Вепрь
Шрифт:
— Целиком на ваше усмотрение, Аркадий Данилович, — вежливо ответил тот.
— Вот и прекрасно, я рад за вас, очень рад. Можно, я задам вам один нескромный вопрос?
— Ради Бога.
— Объясните, зачем все-таки вы забрались в каюту моей дочери? Дело ведь не в деньгах?.
— Конечно, нет, Аркадий Данилыч. Не в деньгах. В чемодане.
— Замочить его, падлу, — раздался из-за спины чей-то грубый голос. Видимо, один из охранников, да еще новенький, иначе он предпочёл бы помолчать.
Вепрь
— Помолчи, Ахмет, — взмахнул Ливергант рукой и снова обратился к Вепрю:
— Вы считаете, что я вас боюсь, Сергей Алексеевич?
— Что вы, как можно. Почему вы должны меня бояться?
— Ну-ну, не скромничайте, вас многие боятся. Потому-то Магистр вас и нанял, ибо понял, что вас лучше иметь в друзьях. Говорят, он вас убил, когда поймал со своими деньгами… Вернее, теперь уже с моими деньгами.
Вепрь поправил его:
— Он пытался меня убить. Но вы же знаете, как сложно это сделать.
— Да, знаю, Сергей Алексеевич. Поэтому даже и пытаться не буду. Я даже ничего не сделаю этому мальчику, — Ливергант кивнул на лежавшего на полу Сосунка. — Я просто скажу вам пару дружеских слов…
Он подошел к стоящему в углу холодильнику, открыл его и извлек оттуда бутылку настоящего шотландского виски, уже наполовину пустую.
— По рюмочке, Сергей Алексеевич?
— Знаете, не откажусь.
— Вот и правильно. Вот это по-нашему.
Ливергант наполнил рюмки. Они выпили.
— Вы собирались сказать мне пару дружеских слов, — напомнил Вепрь.
— Да, хотел. Вы давно знакомы с Лизой?
— Да как вам сказать… собственно, мы с ней незнакомы вовсе. Она меня сегодня видела впервые. Что касается меня, то недели три назад мне показал её на пляже один мой знакомый. А я со своей стороны навёл справки.
— Хм-да. Я понимаю. Хотя справки ваши — сущее барахло по сравнению с той правдой, которую вам надлежит знать. В любом случае вы очень рисковали, Сергей Алексеевич, когда подарили ей свой перстень.
Они одновременно повернулись к кровати, на которой в вечернем платье и туфлях, уткнув голову в подушки, лежала мертвецки пьяная Лизанька Ливергант. Она отчаянно сопела. Отец помог повернуться на бок и, взбив подушки, накрыл голые ноги измятым покрывалом. Наклонившись, чмокнул дочь в обиженно надутую щёчку.
Это не было игрой на публику, Ливергант в самом деле, судя по слухам, безумно любил свою дочь и жену. Вепрь верил этим слухам — иначе зачем бы тот повсюду таскал за собой обеих?
— К делу, — Ливергант резко отвернулся
Горец «кивнул» стволом автомата и звонким шлепком выпроводил Сосунка из каюты. Второй охранник, уперев автомат прикладом в бедро, вопросительно уставился на Ливерганта преданными глазами и, получив одобрение, оставил своего хозяина один на один с его закадычным врагом.
Ливергант достал из коробки сигару, откусил кончик и шумно её раскурил.
— Я хочу познакомить вас со своей супругой, Сергей Алексеевич, — заявил он, покончив с этой процедурой.
Вепрь искренне удивился, но вида не подал.
— Между нами, девочками, Аркадий Данилович… Зачем вам это?
— Не мне. Вам, Сергей Алексеевич, вам. Уверяю вас, вы ещё останетесь мне благодарны. А уж после этого мы сможем спокойно поговорить о том, стоит ли вам продолжать работать на нашего жалкого старичка Магистра. С вами вместе, Сергей Алексеевич, мы сможем ой какие великие дела вершить!
И он дружески подмигнул Вепрю. Тот насторожился — это у Ливерганта получилось вполне правдоподобно. Он сиял, как начищенный пятак. Похоже было, что он чертовски доволен собой.
Они вышли из каюты, оставляя у себя в кильватере дорожку табачного дыма, прошли немного вперед по узкому коридорчику и вскоре остановились у дверей другой каюты.
— Здесь, Сергей Алексеевич. Одну секунду…
Ливергант костяшками пальцев трижды стукнул. Глянув на Вепря, заговорщицки ему улыбнулся.
— Входите, открыто, — отозвался женский голос.
Ливергант распахнул дверь;
— Прошу вас, Сергей Алексеевич:
Чувствуя себя не совсем уверенно, Вепрь шагнул через порог.
У высокого трюмо подле иллюминатора, на квадратном, обтянутом велюром пуфике сидела разодетая женщина с белым холодным лицом. В ушах её блистали бриллианты. Держа перед глазами зеркало, она осторожно водила кисточкой по чёрным дугам ресниц. Не отрываясь от своего дела, она покосилась на вошедших и улыбнулась:
— Проходите, Сергей Алексеевич, не стойте в дверях, это надолго.
В глаза бросилось сходство женщины с дочерью. Хотя что здесь премудрого? Но… она чертовски напоминала…
Вепрь встал как вкопанный. Кого она напоминала, он понял, когда увидел в зеркале своё растерянное отражение.
— Думаю, вопросов нет, — довольным голосом произнес за спиной Ливергант. — Вернее, их появилась масса, но все они не ко мне.
Он бесшумно покинул каюту.
Женщина закрыла баночку с тушью и, поставив её на трюмо, часто моргая, уставилась на Вепря. Тот почувствовал, как по виску скатилась капелька пота.