Викинг
Шрифт:
По плану Виктора, они должны были захватить Рейну прямо на ее ложе и, не дав ей опомниться связать и доставить на корабль. Для этих целей он захватил с собой несколько мотков прочнейшей веревки и длинную полосу материи, значительно более чистой и белой, чем следовало бы, чтобы заткнуть вредный рот маленькой Валькирии. На случай особенно яростного сопротивления Виктор приказал взять несколько шерстяных одеял, чтобы завернуть в них девушку. Это предохранит ее от холода и заодно, заглушит ее крики о помощи.
Воины, отправившиеся с ним, так же вооружились веревками, сыромятными ремнями и кляпами,
Польза от такой тщательной подготовки дала себя знать сразу, как только они приблизились к причалу, от которого начиналась тропинка, ведущая в поселок Вольфгарда. Их корабль, под прикрытием ночной тьмы, скользнул к дощатому настилу рядом с дракаром Вольфгарда, и хотя вокруг пока было спокойно, дозорные, заметив пришельцев, тут же приняли свои меры. Два викинга направились к таинственно приставшему у пристани и не подающему признаков жизни кораблю, а один остался позади, готовясь в случае необходимости поднять тревогу.
Стражи осторожно приблизились к кораблю, обнажили оружие и один из них громко спросил:
– Эй! Кто там?
Внезапно на пристань спрыгнули прятавшиеся до этого за бортом корабля Орм и Ролло и бросились на дозорных, а Оттар и Свен напали на третьего дозорного. Короткая схватка за берегу закончилась довольно быстро – вскрик, возня, затем звук удара и глухой стук упавшего тела, и через несколько секунд Орм и Ролло подтащили к дракару, на котором их дожидался Виктор, тела двух оглушенных воинов. Еще через мгновение из тьмы вынырнули Оттар и Свен, выполнившие свою часть работы. Человека, которого они приволокли с собой, уложили рядом с двумя его товарищами, и Ролло, усмехнувшись, спросил:
– Ну, ты доволен, ярл?
– Как тебе и хотелось, мы их не убили, – добавил гордо Орм, – голыми руками взяли и связали.
Виктор спрыгнул на дощатые мостки, закрепил канат вокруг столба, чтобы удержать дракар у берега и сказал:
– Все нормально, но лучше было бы, конечно, сначала их допросить.
Тяжело дыша после схватки, Свен начал оправдываться:
– Они яростно сопротивлялись, ярл. Но ты не сокрушайся, по дороге мы еще кого-нибудь встретим.
Воинов Вольфгарда еще крепче связали, забили им кляпы и оставили в тени корабля. Затем Виктор взял веревки, несколько одеял и, уже собираясь уходить, приказал:
– Канут, останься здесь, охраняй корабль. Одноглазый гигант явно почувствовал себя оскорбленным и заворчал.
– Но, ярл…
– Ты же у нас самый сильный, воин, дружище, – перебил его Виктор. – Ты единственный, кто может отстоять наш дракар, если тут еще появятся дружинники врага. Сам пойми: для нас главное – отстоять корабль, в случае чего, иначе все пропало.
Перехватив взгляд Канута, направленный в сторону холмов, конунг догадался, что великан не очень-то верит в возможность нападения вражеских воинов, но как бы то ни было, он согласно кивнул головой и ответил:
– Ладно, ярл…
– Вот и хорошо, – сказал удовлетворенно Виктор, радуясь, что удалось оставить у корабля своего самого кровожадного воина, а затем передал остальным четырем викингам по сложенному одеялу и добавил: – Так значит, мужики, помните, нам следует держаться в тени и, главное, всем вместе. Переговариваться только шепотом,
Вся пятерка двинулась по тропинке вдаль от причала, и вскоре их силуэты исчезли в густой завесе белесого тумана, опустившегося на побережье. Постоянно опасаясь встречи с другими дозорами, они медленно продвигались вперед, прячась за обломками скал и ожидая, когда луну в очередной раз закроет облако. Постепенно, не встречая нигде сопротивления, Виктор и его люди вышли на равнину, и он уже начал волноваться, что все происходящее – это часть какого-то дьявольского плана Вольфгарда, дающего им возможность с легкостью схватить Рейну. Однако, опасение встретить засаду исчезли, как только Виктор заметил на окраине поселка еще двух охранников. Похоже, дозорные не подозревали о близости врага и беззаботно дремали, прислонившись к частоколу, преграждавшему проходы к крепостному рву.
Виктор предостерегающе поднял руку, и, когда его спутники подошли к нему, молча указал на стражу.
– Поручи их мне, – прошептал Орм, отирая грязь с лица.
– Давай, займитесь с Ролло этими олухами, – согласился конунг. – Только помните – не убивать никого! Постарайтесь в этот раз притащить их ко мне в сознании, чтобы можно было их поспрашивать кое о чем.
– Ладно, ярл, – прошептал Орм, – убивать этих жалких вояк – все равно, что красть молоко у младенцев.
Похоже, воинам Виктора и самим понравилась война по новым правилам, когда врага можно было победить, не причиняя ему особого вреда. Да, для этого требовалось проявить ловкость!
– Смотрите же, давайте побыстрее, и тихо там!
Виктор, Свен и Оттар остались в напряженном ожидании, а Ролло и Орм осторожно двинулись вперед. Из-за туч выглянула луна, и в ее неверном свете стало видно, как они достали свои ножи. Виктор испугался было, что дружинники ослушаются его приказаний, но уже в следующую секунду его воины бросились к дозорным и, обхватив их сзади, прижали кинжалы к шеям воинов Вольфгарда. Спустя несколько мгновений, пленников доставили к тому месту, где ожидал Виктор.
– Задавай свои вопросы, ярл, – довольно сказал Ролло.
Виктор посмотрел на захваченных в плен. Даже в темноте было заметно, какие у них бледные лица и расширившиеся от страха глаза; мужчины явно находились в состоянии, близком к полуобморочному.
– Слушайте меня, парни, – начал конунг, – вам никто не причинит вреда, если вы просто ответите на несколько вопросов.
Воины Вольфгарда тупо смотрели на него, ничего не говоря и не пытаясь сопротивляться.
– Где еще находится в поселке стража? – спросил ярл.
Ответом ему было молчание.
Ролло глухо заворчал от гнева и слегка нажал кинжалом на горло своего пленника.
– Отвечай нашему ярлу, иначе я тебе все кишки выпущу!
И прежде, чем Виктору удалось остановить своего воина, его угроза возымела действие – один из воинов пробормотал срывающимся голосом:
– Т-т-там больше н-нет охраны.
– Это еще почему? – изумился Орм. Пленный викинг пожал плечами.
– Нам кажется, наш ярл потерял осторожность. Он почему-то был уверен все последующие дни, что Виктор Храбрый не нападет на нас.