Vigilance
Шрифт:
К своему удивлению, Сурана говорил о своей подруге честнее, чем собирался. Он действительно питал к Сигрун самые нежные чувства – правда, исключительно в рамках дружбы: в их теплых отношениях никогда не проскальзывало и намека на любовную связь. Однако теперь, вдали от нее, эльфу захотелось, чтобы этот намек все-таки проскользнул. Он не мог прямо сказать, что влюблен в Сигрун – Адвен по натуре своей не был влюбчив – однако был к ней привязан так же сильно, как к другу детства Феликсу. Задорная гномка из Легиона Мертвых тоже была к нему очень привязана, однако ни словом не намекала на нечто большее. Тогда Сурана нисколько от этого не страдал, но со временем он все сильнее скучал без Сигрун. Однажды в голове его промелькнула
– Варрику бы это понравилось, - прервала его мысли Мерриль. – Он говорит, что никто не влюбляется в гномов – ну, разве только в него, конечно. Но Варрик такой особенный!
– Угу.
Долийка с улыбкой посмотрела на него, обхватив себя руками.
– Я должна была догадаться, - торжественно произнесла она. – Тебе, должно быть, очень с ней повезло, леталлин.
– Это точно, - пробормотал Адвен. – Повезло.
Эльфийка с видом знатока закивала и, прощебетав что-то на прощание, ушла. Сурана вздохнул с облегчением.
Однако ему и впрямь повезло встретить Сигрун. Ей был дан второй шанс доблестно сражаться с порождениями тьмы в приятной компании, а ему – найти хорошего друга… больше, чем друга. Воистину, Создатель в тот момент был особенно щедр.
========== Справедливость ==========
Андерс беспокоил Сурану все больше и больше. В Клоаке то и дело появлялись испуганные, затравленные ученики, только вырвавшиеся из Круга и толком не понимающие, что им делать с обретенной свободой. Определить, кто вытащил их из Казематов, не составляло никакого труда: подпольная организация сражающихся за свободу магов была не такой уж и подпольной – во всяком случае, для большинства обитателей Клоаки ее существование секретом не было. Как и то, что Андерс занимал не последнее место в этой организации. Адвен не собирался мешать ему перетаскивать магов на свободу – точнее сказать, не имел права вмешиваться в это – однако замечал, что маг теряет чувство реальности. Целитель иногда был как будто в трансе, не различая лиц и голосов, бредущий среди грязных закоулков, словно сомнамбула. На взгляд незнакомого с магией человека он выглядел смертельно уставшим, но эльф понимал, что Справедливость выворачивает своего «хозяина» наизнанку. Порой он даже задумывался о том, что Андерса стоило бы из милосердия прикончить, но решиться на это не мог. Если бы Сурана убивал других за совершенные ими глупые поступки, то за ним тянулась бы целая вереница трупов, включающих Йована, Логэйна, Грегора, Ирвинга, а также примерно треть населения Орзаммара и половину встреченных им долийцев. Поэтому он продолжал наблюдать за Андерсом, надеясь, что уроки Первого чародея все-таки не прошли для целителя даром.
Хоук не водила с ним тесной дружбы, справедливо боясь одержимого мага, но все же иногда заходила проведать, поэтому ее очередной визит к Андерсу не был чем-то из ряда вон выходящим. Чуть позже Адвен заметил, как Агнес в сопровождении Андерса, Фенриса и Себастьяна спускается куда-то в нижние проходы Клоаки. Это его тоже не удивило: Хоук частенько отправлялась на дело туда, куда любой порядочный дворянин сунулся бы только под страхом смертной казни. Четверо авантюристов надолго пропали из поля зрения Сураны, и он спокойно переругивался с клиентами Томвайза и замешивал очередной яд. Внезапно его отвлек громкий крик. Кричала женщина – более того, голос принадлежал Хоук. Это было что-то из ряда вон выходящее: ферелденка не относилась к числу впечатлительных и легкоранимых леди.
–
– Иди.
