Вигил
Шрифт:
— Думала, — серьезно ответила она. — Много чего думала, вот только у студента слишком мало возможностей что-либо прояснить, тем более я была уверена — она живет в Северной колонии, а не в Южной.
— Хорошо, — трибун наклонился вперед. — В качестве вознаграждения за настойчивость я передам ей одно твое письмо. Будь готова к тому, что его изучат перед тем как передать Таис.
— Спасибо, — это уже было достижение. — Смогу ли я получить её ответ?
— Нет.
— То есть проверить ваши слова нет никакой возможности? — на это Сервилий развел руками оставляя вопрос без ответа.
С минуту она буравила его взглядом и отступила. Давить на трибуна разведывательной
— Квинтиус, на моей работе мне постоянно приходится держать волка за уши, — устало проговорил он. — Поэтому мой долг защитить своих близких любыми способами.
Мария все же обернулась перед тем, как закрыть дверь, и увидела склонившего голову трибуна, чье лицо не давала рассмотреть тень. Идя по пустынным в поздний час коридорам штаба она размышляла о превратностях Фортуны, которая сводит и разводит вместе разных людей. Если бы не последняя реплика Сервилия, она уже придумывала, как спасать Таис. Что же произошло за три года, что конкубина, яркая игрушка трибуна, стала ему дорога? Неужели красотка наконец забеременела и он признал ребенка? Тогда это должен быть мальчик. За девочку бы он так не переживал, а вот наследник и его мать — другое дело.
Первый же пост легионеров очень заинтересовался поздней посетительницей и она отвязалась от них лишь показав значок вигила и сообщив, что ищет Умбру, чем заслужила опасливые взгляды. Да, репутация у кудрявого убийцы тут впечатляющая. Она еще удивлялась, как он в прошлый раз умудрился её разместить в офицерских комнатах, небось запугал бедного актариуса и тот поселил бы и голозадого тиккануа в перьях лишь бы отвязаться. Пока она спала и разговаривала с трибуном Леандр уже закончил с допросом и девушка столкнулась с ним на улице. Помятый и осунувшийся, он выглядел суровее обычного.
— Выспалась, красавица? — белозубая улыбка на сером в свете фонарей лице смотрелась жутко.
— Убери этот оскал Умбра, — поморщилась она. — Что там с пленными? Рассказали, что нужно?
— Пели как птички.
— Прекрасно. Тогда завтра я уезжаю. И мне будет нужна лошадь взамен убитой. Одна не довезет меня и весь тот хлам.
— Приходи завтра в конюшни. Я обо всем распоряжусь.
Они застыли друг напротив друга. Уставшие, с синяками под глазами и пустыми лицами. Слова прощания уже хотели соскользнуть с языка Марии, но вместо этого она сказала совсем другое:
— Пойдем, выпьем?
По бесстрастному легионеру невозможно было сказать о реакции на её предложение, поэтому ответ прозвучал неожиданно, когда девушка уже хотела попрощаться и свалить, пока не стало совсем тошно.
— Пойдем.
7
Проснулась Мария в одиночестве. О бурно прошедшей ночи напоминали только смятые простыни и скомканная подушка. Комната в два раза меньше той, что она занимала в «Кассии», была чистой и в открытое окно залетал пока еще свежий ветер со звуками океана. Вдалеке кричали чайки, волны с шелестом набегали на берег. Названия гостиницы и таверны на первом этаже она не запомнила. К тому времени как они сюда добрались, на улицах стало
Вместо отдельного санузла постояльцам предлагалось воспользоваться тазом с водой на тумбе или баней на заднем дворе, которую они вчера посетили совместно с Леандром. Благодаря удачному расположению ветер не доносил запахов рыбного рынка в порту и вони трущоб, располагавшихся неподалеку. Интересное место. Выяснить бы сколько они берут за комнаты и можно тут останавливаться в следующий раз. Несмотря на события прошедших дней Мария чувствовала себя посвежевшей и отдохнувшей. Вот что делают с человеком хорошая выпивка и хороший секс. Рана на плече практически зажила, кровавая корка сошла, сменившись молодой розовой кожицей. Повезло, задело вскользь, но эфирные методы лечения в очередной раз поразили девушку. В прошлой жизни бы пришлось постараться, чтобы избежать заражения и уродливого шрама, тут же будет достаточно пары походов к Нидгару.
На завтрак спустилась вниз в просторный каменный зал с голыми стенами. Только на одной висело украшение — старинный меч на подставке, напоминающий гладиус, при ближайшем рассмотрении оказалось, что он переломлен пополам и его части просто аккуратно сложены вместе.
— О, проснулась, — послышалось сзади и она повернулась к вышедшему с кухни хозяину, высокому мужчине лет пятидесяти на вид.
Появившаяся на его морщинистом лице понимающая ухмылка быстро сползла, когда он увидел значок вигила.
— Ты вигил? — удивленно спросил он.
— Она самая, — усмехнулась Мария. — Организуйте мне завтрак, уважаемый. И у вас будет свежая акта и бумага с чернилами?
Газета нашлась, пышный омлет с зеленью принесли следом. Девушка расположилась у окна и занялась изучением прессы, следовало узнать, просочилась ли информация о задержании префекта вигилов. Вряд ли трибуну удалось все скрыть. Небольшую заметку она нашла в разделе хроники местных новостей, в ней сообщалось, что префекта все еще содержат под стражей и вскоре ему будет предъявлено обвинение. Деталей задержания и состава преступления автор не знал, поэтому большую часть текста занимала справка о длительном противостоянии корпуса вигилов и легиона. Самым полезным для Марии стало упоминание о назначенном на место Силия человеке (не известно, как газетчикам удалось об этом прознать). Им стал Лоак Валенс, городской вигил Кастеллума. О нем она ничего не знала и пока не видела смысла узнавать. Первое время несчастный будет разгребать дела префекта и разрываться между двумя должностями. А к тому времени, как станет интересоваться ролью одной молодой эфириа в поимке Силия, из метрополии пришлют кого-то ему на смену.
Бумагу и писчие принадлежности хозяин искал так долго, что она уже хотела послать все в бездну и найти их в другом месте. Наконец он появился около её стола со стопкой серой бумаги, стареньким пером и чернильницей. Первые два листа она извела почем зря. Никак не могла решить, как лучше начать свое послание к Таис. Бывшая гетера, красотка с копной медовых волос, могла очаровать любого мужчину, но почему-то выбрала Гая. Внешняя привлекательность сочеталась в ней с живым умом и недюжинным талантом психоаналитика. В свое время она помогла Марии преодолеть последствия изнасилования и вспомнить, что она женщина, а не странное бесполое существо, живущее лишь ради осуществления цели погибшего безумца Клеарха.