Викинг
Шрифт:
Отец Демьен, монах из монастыря, что стоял на холме совсем рядом с родной деревней Фионы. Отец Демьен не раз приходил, чтобы отслужить мессу в их маленькой сельской церкви. А за несколько дней до вторжения викингов на Мэн Фиона исповедовалась ему перед причастием. Фиона слышала о том, что викинги разорили монастырь и взяли пленных, но она и подумать не могла о том, что когда-нибудь встретит кого-то из монашеской братии.
Да еще где встретит!
— Отец Демьен! — не сдержалась наконец Фиона. Монах вскинул голову, узнавая.
— С тобой все в
— Да, слава богу.
Фиона подошла ближе и спросила, обернувшись к Торну:
— Вот, значит, где ты решил найти священника? Очень мило! — И она окинула Торна сердитым взглядом. Глаза ее вспыхнули на секунду ярким фиолетовым пламенем.
— Ульм разорил монастырь, — пояснил Торн. — Как раз тогда, когда я метался по острову Мэн в поисках одного… одной женщины, которая околдовала меня. Когда мы вернулись домой, захваченные в плен монахи были проданы работорговцу. Теперь их повезут на невольничьи рынки в Византию. Там сейчас огромный спрос на рабов.
— Но это же христианские священники! — воскликнула Фиона. — Как можно продавать их в рабство, да еще в какие-то дикие страны! К язычникам!
— Перестань, дитя мое, — вступил в разговор отец Демьен. — Я смирился со своей судьбой. Господь бог по милости своей спасет и защитит меня. Значит, такова была его воля — чтобы монастырь был разорен, а братия попала в рабство. Я верю, что за земные страдания нам воздастся на небесах. И ты не переживай за нас, я же буду молиться за тебя, пока живу на свете. Этот викинг сказал, что ты желаешь обвенчаться с ним по христианскому обряду. Это действительно твое желание, дитя мое?
Фиона молча отрицательно покачала головой.
— Да, священник, — ответил за нее Торн. — Фиона хочет, чтобы наш брак был совершен по всем за конам христианской религии.
— Так это правда, Фиона? — переспросил отец Демьен.
Лгать священнику Фиона не могла. Ведь она действительно сказала Торну, что выйдет за него замуж, если тот сумеет разыскать христианского священника.
— Д-да, отец, — неуверенно ответила Фиона. — Так я и сказала, но…
— Поторопись, священник, — приказал Торн. — Если ты не согласишься совершить обряд, для Фионы будет только хуже. Ведь я все равно уложу ее в свою постель.
Тон его был таков, что отец Демьен понял, что для спасения души Фионы ей лучше всего выйти замуж за этого викинга. И чем скорее, тем лучше.
— У вас есть свидетель?
Торн посмотрел на дорогу. Бренн приближался, сидя верхом на неторопливо трусящем муле.
— Сейчас подъедет.
Бренн остановил мула, сошел на землю и, прихрамывая, направился к месту, где стояли Фиона и священник. Присмотревшись внимательнее, Бренн воскликнул: — Господи, да это же отец Демьен!
— Ты очень вовремя догнал нас, колдун, — сказал Торн. — Нам нужен свидетель. Я беру Фиону в жены.
— Постойте! — воскликнула Фиона. — Дайте мне переговорить с Бренном!
— Драккар с рабами должен отчалить, как только начнется отлив, — сказал Торн. — У нас нет времени на разговоры.
Затем он взял
— Теперь мы готовы, священник, — сказал Торн.
— Нет! — протестующе закричала Фиона, сама удивившись своей горячности. — Мы слишком плохо знаем друг друга. Викинг хочет жениться на мне только ради того, чтобы…
— Фиона, — мягко остановил ее отец Демьен. — Намерения викинга совершенно очевидны. Так же очевидно и то, что он от своих намерений не отступится. Так вот, в глазах господа тебе гораздо лучше и душеспасительнее быть женой, чем любовницей. И слава богу, что этот язычник согласился на то, чтобы ваш брак был совершен по христианскому обряду.
— И да сбудется все предначертанное, — нараспев произнес Бренн.
— Что же, я ни на волосок не могу изменить судьбу, что предначертана свыше?! — воскликнула Фиона, ошеломленная столь быстрым развитием событий.
— Твоя судьба в руках господних, — напомнил ей отец Демьен.
— Да сбудется все, предсказанное древними волхвами, жившими на нашей земле задолго до Христа, — несколько невпопад пропел Бренн.
— Хватит разговоров! — рявкнул Торн. — Венчай нас, священник! Венчай сейчас же, покуда я не взял эту женщину прямо здесь, на берегу, у вас на глазах.
Торн не собирался поступать подобным образом, но, великие боги, сколько можно испытывать его терпение.
Да, Торну не терпелось поскорее завершить все необходимые формальности и законно, безо всякого опасения насладиться наконец нежным телом Фионы.
Сначала он станет ласкать ее шелковую кожу, упругую грудь, точеные бедра. Потом войдет внутрь…
А когда он овладеет этой женщиной, ее заклятие, возможно, начнет понемногу слабеть. Хорошо, если бы это было так. Ведь до сих пор все было наоборот, и Торн с каждым днем становился все менее похожим на прежнего воина, не знавшего сомнений.
Торн должен был бы спать с нею уже давным-давно, и это было бы справедливо и правильно. Он бы так и сделал, но страх перед темными силами, послушными воле колдуньи, останавливал его. Он не мог взять эту женщину помимо ее воли, он боялся сделать это, чтобы не навлечь тем самым гнев богов на свою голову и на свою семью.
И вот он пошел на все, даже на то, чтобы обвенчаться с этой женщиной по ее христианскому обычаю. И он пойдет до конца, и ничто не остановит и не смутит его — даже гнев и насмешки отца.
Отец, брат, Бретта, все-все-все будут считать его сумасшедшим — пусть!
Фиона вошла в душу Торна, в его сердце и стала для викинга вечным мучением и непрекращающейся болью.
Да поможет ему Один исцелиться от этой болезни!
Они стали мужем и женой.
Церемония венчания уже закончилась, а Фиона все никак не могла сдвинуться с места, подавленная, ошеломленная бурными событиями сегодняшней, кажущейся бесконечной, ночи.