Веятари
Шрифт:
А они никогда не будут ценить его так, как я.
— Как скажешь, — я подавила вздох.
И встретила удивленный взгляд Лиара.
5. Будни атари
Признаться, работоспособность Лиссы меня порядком удивила. Я-то привык совсем к другой веятэ — ленивой и осторожной, ценящей свой комфорт и презирающей всех, кто находится вне ее круга. И невольно воспринимал Лиссу через призму этого представления. Вот только то, что я был готов прощать Сеши, в Лиссе казалось мне непростительным.
И в ней этого не было, как я мог убедиться.
Но и за это
Просто в договоре с Сешаей я служил веятэ. А с Лиссой впервые в жизни почувствовал себя настоящим атари. Тем, кто рожден защищать мир от телар. Не в тот, первый раз, когда все вышло совершенно случайно, и не на первом задании, когда меня раздирали не самые приятные чувства по отношению к этой бесшабашной веятэ.
Но уже тогда я вынужден был признать, что веятэ мне досталась неординарная. Она действительно лихо управлялась с магией, и ее полет вокруг телара не давал мне покоя. Настолько, что я отмахнулся от принципов — и как мальчишка, слушал, что тоже могу летать. Невозможно — ни одна веятэ не станет пользоваться источником вне боя. Ни одна, кроме этой…
Наверное, впервые я признался себе, что Лисса не похожа на других веятэ, когда мы выбирали дом. Я едва оправился от потрясения, обнаружив, что эта девчонка, не дрогнувшей рукой вернувшая оплату заказчикам, предварительно перевела мне половину суммы. Мой заработок… А возврат сделала из своего. Это настолько не укладывалось в мою картину мира, что я предпочел не поверить ей. Ведь она все равно вправе распоряжаться моей частью счета, а значит, непременно воспользуется этим правом.
А затем она просто прислушалась ко мне, без возражений согласившись снять не квартиру, а дом. Точнее, ее единственное возражение я легко снял, а вот потом начались чудеса. Лисса всерьез интересовалась моим мнением по поводу дома. При том, что я никак не выражал недовольства, она умудрялась понять, какие варианты мне не нравятся, и в конце концов сумела включить меня в обсуждение.
А когда мы определились с выбором, взяла у меня ровно половину требуемой для аренды суммы. Хотя я был уверен, что она заберет все, ведь иначе личных денег у нее практически не останется.
Ошибся. Как ошибался всякий раз, пытаясь угадать, что она намерена делать.
Я все еще ждал подвоха, когда следовал за ней во время ее прогулки по новому району. Обнаружил, что она ищет магазины и был уверен, что она непременно потребует от меня оплатить ее покупки. А она даже еду нам купила за свои, легко отмахнувшись от моего предложения использовать меня в качестве носильщика.
Сешая на ее месте давно завалила бы меня своими бесполезными покупками.
И в качестве молчаливого извинения за то, что дурно о ней думал, я все-таки донес до дома пакеты с продуктами. Все честно, она потратилась, я потрудился, а еда нужна нам обоим.
Дома Лисса снова меня удивила, взявшись за готовку. Ни одна веятэ не стала бы марать руки о столь плебейское занятие, поэтому этот навык пришлось осваивать мне. И уж от Лиссы я ожидал, что она передаст мне эту обязанность с превеликим удовольствием, чтобы забыть о работе в кафе, как о страшном сне. А ей, оказывается, нравилось готовить.
Я снова оскорбил ее подозрениями,
Вот только когда я унес свою тарелку в столовую, поскольку не привык есть там, где еда готовится, Лисса со мной не пошла. Демонстративно, как щелчок по носу. Знай свое место, атари…
Сешая тоже никогда не ела со мной за одним столом. Хотя по происхождению мы были равны, она никогда не считала меня равным. Я не обижался, понимая, как мало у Сеши причин для гордости, и смирял свою ради нее, потому что считал это своим долгом. Она этого никогда не ценила. Лисса же… она так старательно делала вид, будто считает атари равными веятэ, что подобная демонстрация меня уязвила.
За хлопотами следующего дня обида потускнела, хотя и не прошла окончательно. Но добили меня попытка Лиссы посоветоваться насчет личной возки — и ее извинение. Я окончательно перестал понимать, как мне относиться к этой веятэ и чего от нее ждать. А потому решил, что просто понаблюдаю за ней, не пытаясь судить.
Принять решение оказалось проще, чем следовать ему, но я старался. Отвез ее в очередную глухомань, где Лисса немедленно бросилась освобождать деревню от проблемы. И вот тут, очутившись на арене, я впервые почувствовал, что такое быть атари. В этот раз я прекрасно понимал, что происходит. Я знал возможности веятэ и что требуется от меня. Не было отчаяния и предчувствия скорой смерти, не было недоумения и попыток действовать, как прежде. И главное — меня, в кои-то веки, не разрывала необходимость одновременно атаковать телара, держать его подальше от веятэ и контролировать поток источника. Я мог сосредоточиться на одном и быть куда эффективнее, чем раньше. Такой режим боя не выматывал, хотя требовал силы и концентрации, все же атаки телара оставались мощными, и мне, привыкшему уклоняться от них, было непросто принимать их на щиты. Но к такому можно привыкнуть.
Гораздо труднее оказалось оставаться на месте, когда атаки прилетали по веятэ. Инстинкт защищать требовал бросить все и мчаться на помощь, но, к счастью, я просто не успевал отреагировать, как Лисса уже возвращалась в строй. И, хотя этот бой завершился нашей победой, я не мог не отчитать эту веятэ за неосторожность.
А она в ответ объявила себя шайнским мастером.
Должен признаться, я не поверил. Я никогда не слышал о женщинах-мастерах боевых искусств, а уж представить, что кто-то взялся обучать простолюдинку — совершенно не мог. Но уличать Лиссу во лжи не стал, уже убедившись, что эта девушка очень непохожа на других.
А еще она совершенно не делает тайны из своих возможностей.
Сеши любила напустить тумана, пытаясь выглядеть сильнее, чем она есть. И никогда не рассказывала, на что можно рассчитывать в бою, который она ведет. Так что о целительных свойствах источника я услышал впервые. Впрочем, я просто не оказывался в ситуациях, когда такая информация стала бы полезна. А то, что после удачных атак телара я в основном оставался на ногах, я всегда списывал на собственное умение от этих атак уклоняться. Но, похоже, меня страховало исцеление от источника, о чем я никакого понятия не имел.