Равнодушие Томвайза порой выводило Сурану из себя, но он уважал и ценил своего патрона за полное отсутствие любопытства. Томвайз никогда не спрашивал о чем-то, выходящем за рамки его работы. Лучшего нанимателя скрывающемуся от всех Серому Стражу нельзя было и пожелать.
Эльф, незаметно скользя вдоль стен, приблизился к Хоук и ее спутникам. Он был немало удивлен, увидев ферелденку в ярости. С растрепанными короткими волосами и ярко сверкающими глазами она была похожа на фурию – и даже немного привлекательна в своей злобе. Она стояла между Фенрисом и Себастьяном, тоже приобретшими весьма суровый вид, и троица буравила тяжелыми взглядами съежившегося, словно нашкодивший щенок, Андерса.
– Ты чудовище! – воскликнула Агнес. – Одержимый ублюдок!
– Да… - Голос целителя дрожал. – Прости. Ты была права с самого начала…
– Тебе бы лучше сейчас заткнуться, маг, - злобно осадил его Фенрис. Андерс на удивление послушно замолчал.
– Я думала, в тебе есть хоть капля самообладания!
– Воистину, сам Создатель призвал Хоук остановить тебя, - осуждающе покачал головой Себастьян. – Иначе ты убил бы ту магессу, которую собирался спасти. Не очень-то милосердно было бы с твоей стороны.
– Моему поступку нет оправдания. Я знаю это.
На сей раз Андерса прервала сама Хоук, бесцеремонно схватив его за горло.
– Ты больной, - прошипела она. – Видит Создатель, я с таким удовольствием прикончила бы тебя, просто чтобы Киркволл стал более безопасным местом… - Вдруг ее хватка ослабла, и Агнес тихо произнесла: - Но ты спас жизнь Бетани. Похоже, мне пора вернуть тебе долг.
– Агнес, клянусь, я немедленно уеду из города, - взволнованно проговорил целитель. – Ты больше не услышишь обо мне.
– Очень на это надеюсь.
Ферелденка разжала пальцы, и Андерс поспешно направился в свою лечебницу, чтобы забрать вещи.
– Почему все маги вокруг меня больные на голову? – возопила Хоук.
– Не только вокруг тебя, - злобно выплюнул Фенрис.
– К несчастью, он прав, - смиренно кивнул Себастьян. – На свете много чародеев, сошедших с праведного пути и…
– Заткнитесь оба! – резко оборвала их Агнес. – Мой отец и моя сестра родились с магическим даром, и не вам их в этом обвинять!
– Прошу прощения, Хоук. Я не знал.
– Пойдем отсюда. – Смуглый эльф неожиданно ласково прижал ферелденку к себе, хотя голос его звучал так же мрачно, как и всегда. – Ты обещала Лиандре, что вернешься до вечера.
– Да. Ты прав.
Они медленно направились к выходу из Клоаки, а Адвен – в сторону жилища Андерса. Вдруг он увидел, как целитель поспешно выбегает оттуда, оставив дверь отпертой настежь, и движется в сторону одного из проходов. Сурана поспешил за ним, отчаянно надеясь на то, что хоть на этот раз успеет догнать вечного беглеца и отступника. Андерс нырнул в какой-то доселе неизвестный эльфу проход, нажав на пару кирпичей в стене, и собирался сразу же закрыть его за собой. Но не успел.
– Андерс, сейчас самое время сдаться.
За пару секунд Адвен приготовил легонькую волшебную стрелу на одной руке и заклинание выжигания маны на другой. Снова почувствовать себя Серым Стражем, Разящим Магией Своих Врагов, было приятно.
Когда Андерс встретился глазами со старым знакомым, на его лице отразился почти суеверный ужас.
– Адвен? – пробормотал он, пятясь назад. – Создатель, пожалуйста, только не сейчас!
– Значит, ты сбежал из Амарантайна, чтобы стать одержимым? Любопытный ход. И наитупейший для мага Круга. Ты хоть понимаешь, что предал не только орден, но и все наши принципы? Неужели Ирвинг тебя ничему не научил?