Вероника

Знаменская Алина

— Вера Сергеевна, — не выдержала Лариса. — Скажите, разве это была идея Кирилла — организовать испытательный полигон для нашей продукции?

— Нет, это была ваша идея, Лариса. Я помню. Более того, мы с вами вместе разрабатывали ее. Вы ошибаетесь, если думаете, что я не ценю вас как специалиста.

— Так почему же, когда дошло до дела, вы едете с Кириллом? Ведь он — ни сном ни духом! Он не проникся, он вообще…

Лариса была близка к слезам. Она едва сдерживалась. Не могла же она сказать начальнице, что едет в командировку налаживать личную жизнь? Что пошла на хитрость, обманула близкого человека, который

и не подозревает о посягательствах фирмы на его территорию! Она придумала все это, чтобы выйти замуж, ибо одурела от одиночества! А эта… Сухарница! Синий чулок! Где ее убедить, она если что надумает — хоть лбом о стенку.

— Кирилл знает свое дело, Лариса, не хуже вашего. И если на данном этапе проект больше требует участия Кирилла, то так оно и будет. И не стоит это боль-,. те обсуждать.

Лариса несколько раз схватила ртом воздух, круто развернулась на каблуках и вылетела из кабинета начальницы.

Ей хотелось рвать и метать. Дома ее дожидалась собранная в командировку сумка. Мыслями она уже была там, в лесу, рядом со своим милым! Дополнительный отпуск рухнул по прихоти Мадам. Лариса вернулась на свое место и несколько секунд тупо смотрела в монитор компьютера. Потом схватила мобильник и выбежала на крыльцо офиса. Она набрала номер и постаралась выровнять дыхание.

— Милый.., да, это я. Как доехал? Я обещала тебе сюрприз… Помнишь? Так вот, сюрприза не получится. Все из-за этой мегеры. Боюсь, что сообщу тебе не очень приятную новость — она решила выкупить именно вашу базу. Да. Я отговаривала. Я из-за этого и не еду, милый! Мы разругались с мегерой, я хотела бросить заявление. Да, будь к этому готов. Я знаю, дорогой, что тебя голыми руками не возьмешь. С ней менеджер. Тупой как валенок.

Пока Лариса говорила, к крыльцу подъехала машина, и Слава с Кириллом принялись выгружать надувные матрасы.

Лариса свернула разговор и злая как ведьма вернулась на рабочее место. Весь остаток дня она со злорадством наблюдала за Кириллом, заранее зная, что поездка на объект закончится для него и начальницы полным фиаско. Они еще пожалеют, что не взяли ее!

Когда вечером Вера Сергеевна возвращалась домой, то еще на первом этаже услышала истошные вопли своей внучатой племянницы. Девочка надрывалась, а нянька, взлохмаченная, красная, носилась по квартире, пытаясь ее утрясти. Вся квартира утопала в пеленках, ползунках и погремушках.

— У меня складывается впечатление, что девочка не переставала орать с самого моего отъезда на работу, — бросила Вера, раздеваясь.

— Так и есть, — призналась Люба, тряся младенца.

После часа тщетных педагогических ужимок Вера набрала номер телефона Антонины.

— Тоня, не клади трубку. Я все осознала, — вещала она, закрывшись в кухне. — Я — дрянь. Я была не права. Я действительно должна взять ребенка с собой в командировку. Я так и сделаю! Тоня, в последний раз тебя умоляю: приезжай ко мне сейчас, мне нужна твоя помощь! Срочно. Нет, не только что придумала, я даже беру с собой Кирилла вместо Ларисы! Он один в фирме знает о ребенке. Тонечка, ты чудо!

Через час Антонина уже невозмутимо вплывала в квартиру своей хозяйки. А еще пятнадцать минут спустя ребенок тихо спал, наевшись манной каши и не подозревая, отправной точкой каких событий является.

Глава 4

«Старею, —

подумала Вера, ворочаясь с боку на бок на узкой жесткой полке скорого поезда. — Вот уже и спать в поезде не могу — все мне мешает. И колеса стучат под подушкой, и двери соседнего купе то и дело открываются…» То ли дело Любашка в ее девятнадцать. Спит как убитая. С вечера собиралась уложить девочку и забраться на верхнюю полку, а, сама уснула раньше младенца. Спят в обнимку. Вера села на своей полке и посмотрела, все ли там в порядке. Люба спала, вжавшись в стенку, давая место Ксюшке. А та, устроив ручки кулачками кверху, растопырив коленки в ползунках, заняла половину полки. Королева. За время, проведенное у Веры, девочка порозовела, округлилась. Личико ее разгладилось, и на нем обозначились черты, отличающие ее от других младенцев. У нее уже намечались и линия бровей, и четкий абрис носа, и губки бантиком. Все как положено.

Вера налила себе минералки и запила снотворное.

Устроившись на плоской жесткой подушке, решила попробовать думать о приятном и стала искать подходящую тему. Получилось все наоборот. Естественным образом ее мысли приплелись к Коле и застряли там, в восьмилетней давности, в ее «доремонтной» квартире. Она в те времена летела по вечерам домой, чтобы скорее увидеть Колю. Он приходил раньше, и Ника заставала его обычно на кухне. Он любил готовить тушеную капусту. А Ника любила рассольник. Но давилась тушеной капустой и хвалила-нахваливала. Как-то раз они пили чай на кухне и смеялись. Коля рассказывал что-то смешное о своих учениках, он работал тогда тренером.

И тут раздался звонок. Звонила Инга. Ника сразу ушла в комнату, чтобы не мешать. Но по Колиным фразам, долетавшим до нее, она поняла о чем речь.

Инге нужны были деньги.

— Разве ты не получила алименты? — уточнил Коля. И по тому, как долго Коля выслушивал ответ, Ника восстановила Ингину тираду. Слишком хорошо она знала сестру.

— Ты считаешь, что это — деньги? — Инга могла и расхохотаться после этой фразы. И наверняка расхохоталась. — Ты хоть знаешь, сколько надо ребенку сегодня? Впрочем, о чем я говорю! У тебя же совершенно нет самолюбия!

Инга не давала вставить Николаю ни слова. Он покрывался пятнами, слушая ее.

— У меня дочь и сын от разных отцов, — продолжала Инга. — И мне есть с кем сравнивать. Твоя дочь будет ходить в старом пальто, тогда как сын Антона — в натуральной шубе! Впрочем, дело твое.

Мне все равно.

И здесь Инга бросала трубку. Последнее слово всегда оставалось за ней. А Коля стоял и слушал гудки.

Потом долго курил на кухне. А возвращался к Нике — его было не узнать.

В тот раз все было как обычно: Инга дала им тему для размышления на ночь глядя.

— Инге нужны деньги, — немного погодя поделился он.

Ника кивнула. А что тут скажешь? Она лишь позавчера встретила свою сестру на автобусной остановке. Хотела было улизнуть, но та ее уже заметила. Перекинулись парой общепринятых фраз, и Инга принялась демонстрировать Нике новые итальянские сапоги. Предлагала даже потрогать, чтобы убедиться в особой мягкости кожи. Но Ника уклонилась. И так ясно, что Инга выложила за эти сапоги кругленькую сумму. Ника и представить себе не могла, что можно на обувь такую сумму потратить. Да и не было у них с Колей, Откуда?