Везунчик
Шрифт:
А потом машина рванулась вперед.
— «Стерлинга» нет, — вспомнил вдруг я,
— Он остался, — спокойно сказал мой сосед.
И тут салон машины осветила вспышка. Я вновь оглянулся. Сзади, правее дороги, быстро разрасталось над деревьями гигантское зарево.
— Понимаете, что произошло? — спросил мой сосед.
— Я погиб в пламени пожара?
— Да, ваш дублер лежит сейчас, прикованный наручниками к трубе.
Я кивнул. Мне чертовски хотелось курить.
— Нет ли у вас сигареты?
Мне сунули в руки початую пачку и зажигалку. Я
— Берите, берите… Я недавно бросил. — Салон прошили фары встречной машины, и сосед поправил маску на лице. — Таскаю с собой, испытываю силу воли.
Я снова затянулся и сказал:
— Нас было в доме по крайней мере трое. А теперь остались, по-видимому, двое.
— Да, мы хотели позаимствовать в районном морге невостребованный труп, но потом решили иначе. А вдруг Ирландец убил вас с Эркюлем и удрал?
— Вы из РУБОПа, — сказал я. — Или из Федеральной службы безопасности.
— Откуда я, неважно. — Послышался легкий смешок. — Те, кто вам противостоит, разберутся, конечно, в этой нехитрой комбинации, но для этого им потребуется время.
— А кто мне противостоит?
— Вот в этом вам и предстоит разобраться… Неужели вы, Метальников, думаете, что вас спасли из филантропических побуждений? Вы должны довести до конца дело Марголина.
Все было сказано, и дальше мы ехали молча. Впереди тоже появилось зарево, но это были огни большого города. Впрочем, сзади уже ничего не было видно. Кроме фар попутной машины.
Проехали несколько поселков, но их названия ничего мне не говорили: Черная речка, Сертолово…
И вдруг в памяти всплыло: после Сертолова идет Осиновая Роща. Вскоре справа от дороги промелькнула белая табличка именно с этим названием. Еще через пару минут остался за спиной пост дорожной полиции.
Я вдруг понял, что все это мне знакомо. Мы ехали еще минут пятнадцать, и я продолжал узнавать улицы и перекрестки. Вскоре спустились с высотки (не Поклонная ли гора?), проехали еще пару перекрестков и остановились.
— В доме напротив меблированные комнаты, — сказал сосед.
Я глянул на указанный дом. Проспект Энгельса, дом пятьдесят один.
— Там для вас снят номер на имя Максима Мезенцева. Во дворе стоит синяя «Забава». Вы, кажется, предпочитаете именно эту машину. Вот ключи от нее. — Мне вручили брелок с ключами.
Следом на свет явились мобильник и «стерлинг»в кобуре.
— Вы по-прежнему будете частным детективом, — пояснил неизвестный. — И последнее… — Он вынул из кармана портмоне, достал какую-то бумажку, разорвал на две части. Одну положил назад, а вторую протянул мне. — Возможно, к вам на днях обратится человек. Это будет паролем. Этому человеку можете доверять.
На сей раз все было сформулировано окончательно.
Я выбрался из машины, перешел улицу. Сзади взвизгнули покрышки. Оборачиваться я не стал.
Жать на кнопку звонка пришлось долго. Наконец из домофона раздался заспанный голос:
— Кто?
— Извините, — сказал я, наклонясь к микрофону. — Мое имя Максим Мезенцев.
Голос что-то пробормотал. Некоторое время ничего не происходило. Потом замок щелкнул, и я вошел в подъезд.
Справа, из стеклянного окошка, на меня смотрела сонная женщина. Голова ее была обвязана косынкой. Кое-где из-под косынки торчали разноцветные цилиндрики бигуди.
— Документы?
Порывшись в сумке, я достал удостоверение личности. Прежде чем отдать ей, заглянул сам. Фотография была моя. Имя тоже — новое.
— Извините! Самолет запоздал на пять часов.
— Надо летать стратопланами, — проворчала консьержка, разглядывая удостоверение. — Хозяин не велит нам селить постояльцев ночью.
— Оттуда, откуда я прибыл, стратопланы в Питер не летают, — пожаловался я, и это была правда.
Она не стала интересоваться, в каком конце страны находится столь дикое место, выдала ключи и вернула документ.
— Номер семь А, последний этаж, справа. А как войдете, сразу налево.
Через пару минут я был в своем новом жилище. Оно мало чем отличалось от номера в «Прибалтийской». Разве лишь комната оказалась удлиненной формы да мебели побольше. Зато не было гейтса. И ванна — одна на три номера. Похоже, когда-то здесь была трехкомнатная квартира.
Я пошел в ванную и умылся. Очень хотелось принять душ (ведь, кажется, я во время пытки обмочился. Или этого не было?), но нельзя — предплечье уже начало чесаться. Впрочем, судя по тому, что тетка внизу не воротила нос, наверное, от меня не разило. Подождем до утра…
Я залез в сумку и просмотрел свои новые документы. Стандартный набор частного детектива. Лицензия была выдана два года назад.
Ну что ж, от старого нанимателя я дезертировал, посмотрим — каков окажется новый.
Я вытащил из нагрудного кармана пачку сигарет. Следом выпал кусок бумажного прямоугольника. Я поморщился — не солидно для частного детектива терять пароль — и поднял его с пола.
Это был календарь. Год остался на другой половинке.
Я перевернул календарь картинкой вверх. Обнаженная женская задница в профиль и скрещенные ноги. Ничего задница, симпатичные ноги!.. Интересно, какого размера окажутся груди на второй половинке?..
Мне вдруг подумалось, что недостающую часть картинки принесет непременно Инга. Вот это был бы номер! Уж груди-то календарной красотки меня после такого поворота точно не заинтересуют!.. Жаль только, все это из области несбыточных фантазий. Видно, в ближайшие дни придется мне спать в одиночестве.
Немедленным освоением этого процесса я и занялся.
Часть II. ДИВЕРСАНТ
Глава 30
Утром я поинтересовался у консьержки, где в их районе расположено ближайшее кафе или ресторан, и отправился завтракать. Левая рука все еще чесалась. Машину заводить не стал, хотелось пройтись пешком, тем более что кафе оказалось совсем недалеко.