Vigilance
Шрифт:
– И в мыслях не было, - усмехнулась Лелиана. – Я многому научилась за это время… в том числе и находить в незнакомом городе старых друзей. Например, Бонни Лема.
Эльф мрачно фыркнул, и женщина, извиняясь, приобняла его:
– Не обижайся, Адвен. Я и правда очень по тебе соскучилась. Мне даже кажется, что ты похорошел.
– Да ну.
– Правда, волосы непривычно длинные и… ты как, питаешься чем-нибудь? Ты, конечно, всегда был худенький, но сейчас прямо кожа да кости.
– Я бы нисколько не обиделся, если бы ты сварила супчик,
Лелиана улыбнулась одними губами и кивком головы предложила ему присесть. Адвен подчинился, понимая, что она действительно изменилась. Никакой сентиментальной болтовни, никакой наивной встревоженности… Не сказать, чтобы Сурана именно это в ней ценил, но перемена его насторожила.
– Ты же вроде служила Церкви в Вал Руайо? – поинтересовался эльф. – И дел у тебя было по горло. Неужели ты выкроила время на дружеский визит?
– К сожалению, это не просто дружеский визит, Адвен. На самом деле то, что ты сейчас в Киркволле – скорее приятное совпадение. Я рада тебя видеть.
– Я понял. Что стряслось?
Лелиана с хитрой улыбкой показала на записи, аккуратно собираемые Адвеном.
– Думаю, на часть моих вопросов ты смог ответить, - сказала она. – Я тут начала пролистывать…
– Эй, так нечестно! – обиделся Сурана. – Если я и буду рассказывать обо всем этом, то методично, обстоятельно… и чтобы никто раньше времени не сорвал интригу!
– Так уж получилось, что твое расследование отчасти совпало с моим. Я слышала, что в число твоих подозреваемых попала Церковь – а это отвечает моим догадкам.
Эльф заинтересованно подсел к ней поближе.
– Так зачем ты здесь? Расскажи, может, я смогу кое-что добавить.
– Ну что ж.
Женщина закинула ногу на ногу и принялась вещать:
– Начнем с того, что меня… скажем так, повысили в должности. Верховная Жрица Беатрикс умерла, и ее место заняла Джустиния. Раньше ее звали преподобной матерью Доротеей… ну, я тебе рассказывала.
– Та самая?
– Та самая. Я с радостью поступила к ней на службу, когда еще была жива Беатрикс. И теперь Джустиния – Верховная Жрица… а я – ее Левая рука.
– Левая?
– Правая рука – это грубая сила. Она заставляет, требует, угрожает… Левая же рука тянется, хитрит, действует куда более изобретательно. Верховной Жрице порой тоже требуется решать задачи очень… деликатно.
– Ясно, - протянул Адвен. – Тот же бард, только на службе у Церкви. Впрочем, если тебе это нравится…
– Это далеко не то же самое, Адвен, - жестко произнесла женщина. – Но сейчас не время и не место это обсуждать. Так вот, Джустиния куда больше заинтересована в решении проблем Церкви, нежели покойная Беатрикс. Сначала мы разобрались с одной продажной сестрой в Вал Шевене, потом – в Вал Руайо, а теперь внимание Джустинии привлек Киркволл.
– Эльтина?
Лелиана кивнула.
– Надо признать, эта женщина весьма изобретательна. О ней ходили разные слухи – но всегда бездоказательные. Впрочем, число этих слухов множится. Джустиния уверена, что
– Она не ошибается, – улыбнувшись, Сурана достал из ящика хартийские письма и протянул их собеседнице. – Вот письма представителей Хартии. Я взял парочку в качестве образца, но в архиве их были сотни. Насколько я знаю, Эльтина хочет уничтожить это вещественное доказательство – так что я успел вовремя.
– Молодец, – пробежав глазами одно из писем, Лелиана одобрительно улыбнулась. – Если тебе удалось что-то выкрасть у этой женщины, ты и правда неплохой шпион.
– Осталось взять в руки лютню и идти покорять Орлей, - усмехнулся эльф, вспоминая Эмиля де Лансе. – Если тебе нужны еще подтверждения, то могу показать дневник одной церковницы. Она работала на Эльтину, участвуя в ее грязных делишках, в том числе и в контрабанде.
– А ее записи ты откуда достал? Тоже украл?
– Разумеется. И даже не сразу после того, как ее убили прямо в стенах Церкви на глазах у нескольких свидетелей.
– Очень любопытно…
Завладев вниманием бардессы, Адвен рассказал о действиях Петрис в игре киркволльской Церкви. Преподобной матери досталась довольно опасная роль – разжечь ненависть к кунари и спровоцировать их на открытый конфликт. При этом Петрис нужно было подставить под удар себя, но не Церковь – задачка не из простых, но преподобная мать блестяще с ней справилась. Правда, она ожидала суда, а не действительной расправы…
– Стало быть, - проговорила Лелиана, - ты думаешь, что конфликт с кунари послужил какой-то цели?
– Скорее он был совпадением, которым удобно воспользоваться. Кунари… вряд ли бы стали договариваться с Церковью. Это не в их духе, мягко говоря.
– Очень любопытно… – Бардесса сцепила пальцы в замок, внимательно глядя на своего собеседника. – Значит, я действительно могу узнать об Эльтине куда больше, чем она захочет…
– А что ты собираешься сделать? Джустиния хочет арестовать ее?
Лелиана поморщилась:
– Адвен, Верховная Жрица – не капитан стражи, да и я тоже. Мы действуем более… тонко. Для начала стоит прощупать почву, намекнуть Эльтине о том, что на ее счет думает Джустиния… – Она встала, подошла к двери и приоткрыла ее. – Ого, уже глубокая ночь. Как бы мне не опоздать на важную встречу.
– У тебя встреча? Здесь? С кем?
– Официально – с Владычицей Церкви Эльтиной. Однако я почти уверена, что она пришлет кого-то вместо себя. Эльтина наверняка поостережется связываться с Верховной Жрицей даже через меня…
– И где же произойдет эта встреча посреди ночи?
– В тронном зале крепости наместника. А что?
Сурана тоже поднялся с места.
– Я тоже хочу на это посмотреть.
Женщина с улыбкой приподняла брови.
– Адвен, ты… Нет, я понимаю, что ты, должно быть, поднаторел в шпионском деле, но это будет довольно опасно. Меня будут преследовать резолюционисты – они потихоньку поднимают голову, атакуя Церковь – а они опасные противники.