддерживают Ветры. Мы знаем Правду о них.
– Аксель был уверен, что Туркарет произнес слово «правда» с большой буквы.
– Мы знаем, что Ветры должны были служить нам.
Описав шпагой сверкающую дугу над головой, он с размаху рубанул Акселя по шее.
Джордан был на полпути к спальне Акселя, когда у него начались новые видения.
Он по-прежнему где-то в подсознании ощущал присутствие Армигера - тот сейчас был в постели с Меган, - но стоически отгонял от себя соблазнительное, а потому опасное видение.
Сейчас это было что-то другое - другой голос или голоса. Джордан невольно остановился в замешательстве.
Он стоял в одном из главных коридоров дворца. Из зала доносились голоса, смешиваясь с шепотом, который раздавался непонятно откуда. Казалось, шепот исходил одновременно со всех сторон.
Часть голосов шептала на чужих языках, часть - на родном. Перед глазами мелькали обрывки образов: черное небо… стена здания в ночи… вид сверху на крохотную модель замка Боро.
Джордан потряс головой, стараясь сохранить спокойствие. Как и в прошлый раз, ему надо было остановиться и прогнать видения, иначе до комнаты Акселя не добраться. А чтобы отогнать их, необходимо найти укромный уголок, где люди Туркарета его не отыщут.
Он тихонько подошел к двери в зал с масками. В такой час там наверняка никого нет. Толкнув дверь, юноша прислонился к каменной притолоке - и это прикосновение вдруг пронзило его, словно электрическим током.
– Что такое?
Джордан положил руку за спину. Голоса слегка притихли. Они могли исходить от развешанных рядами масок на стене, но Джордан нутром чуял, что это не так. И все же при виде пустых глазниц у него мороз побежал по коже. Джордан повернулся к ним спиной и осторожно тронул каменную стену кончиками пальцев. Его снова пронзило ощущение жизни, словно он шагнул из тихого коридора в ярко освещенный зал, полный народу.
– Что это?
– прошептал он.
На сей раз голос ответил в полную силу.
– Я - камень, - сказала стена.
Каландрия сходила на кухню и набила провизией два седельных мешка. Потом заглянула в конюшню и убедилась, что лошади Акселя и Августа оседланы и готовы к поездке. Их ночной отъезд непременно вызовет утром пересуды, однако Каландрия надеялась, что к этому времени они уже будут далеко.
Удостоверившись,
Уже внизу она поняла: в спальне что-то неладно. Дверь была распахнута настежь. Каландрия осторожно поднялась по лестнице, прислушиваясь к каждому шороху. Комната вроде была пуста, но на полу темнела свежая кровь.
Каландрия выругалась сквозь зубы и шагнула вперед. Никого. Неужели Конюх напал на Джордана? Кровью был испачкан пол в основном в комнате, однако в коридоре она тоже заметила черные капли. Очевидно, раненый, кто бы он ни был, ушел сам или же его унесли.
Все это было совершенно непонятно, а неизвестность настораживала Каландрию больше, чем самые неприятные новости.
Она включила радиосвязь с Акселем.
«Аксель! Где ты?»
Нет ответа. Встревоженная до крайности, Каландрия прошла мимо разбросанных одеял к камину и запихнула в сумку немногочисленные пожитки. Она мрачно посмотрела на свое роскошное платье; ехать верхом в таком наряде будет очень трудно. И хотя интуиция подсказывала, что лучше поскорее убираться из комнаты, она скинула платье и надела дорожный костюм. А затем, подхватив сумки, повернулась к двери.
Что дальше?
«Аксель!»
По-прежнему ничего. Аксель не включил свой приемоответчик, и поэтому Каландрия не могла даже определить, где он.
Вещи Джордана лежали на его кровати. Парень ничего не взял с собой - а значит, ушел не по своей воле.
Аксель сейчас у Туркарета. Идти к ним - или же пойти по кровавому следу, туда, где, возможно, Джордану угрожает опасность?
Чан мог за себя постоять. Джордан же оказался здесь только потому, что она похитила его и заставила идти с собой.
Грязно ругаясь, Каландрия надвинула берет на лоб, перебросила сумки через плечо и пошла по кровавому следу.
Как только она вышла из комнаты, из темноты коридора донесся голос:
– Что-то вы слишком спешите для невинной путешественницы, леди Мэй!
Туркарет уставился на шпагу Юрия, которая сломалась ровно пополам. Аксель Чан держался руками за горло, в котором что-то громко булькало. Потом он перевернулся на бок, сплюнул и глотнул воздуху.
– Шпага сломалась, - прошептал Туркарет.
– На твоей шее… Аксель оперся на руки и осторожно встал на колени. Затем, схватившись за перевернутый стул, с трудом поднялся на ноги. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь надрывный кашель.
Его шея была красной в том месте, где Туркарет ударил шпагой. Из раны вытекло немного крови, но сама рана выглядела неглубокой.
Очевидно, кончик клинка задел каменный пол, прежде чем попал по шее противника, подумал Туркарет. Это все объясняет.
Впрочем, размышлять было некогда - Чан встал на ноги. Туркарет схватил со стола кинжал Акселя, шагнул назад и вонзил кинжал в грудь врага.
Сталь разорвала рубашку, заскрежетав по ребрам. Аксель пошатнулся, из раны хлынула кровь. Туркарет отчетливо видел, что содрал кожу размером с ладонь - но кинжал не проник в тело.