Винделор
Шрифт:
— А теперь раздевайтесь.
На мгновение в помещении повисла тяжёлая пауза. Винделор встретился взглядом с мужчиной-стражем, который выглядел так, будто сам не знал, как реагировать. Однако вскоре его внимание переместилось на мальчика, и выражение на его лице стало насторожённо-ожидающим.
Илай, не понимая всей серьёзности момента, застыл на месте. Затем, слегка смущённый, потянулся к застёжке плаща, скинул его и принялся раздеваться. Когда он, смущаясь, начал стягивать нижнее бельё, женщина-охранник заметно оживилась.
—
Илай замер, уловив скрытый приказ. Мужчина почувствовал, как напряжение нарастает. Вариантов было немного, и действовать нужно было быстро.
Женщина медленно скользнула взглядом по мальчику, и Винделор уловил в её глазах нечто, от чего внутри всё сжалось. Он напрягся, готовясь прервать этот фарс, пока ситуация не вышла из-под контроля.
— Стойте, — голос Винделора прозвучал спокойно, но твёрдо. Он сделал шаг вперёд, не давая ситуации зайти дальше. — Вы не можете этого делать.
Женщина лениво повернулась к нему, на её лице играла самодовольная ухмылка.
— Ах, вот как? — её тон стал насмешливым. — Это всего лишь стандартная процедура. Разве вам нужны дополнительные проблемы?
Винделор сжал кулаки, внутренне проклиная обстоятельства. Оставлять Илая наедине с этой женщиной было слишком рискованно. Время уходило, и ему нужен был выход — быстро, без драки, без осложнений.
— Послушайте, у меня есть… кое-что ценное, — сказал он, медленно протягивая руку. В ладони поблескивало небольшое украшение. — Может, мы сможем уладить это по-другому?
Глаза женщины вспыхнули азартом. Её заинтересованность была почти осязаемой, и в этот момент Винделор понял — он выбрал верный путь.
— Вот это уже другой разговор, — протянула она, глядя на камень. — Что ещё у тебя есть?
Он молча высыпал на ладонь несколько старых драгоценностей, которые собирал в своих странствиях и всё никак не мог продать по достойной цене в городских ломбардах. Это было рискованно, но сейчас выбор был очевиден.
Женщина перебирала украшения с ленивым интересом, но от происходящего веяло липким ощущением грязи.
— Чего ты такой серьёзный? — хмыкнула она, поднимая взгляд. — Может, мальчишка и сам не против. Потом ещё спасибо скажет. Тётя Лика умеет доставлять мальчикам удовольствие.
Винделор почувствовал, как внутри всё напряглось. Он ничего не ответил, лишь холодно смотрел на неё, сдерживая бурю эмоций.
— Ладно, проходите, — она махнула рукой охранникам, давая знак, что проверка окончена, и лениво кивнула в сторону Илая. — Но если передумаешь, знаешь, где меня найти.
Мальчик коротко кивнул и, не теряя ни секунды, принялся натягивать одежду на ходу, следуя за Винделором.
Оказавшись за пределами заставы, мужчина позволил себе выдохнуть.
— Всё в порядке, — сказал он спокойно, но в голосе чувствовалось напряжение. — Мы прошли. Теперь двигаемся дальше, пока
Илай молча кивнул, а Винделор даже не стал смотреть назад.
Утреннее солнце заливало улицы Сорок восьмого густым золотым светом, заставляя город сиять в ослепительном великолепии. Здесь кипела жизнь: площади наполнялись толпами, люди обменивались новостями и сплетнями, смеялись, пели, танцевали. Казалось, в этом месте царила настоящая свобода. Но Винделор чувствовал — эта свобода была иллюзией.
Яркие одежды, звонкий смех, нескончаемые праздники — всё это скрывало нечто более глубокое. Было видно, что люди здесь искали удовольствия, гнались за мгновенной радостью, не задумываясь о завтрашнем дне. В глазах, сверкающих от вина и веселья, таились тени.
Винделор и Илай шагали по оживлённым улицам, ощущая, как город притягивает их, словно магнит. Музыка, свет, запах пряностей и дешёвого табака — всё здесь завораживало, манило, подзывало к себе. Но Винделор не поддавался. Он слишком хорошо знал подобные места.
— Будь осторожен, — его голос стал мрачным. Он быстро огляделся, как будто каждое лицо вокруг было скрытым врагом. — Всё здесь кажется заманчивым, Илай. Но я знаю такие места. За каждым углом скрывается опасность.
Илай, следуя за ним, старался не отставать, но его глаза всё же скользили по окружающему: на мостовой кружились пары, танцуя с какой-то безумной одержимостью; женщина с раскрасневшимися щеками смеялась, когда мужчина в дорогом камзоле что-то шептал ей на ухо. Лица вокруг сияли, улыбались, смеялись.
— Пойдём, — Винделор решительно взял Илая за локоть, ведя его сквозь толпу. — Нам нужно найти, где остановиться на ночь.
Они свернули в узкую улочку, где грохот музыки начал стихать, уступая место глухой тишине. Здесь воздух был плотнее, тяжелее. Фрески на стенах, изображавшие сцены нескончаемого веселья, казались слишком яркими, слишком вычурными. В этих красках скрывалось что-то тревожное, будто художники пытались ухватить ускользающую иллюзию счастья.
Винделор присел на каменный выступ, задумчиво глядя на краски города, отражающиеся в грязных лужах мостовой.
— Ты понимаешь, что здесь происходит? — спросил он, посмотрев на Илая.
Мальчик не сразу ответил. Он смотрел на свет, на разноцветные вывески, на людей, смеющихся и забывающих о времени.
— Эта свобода — только на первый взгляд. На самом деле здесь никто не думает о завтрашнем дне. Здесь есть только сейчас.
Илай кивнул, но до конца не понимал слов мужчины. Он чувствовал, как его сердце бьётся быстрее. Этот город пугал и завораживал его одновременно. Он никогда не видел ничего подобного. Каждый миг здесь был насыщен непередаваемыми эмоциями, но в то же время — холодной реальностью, которая скрывалась за углом.