Викинг
Шрифт:
– Вольфгард перед лицом своих воинов, перед свидетелями дал клятву! – возразил Виктор. – Если я выполню свою часть договора, у него просто не будет другого выбора – ему придется сдержать свое слово – прекратить войну.
За столом воцарилось гнетущее молчание, наконец, явно разочарованный всем услышанным, Ролло произнес:
– Но ярл, мы вовсе не желаем, чтобы эта война закончилась.
– То есть, ты хочешь сказать, что вы и дальше хотите наблюдать за тем, как гибнут наши люди? – переспросил Виктор.
Его советники растерянно посмотрели друг
– Но ведь для воина нет большей чести, чем погибнуть в бою!
– И потом… если война кончится, – растерянно посмотрел на собравшихся Орм, – что мы тогда будем делать?
Загоревшись Виктор охотно начал развертывать перед ними захватывающую дух картину преобразований.
– Во-первых, мы сможем повысить уровень жизни жителей Ванахейма…
– Что значит «уровень жизни»? – вернул его с небес на землю вопрос Свена.
Виктор начал объяснять, что он понимает под этими словами. Он говорил о том, как ему хотелось бы насадить новые растения, чтобы превратить остров в цветущий сад, построить новые, красивые дома и прекратить кровопролития.
– То есть, когда закончится война, мы все можем стать пахарями? Так что ли, ярл? – фыркнул Канут.
Не обращая внимание на ехидные усмешки викингов Виктор горячо воскликнул:
– Я хочу прекратить войну для того, чтобы вы, мои братья, не умирали, чтобы ваши жены не проливали слез и дети не росли сиротами. Если только мне удастся захватить Рейну, то тогда все жители Ванахейма смогут существовать в удивительной гармонии.
Если бы Виктор внимательно посмотрел на своих советников, то он бы заметил, что жертва, которую он собирается принести на алтарь всеобщей гармонии, кажется викингам слишком большой. И им явно не хочется допустить, чтобы их конунг страдал до конца своих дней из-за своих бредовых идей. Наконец Свен прошептал:
– Ярл, неужели ты, действительно, хочешь совершить это безумие?
Надеясь воззвать к их мужскому самолюбию, Виктор добавил:
– Кроме того, Рейна жестко оскорбила меня: она плюнула мне в лицо! Я хочу ей отомстить!
За столом вновь воцарилась мертвая тишина.
– Ну, что еще не так? – раздраженно воскликнул Виктор.
– Ярл, как хочешь, мы не понимаем, – пожал плечами Оттар.
– Чего вы не понимаете?
– Если женщина тебя так оскорбила, снеси ей голову и все! – рявкнул Ролло.
– Убить женщину!? – Виктор почувствовал, что теряет терпение.
– Конечно! Разве может женщина так оскорблять конунга? – воскликнул Орм и возмущенно посмотрел на собравшихся, как бы приглашая их разделить его негодование.
– Но ведь тогда нам никогда не удастся остановить эту проклятую войну!
Снова последовало молчание.
– Да вы что, совсем не хотите мира? – спросил Виктор в отчаянии.
Воины несколько минут совещались, и затем Ролло сообщил конунгу общее мнение.
– Не-а, ярл, не хотим!
– Вы все так считаете? – не предвещавшим ничего хорошего голосом спросил Виктор.
Все
Конечно, он мог бы на них наорать. Больше всего на свете, ему именно этого и хотелось. Но вместо этого он грохнул кулаком по столу и прерывающимся от бешенства голосом спокойно произнес:
– Ладно, слушайте внимательно, вы, олухи. Нравится вам это или нет, но я конунг Виктор Храбрый, так хочу – значит, так оно и будет! Я схвачу Рейну, доставлю ее в мой дом и укрощу! А вы, мои вассалы, будете мне помогать! Или вы со мной… или против меня! Выбирайте сами!
Снова воцарилась гнетущая тишина. Свен посмотрел на печальные лица викингов и сказал:
– Мы с тобой, великий конунг!
– Отлично! Отправляемся сегодня ночью.
– Ночью? – переспросил Оттар.
– Да! Я решил, что мы отправимся в небольшую увеселительную прогулку на тот берег фьорда и вытащим эту сумасшедшую девицу прямо из кровати.
Советники переглянулись, и наконец Канут спросил:
– А как же воины Вольфгарда? Он же не оставит деревню без охраны, зная о твоих планах?
Виктор кивнул:
– Мы нападем внезапно. Если потребуется, оглушим и свяжем их. Однако, мы должны избежать кровопролития! Чтобы никаких жертв… Понятно?!
Еще никогда в своей жизни Виктор не видел в глазах людей столько разочарования. От огорчения у викингов даже лица вытянулись.
– Это что же… мы их даже убивать не сможем!? – развел руками Орм.
– Об этом и речи быть не может! – ответил Виктор. И тогда Канут спросил с остатками последней надежды в голосе:
– Неужели мы не сможем даже хоть кого-нибудь взять в плен, чтобы здесь немножко попытать? В конце концов, нам ведь и рабы нужны.
«О, небеса! Этих людей ничто не исправит!» – подумал Виктор и мрачно пообещал:
– Не беспокойся, Канут! Если нам удастся похитить эту девицу, то пытки нам всем обеспечены! Думаю вы все согласитесь, что дотащить эту ведьму до нашего поселка – не меньший подвиг, чем захватить тысячу рабов.
Впервые за весь вечер викинги с ним согласились.
ПЯТНАДЦАТЬ
Темные зловещие тучи, сквозь рваные клочья которых изредка проглядывала тусклая луна, быстро мчались над бурными морскими волнами и, переваливаясь за высокие утесы, скрывались в темноте. Виктор стоял на палубе своего дракара, пристально всматриваясь в холодный надвигающийся берег, куда направлял корабль Свен, оказавшийся в этой ночной экспедиции в роли кормчего.
С Виктором сегодня отправились только самые сильные и проверенные, так как он считал, что чем меньше будет его отряд, тем больше у них будет шансов остаться незамеченными на берегу, где расположен лагерь Вольфгарда. Конунг вознес к неприветливым небесам молитву, чтобы Господь помог ему сегодня добиться желаемого не применяя силы и не жертвуя людскими жизнями. В конце концов, немного помощи проведения не помешает, раз уж они поставили перед собой такую благородную цель, окончание вражды между двумя племенами.