Вершина холма

Шоу Ирвин

– Меня упрашивают баллотироваться на должность мэра, – сообщил Элсуорт. – Черта с два.

Майкл засмеялся и сказал:

– Кстати, я уехал из коттеджа.

– Где ты теперь остановишься? В гостинице? Если Элсуорт и связал стрельбу с уходом Майкла из коттеджа, он оставил свои подозрения при себе.

– Нет. Неделю-другую попутешествую по окрестностям – хочу дать отдых нервам. Я вернусь, когда придет время ехать за Хеггенером.

– Ежегодно в это время, – сказал Элсуорт, – меня охватывает зуд, желание куда-нибудь смотаться. Но я не могу.

Мне надо работать, не то что некоторым счастливчикам. Желаю хорошо отдохнуть. До встречи.

– До встречи, – отозвался Майкл. Выйдя на улицу, он сел в машину, медленно пересек город и поехал по залитой солнечным светом дороге.

Глава 22

Майкл в одиночестве путешествовал по Вермонту, утром он вставал незадолго до начала работы подъемников, а когда их выключали, возвращался домой. Он катался на лыжах в пургу и в слякоть, по заснеженным и ледяным склонам; в конце дня Майкл садился в машину и спешил на новое место, там он останавливался в мотеле, проглатывал обед и, обессиленный, мгновенно засыпал. Он избегал людей и снимал с себя лыжный костюм лишь на время сна. По ночам ему ничего не снилось, он просыпался и, даже не посмотрев, какая за окном погода, как одержимый, уходил в горы, словно они были его заклятым врагом, которого можно одолеть только безжалостной, стремительной атакой.

За время недельного очистительного путешествия Сторз ни разу не упал, а в конце его, когда он, позвонив в Нью-Йорк, узнал, что Хеггенер готов вернуться домой, Майкл – во всяком случае, физически – чувствовал себя превосходно; лицо его так загорело и обветрилось, что он напоминал истощенного индейского воина, вернувшегося из тяжелого и длительного похода.

Он ехал всю ночь, чтобы рано утром забрать Хеггенера из клиники. Андреас ждал его в вестибюле, австриец выглядел хуже, чем неделю назад, – он не казался больным, но за семь дней кожа его побледнела.

– Господи, Майкл! – воскликнул Хеггенер, увидев Сторза. – Что вы с собой сделали? Вы сильно исхудали.

– Я устроил себе небольшие каникулы и провел их на лыжах, – пояснил Майкл, укладывая чемоданчик Хеггенера рядом со своими вещами, наваленными грудой.

– Какая погода в Грин-Холлоу?

– Не знаю, – ответил Майкл. – Я был в Стоу, Шугабуше, Мэд-Ривер, Биг-Бромли, еще кое-где.

Они сели в «порше» и поехали.

– Ну как ваши дела? – спросил Майкл. – Я имею в виду здоровье.

– Неплохо, – ответил Хеггенер. – Они считают, я начал поправляться. – Он улыбнулся. – Хотя один пожилой врач полагает, что результат обследований неверен и что их следует повторить. Они хотят через месяц посмотреть меня снова. – На лице у него появилось недовольное выражение. – Хватит о болезнях. Как вы? Решили насчет гостиницы?

– Если позволите, Андреас, я еще подумаю. Но если вас поджимают сроки, пожалуйста, не ждите меня.

– Время пока есть, – отозвался Хеггенер. Выехав на автостраду, ведущую на север, Майкл спросил:

– Ева

рассказала вам, что у нас произошло?

– Я с ней не разговаривал, – тихо промолвил Хеггенер.

– Она разве не звонила?

– Нет. Наверное, была занята, – предположил Хеггенер. – Ведь у Бруно кашель, и вообще… – Хеггенер позволил себе слабо улыбнуться. – Я решил дать ей возможность несколько дней отдохнуть и не думать обо мне. После такого перерыва нам будет легче друг с другом. Так что же случилось?

Майкл испытал минутный соблазн ничего не говорить Хеггенеру и отделаться какой-нибудь незначительной городской сплетней. Но как бы искусно Элсуорт ни отремонтировал мебель, он не мог полностью ликвидировать следы стрельбы. Хеггенер все равно вскоре узнал бы о ней, поэтому лучше было подготовить его заранее.

– Так вот, – сказал Майкл, – ваш дом обворовали. Точнее, пытались обворовать.

Он рассказал Хеггенеру об автомобиле с выключенными габаритными фонарями, о своей разведывательной вылазке, темных фигурах в библиотеке и свете фонарика, о том, как он бросился к столу за револьвером, о появлении Евы, ее отчаянной стрельбе и бегстве злоумышленников.

– Господи, – изумился Хеггенер, – Ева стреляла из револьвера! Откуда он у нее?

– Не знаю. Он лежит у меня в сумке – маленький, с перламутровой отделкой. Вам о нем известно?

– Конечно, нет, – сердито сказал Хеггенер. – Разве я не говорил вам, что «смит-вессон» – единственное оружие в доме?

– Я подумал, вдруг вы забыли, – дипломатично заметил Майкл.

– Вы можете считать меня стариком с дырявой памятью, – произнес Хеггенер, – но если бы я знал, что у моей жены есть оружие, я бы этого не забыл.

– Я не стал вызывать полицию. Ущерб невелик, а Ева была не в состоянии отвечать на вопросы.

– Вы вели себя мужественно, – тихо заметил Хеггенер. – Мне даже немного неловко. Не знаю, как бы я действовал в такой ситуации.

– Я ничего особенного не сделал, – возразил Майкл. – Меня заинтриговал стоящий автомобиль, и я решил разобраться, в чем дело. Не забывайте, именно для этого вы и пригласили меня в коттедж.

– Да, верно, но я не думал, что вам придется рисковать жизнью.

– Воры, которые орудуют в таком месте, как Грин-Холлоу, вряд ли носят при себе оружие, – сказал Майкл, хотя он помнил о застреленном предшественнике Бруно. – Пока я прятался за диваном, они убежали, да так быстро, что и борзая не догнала бы их.

– Отныне в нашем доме будет только один револьвер – вот все, что я могу сказать, – решительно заявил Хеггенер. – Даже если для этого мне придется перерыть каждый ящик, заглянуть под все ковры и кровати, за каждую книгу.

– Я уверен, Ева сделает правильные выводы.

– Не знаю, – усомнился Хеггенер,

– И все же, чтобы впредь не служить мишенью, – сказал Майкл, – я покинул коттедж.

– Я вас понимаю, – произнес Хеггенер. – Вы остановились в гостинице?

– В настоящий момент я нигде не остановился.