Вервольф
Шрифт:
– Хорошо. Он оставил что-то для вас вон там, на том столе, – показала экономка. – И попросил меня обязательно сказать вам об этом.
– Благодарю вас, сейчас я посмотрю, – ответила Данни, пересекая кабинет.
– В таком случае до свидания, желаю вам всего хорошего, – попрощалась миссис Шеппард и вышла из кабинета.
Дальняя стена тоже была вся увешена кобурами, несколькими седлами и целым десятком ковбойских шляп-стетсонов. Данни, наконец, оторвалась от рассматривания поразивших ее предметов, которые она никак не ожидала увидеть
Она взяла наугад один из них, раскрыла и с удивлением увидела выцветшие вырезки из старых американских газет о ее отце, Эване Харди. Они были собраны в хронологическом порядке и отражали весь его жизненный путь. Она была потрясена, обнаружив даже сообщение о собственном рождении!
Она взяла второй альбом и опустилась прямо на пол, устланный индейскими ковриками. Свадебные фотографии ее отца и матери... Отец раньше показывал ей на них Мака, в то время нескладного молодого человека, который, казалось, не знал, куда девать свои большие руки.
Данни открыла третий альбом. Тоже фотографии, на этот раз военные, некоторые из них она видела, другие – нет. Когда она увидела отца, которому так шла военная форма, то чуть не расплакалась. Вот его сняли с рукой на перевязи, вместе с Маком, на фото они были грязные, как черти, но счастливо улыбались...
Она вздохнула, закрыла альбом и подошла к стене с изображениями известных ковбоев времен покорения дикого американского запада и ковбойскими шляпами.
Ведь ее отец тоже страшно увлекался этими историческими экспонатами. Интересно, кто кого заразил – он Мака или тот его?
Она выбрала большой серый "десятигаллонный" стесон, опасливо покосилась на открытую дверь, сняла широкополую шляпу со стены и опустила себе на голову.
Если бы не уши, она оказалась бы на ее плечах...
Вдруг от двери раздался шорох мягких шагов и послышался приятный баритон:
– А эта шляпка вам очень идет...
Она повернула голову быстрее, чем ее могла догнать шляпа...
Это был Мак.
Глава 9
Человек из легенды
Перед Данни стоял высокий подтянутый мужчина, который выглядел намного моложе своего возраста. Его седую голову венчала небольшая лысина, к чисто выбритым щекам спускались длинные бакенбарды, а темные густые брови придавала лицу оживленное выражение.
На нем был одет военный свитер темно-оливкового цвета с кожаными заплатами на рукавах и прорезями на плечах для погон.
Он стоял, легко опираясь плечом о дверной косяк, будучи не менее шести футов роста.
Данни смущенно сняла с головы ковбойскую шляпу и повесила ее на место.
– Вы застукали меня на горячем, – постаралась сгладить она неловкую ситуацию.
– А вы знаете, как я наказываю тех девушек, которые без разрешения берут мои вещи? – с напускной серьезностью спросил
– Как?
– Я заставляю их не только пить со мной чай, но и ужинать.
– Ну что же, – засмеялась Данни, – боюсь, что мне придется согласиться, чтобы вы меня простили.
– Вот и хорошо, – подошел он к ней поближе. – Меня зовут Хью Аарон Мактавиш. Бригадный генерал в отставке к вашим услугам, мадам, – и Мак церемонно поклонился.
– А меня зовут Данни, – ответила она. – Данни Харди.
– Я это уже знаю. Есть еще одно правило – дочь моего старого боевого товарища может называть меня просто Мак.
– Слушаюсь, – шутливо вытянулась она.
Он засмеялся.
– Данни, вы просто красавица, очень похожи на свою мать...
– Спасибо, – ответила она, чувствуя, как краска смущения заливает лицо.
Чай с ромом дымился в чашечках, они сидели за большим деревянным столом в столовой, в которой легко можно было разместить отделение солдат.
– Вы не будете против, если я закурю? – спросил ее Мак.
В его речи лишь немного угадывался шотландский акцент.
– Конечно, нет, я сама иногда балуюсь сигаретами.
– Так, может, составите мне компанию?
– Спасибо, не сейчас, может быть, позже...
Он встал, подошел к резному бару, расположенному в углу комнаты, и вернулся к столу с пачкой сигарет.
– Я узнал о смерти Эвана буквально за несколько часов до того, как мне позвонила ваша миссис Торнберри, – произнес он, затягиваясь голубоватым дымом. Данни заметила, что у него такая же зажигалка, какая была и у его отца – старенькая "зиппо". – Я выписываю некоторую американскую периодику. Я только вернулся домой из одной спецкомандировки и вот... Ну, ладно, Данни, скажите лучше, почему вы меня так упорно разыскивали?
Его тон сразу стал серьезным.
– Мой отец постоянно вспоминал вас и отзывался всегда только с наилучшей стороны. Особенно часто перед смертью...
– Я очень жалею о том, что мне не удалось связаться с Эваном, когда умерла твоя мать, и потом, когда крестили тебя, – задумчиво проговорил Мак. – Меня в то время просто не было в Англии и я узнал об этом слишком поздно. А потом мне самому было стыдно за это и я так и не смог пересилить это дурацкое чувство и встретиться с вами. Последний раз я видел твоего отца, когда был шафером на его свадьбе...
– А где же вы были?
– В заморских странах, – усмехнулся он, стряхивая пепел в пепельницу. – Сражался, так сказать, за ее величество. Я не мог сказать Эвану правду, чем занимался на самом деле, а врать не хотелось. Это тоже сдерживало меня. Понимаю, конечно, что это слабое оправдание, но не хочу обманывать...
– А как вы стали генералом?
После войны я остался в армии, а затем получил повышение, служба что называется пошла, и меня перевели в другой род войск.
– Миссис Торнберри сказала, что вы стали служить в спецназе...