Vigilance
Шрифт:
– Адвен, пожалуйста, уйди, - с мольбой проговорил целитель. – Я не хочу причинять тебе вред.
– И не надо. Мы вернемся в Амарантайн, и орден будет судить тебя по справедливости.
В глазах Андерса сверкнули зловещие голубоватые искорки, но тут же пропали.
– Я совершил чудовищную ошибку, и я это признаю, - тихо произнес он. – Впустив в себя Справедливость, я хотел помочь ему… позволить взглянуть на мир глазами смертного…
– Никаких оправданий, Андерс, - безжалостно отрезал Сурана. – Ты стал одержимым. Это не лечится и не подлежит оправданию. Мне плевать, что тобой двигало. Ты угрожаешь чужой жизни.
– Я не хотел, поверь мне, я бы никогда не смог…
– Почти смог, как я понимаю. Перестань сопротивляться. Ты все равно собрался покинуть Киркволл, так почему бы не отправиться вместе со мной?
Андерс страшно закричал, закрывая лицо руками. Эльф отпрянул от неожиданности, но не убирал заклинания. Когда целитель выпрямился во весь рост, Адвен еле узнал его. Лицо мага было перекошено от ярости, по лицу пробегали голубоватые прожилки, похожие на лириумную вязь. Глаза его светились тем же зловещим светом.
– Ты не смеешь приказывать мне, Серый Страж! – гулко проговорил Андерс не своим голосом. Отдаленно он напоминал голос Справедливости, но гудел, словно демон гнева.
– Справедливость? – хладнокровно поинтересовался Сурана. – Я смею тебе приказывать. Я твой командир.
– Ты живешь на свободе, ничем не помогая своим собратьям! Ты мог бы оказать содействие стольким магам! Но ты никогда не думал о ком-то, кроме себя! Ты никогда не понимал, что такое справедливость!
– Не нужно этой демагогии. Отойди в сторону, Справедливость, и не вмешивайся. Иначе я могу убить Андерса.
– Ты не посмеешь!
Андерс резко двинулся вперед, достав из-за спины посох и взмахнув им. Магический щит, который эльф успел выставить, поглотил заклинание, однако лишь ненамного сумел смягчить удар под ребра. Стиснув зубы, Адвен быстро подлечился и выпустил усиленную волшебную стрелу. Целитель ловко ее отразил. Он всегда был сильным магом, но, очевидно, симбиоз с духом сделал его еще могущественнее. В ярости Сурана решился на крайний шаг и выжег ману Андерса изнутри. Целитель должен был от этого заклинания если не умереть, то мгновенно ослабеть и сдаться: к удивлению эльфа, этого не произошло. Удар принял на себя Справедливость, как будто впитав в себя всю разрушительную магию духа. Жуткий в своем новом обличии Андерс снова взмахнул окровавленным посохом – словно берсерк громадной секирой.
– Я отомщу за все! – прогрохотал голос духа, уже слабо отличимый от демонического. Острое навершие посоха впилось в хрупкую плоть.
Эльф успел выставить магический щит, но свет все равно померк.
========== Сур принимает решение ==========
Еле-еле открыв глаза, Адвен увидел склоненное к нему лицо Томвайза. Эльф не выглядел особенно обеспокоенным, но все же констатировал с ноткой облегчения:
– Очнулся.
– Что со мной было? – пробормотал Сурана. Оглядываясь по сторонам, он видел все те же грязные стены Клоаки и шкафчик с реагентами, закрывающийся на щеколду только с третьей попытки. Значит, он снова в лавке Томвайза.
– Не знаю. Этот лекарь-шем Андерс нес тебя куда-то. Я остановил его и спросил: «Куда ты тащишь моего помощника?» Он сказал, что ищет твой дом. Я ему не поверил и сказал, чтобы он оставил тебя здесь. Он послушался. На нем лица не было. Он говорил, что нашел тебя тяжело
– Куда он ушел? – одними губами прошептал эльф. От безразличных слов Томвайза его бросало в холод.
– Откуда я знаю, - пожал плечами торговец. – Он не говорил, а мне до него дела нет.
Адвен молчал. Его сердце забилось так чудовищно быстро, что грозило прорвать грудную клетку. Он попытался приподнять голову и посмотреть на неприятно саднящую рану. На худой груди, слишком чистой для клоачных закоулков, красовался свежий шрам – на удивление незаметный на фоне других. Что ж, Андерс всегда был хорошим целителем: наверняка это он, ужаснувшись содеянному, залечил нанесенную им же рану.
– Иди-ка ты домой, - покачал головой Томвайз. – Ты сейчас никакой. Отлежись немного, а как почувствуешь себя лучше – выходи на работу. Все равно сейчас покупателей особенно нет.
Слабо кивнув, Сурана поднялся с липкого пола, застегнул рубаху и медленно направился к тому скрытому проходу. Он понимал, что Андерс уже давно успел ускользнуть, но все же возможностью узнать его путь отступления необходимо было воспользоваться. Руки сами нащупали нужные кирпичи в стене, надавили на них, и проход открылся. Эльф ликовал бы, если бы не был совершенно подавлен тем фактом, что не сумел остановить одержимого. И что этот одержимый, ставший намного сильнее, чем раньше, теперь находится неизвестно где и, возможно, угрожает чьей-то жизни.
В узком, местами осыпающемся коридоре было темно, и Адвен подсвечивал себе дорогу небольшим магическим огоньком. «Эта лазейка словно создана для беглых магов, - кисло подумал он. – Вот и я присоединился к их славному обществу. Создатель, какой же это позор для Героя Ферелдена и ученика Ирвинга!» Сурана был так расстроен, что не обращал внимания на дорогу, и только внезапно ударивший в глаза дневной свет заставил его зажмуриться и затем наконец оглядеться по сторонам.
Лазейка вывела его на горный перевал. Если свернуть на юг, прикинул эльф, то можно довольно быстро добраться до Рваного берега, а где-то на востоке обосновался клан Маретари. С запада и севера путь преграждали горы Виммарк, чей грозный вид недвусмысленно советовал странникам развернуться и идти в обратную сторону. Рассудив, что Андерсу незачем лезть в горы или к долийцам, Адвен устремился в сторону Рваного берега со всей возможной скоростью. Рана, пусть и искусно излеченная, все же ослабила мага, и он лишь надеялся, что на его пути не встретится какая-нибудь бандитская шайка.
Ему повезло лишь отчасти. Вместо бандитской шайки ему попался отряд кунари. От соплеменников этих косситов отличало отсутствие красной краски на лице и теле.
– Басра имекари*, - снисходительно изрек один из них. – Проваливай.
Сурана не знал кунлата, но инстинктивно почувствовал, что его оскорбили. И уже не инстинктивно, а вполне осознанно проглотил обиду, укоризненно посмотрел на рогатых великанов и прошел мимо. Хотя ему не понравился ни вид, ни тон этого говорившего, но их было шестеро против одного. Шестеро грозных косситов против одного хрупкого, недавно вытащенного из лап смерти эльфа. Будь их втрое меньше, Адвен и то не стал бы ввязываться в драку – кунари в гневе опасны, это он прекрасно знал. Даже не так: кунари опасны всегда, особенно в гневе.