Виктор
Шрифт:
Между тем я с иронией спросил у девушки, которая пошла рядом со мной в сторону парка:
— Видимо, вы передумали отчисляться? Или ждёте понедельника?
— Всё сложно, — тяжело вздохнула магичка, скользя взглядом по брусчатой дорожке.
— Действительно, — иронично поддакнул я. А когда у девушек было все легко и просто?
— Я чувствую, что вы потешаетесь надо мной, — укорила меня Грета, недовольно поджав пухлые губки.
— Есть немного, — сознался я и вошёл под сень деревьев, растущих в парке. — Но, мне кажется, что в вашей ситуации всё предельно ясно. Полевые тренировки —
— Ты прав, — нехотя призналась Грета, уселась на скамеечку и с надрывом продолжила: — Да, мне льстит восторг окружающих! Оказывается, это так здорово быть в чём–то лучшей. Даже княжна Мерье изволила заметить моё существование. А ведь я всего лишь пятая дочь. И родители от меня многого не ждут. Они даже позволили мне поступить в академию, а ведь тут легко можно лишиться головы. Мне кажется, что они совсем меня не любят или не хотят тратиться на приданное!
Я же во время горячей тирады Греты уселся подле неё и засмотрелся на роскошной внешности старшекурсницу. Крупная, высокая грудь, приятный овал лица, густой водопад шелковистых русых волос. Она восседала на скамеечке чуть в стороне от нас и с наслаждением потягивала сигарету через длинный мундштук.
— Ты меня вообще слушаешь? — внезапно раздался над ухом сердитый голос Греты.
— Да, — тотчас встрепенулся я, переведя взор на кукольное личико фон Браун. — Так какой вы видите выход из сложившейся ситуации? Вы же явно что–то придумали, раз позвали меня на разговор.
— Ты проницательный, — подметила девчонка и застегнула форменный пиджак. Видимо, ей стало прохладно в тени деревьев.
— Так какая мне отведена роль, сударыня, в вашем гениальном плане?
— Может, ты… может, ты потренируешь меня? — смущённо проговорила Грета и почему–то на её бледных щёчках появился румянец. — Я заплачу.
— А почему вы не обратитесь к преподавателю по боевой магии? Уверен, он согласится поднатаскать вас. А я ведь всего лишь такой же, как и вы первокурсник, тем более обычный простолюдин, — ответил я, услышав где–то в кроне дуба противное воронье карканье.
— Ты не обычный простолюдин, — возразила Грета, подняв на меня взгляд красивых глазок. — Кое–кто мне сказал, что у тебя одиннадцатый уровень. А это значит, что ты бастард. То есть, наполовину — благородных кровей. И я видела, как ты вызываешь умения. Твои пассы отточены почти так же хорошо как у старшекурсника.
— Можно подумать, что вы видели много старшекурсников, исполняющих пассы…
— Да, видела! — жарко выдохнула девушку, вздёрнув подбородок. — У меня есть четверо братьев. И они являются дипломированными магами. Двое из них окончили Императорскую академию магии, а ещё двое — учились на Британских
Ого, а у неё родители случаем не кролики? Я уже знаю как минимум о девяти их отпрысках. Но, конечно, вслух я ничего из этого не сказал.
Мой рот покинули совсем другие слова:
— Ладно, вам удалось уверить меня в том, что в магическом плане я на кое–что способен. Однако профессиональный преподаватель всё равно будет много лучше меня.
— Я не хочу огласки, — опустила она взор и уставилась на свои сапожки из тонкой хромовой кожи, украшенной парчой. — Ежели я буду ходить к преподавателю, то рано или поздно наружу выплывет мой секрет. Люди узнают, что я не так сильна в магии, как они думают.
— Ваши слова звучат как–то неубедительно. Вы же не забыли, что студенты на практических занятиях исполняют пассы? Следовательно, ваши одногруппники всё равно увидят, что вы владеете пассами не на самом лучшем уровне.
— Да, я понимаю. Но кроме пассов, мне ещё нужно подтянуть умения, — упрямо запыхтела она и следом пылко бросила: — Божечки, неужели тебе так трудно мне помочь?! Я же готова платить!
— Хм… — задумался я. — Ну, можно попробовать провести первую тренировку. Например, сегодня после ужина. На ней и решим — стоит ли дальше продолжать или нет.
— Замечательно! — искренне обрадовалась она и от избытка чувств захлопала в ладоши.
— За сим позвольте мне откланяться, сударыня, — куртуазно сказал я, вставая со скамеечки.
— До встречи, Виктор, — благосклонно произнесла девчонка, принявшись болтать в воздухе стройными ножками.
Я кивнул ей на прощанье и потопал обратно в башню.
По пути меня потянуло в сон. Вероятно, тому виной стал утренний визит Пашки, который не дал мне как следует выспаться. Надо будет добрать часочек сна.
Мысль была восхитительной, но, как оказалось, трудноисполнимой.
Стоило мне войти в комнату, как в дверь кто–то принялся настойчиво барабанить. Кого там ещё бесы принесли? Я открыл дверь и увидел весёлую физиономию Васьки. Да ещё и озарённую щербатой улыбкой.
Я мигом насторожился и прошептал:
— Ты чего такой весёлый? Пашку переспорил и убил? Надеюсь, ты его труп хорошо закопал? Хотя вряд ли. Для его трупа яму пришлось бы копать трактором.
— Переспорил. А потом на радостях вот чего достал, — ликующе выдал крепыш и немного вытащил из кармана пиджака горлышко бутылки.
— Хм… и где ты её раздобыл? — уточнил я, сделав шаг в сторону.
— Неважно, — отмахнулся парень и вошёл в комнату. — Давай, доставай стаканы.
— Мы так сопьёмся, — с сухим смешком сказал я и невзначай скользнул взглядом по запястьям парня.
Васька же принялся откручивать пробку прозрачной пол–литровой бутылки, внутри которой плескалась тёмно–бордовая жидкость. Вино? Возможно. А может, и не вино…
Крепыш поставил открытую бутылку на стол, сам сел на стул и поторопил меня взглядом. Я поспешно открыл дверцы шкафа, взял два стакана и кухонный нож. А затем поставил тару на стол, положил нож рядом и произнёс:
— Закуску надо нарезать.
— Да–а–а, без закуски никуда, — улыбнулся парень и стал ловко наливать в стаканы принесённый алкоголь.