Винделор
Шрифт:
— Ладно, — сказал он. — Ты в деле. Будем на тебя рассчитывать. Но помни: за живыми следим мы. В случае нападения ты и твои люди будете на передовой. Если не справитесь, рискуете всем, не только билетами.
Винделор встретил взгляд этого крепкого мужчины, и внутри его пронзило ощущение, что он не ошибся в выборе.
— В какой город вы собираетесь? — спросил глава караванщиков.
— В Тридцать первый, — мгновенно ответил Винделор.
Глава караванщиков нахмурился, услышав название города.
— В Тридцать первый, значит, — проговорил он, приподняв бровь, будто это что-то меняло
Он сделал паузу, словно взвешивая всё, потом кивнул, приняв окончательное решение.
— Маршрут отработан, — добавил он твёрдо, и Винделор заметил, как его голос стал ещё увереннее. — Проблемы по пути не предвидятся, но, если что, предупреждаю: в таких делах я слежу за вами. Если хоть кто-то начнёт ерунду, забудете про место в караване. Останетесь в чистом поле.
Рыжий мужчина повернулся и жестом указал на ближайшую повозку, готовящуюся к отправлению. Винделор понял, что пора переходить к делу.
— Когда отправляемся? — спросил он.
— Послезавтра на рассвете, — ответил глава каравана. — Ожидаем всех, через пару часов трогаемся. Смотрите, чтобы всё было в порядке. Не опаздывайте.
Глава каравана развернулся, чтобы осмотреть транспорт, но к нему подбежал торговец. Тот шепнул рыжему: «Вчера видели разбойников». Услышав это, Винделор на мгновение сжал револьвер. Впереди ждала нелёгкая дорога, но шансы добраться до Тридцать первого с караваном существенно возрастали.
Далее Винделор отправился в ломбард неподалёку от центральной площади. Местный ломбард был скромным, но выглядел надёжно — простое, крепкое строение с вывеской, на которой красовалась надпись на старом деревянном фоне. Внутри было темно, воздух слегка отдавал старым металлом и бумагой. За стойкой сидел молодой парень, едва ли достигший двадцати лет, с нервным взглядом и дрожащими руками.
— Чем могу помочь? — спросил парень, заметив Винделора.
— Хочу предложить товары, — сказал Винделор, выкладывая несколько драгоценностей на стойку. — И получить информацию о Тридцать первом городе и их ценах.
Парень оживился, не скрывая интереса. Он принялся рассказывать о ситуации в Тридцать первом.
— Это очень богатый город, — начал он, обводя взглядом товары на полках. — Богаче нашего. В ходу — местная валюта. Там всё не так, как в других местах. Торговцы и цеховики — те ещё торгаши. Цены устанавливают по своим правилам, и ничего с этим не поделаешь. Лучше закупаться у меня — я не сильно накручиваю.
Он сделал паузу, взглянув на драгоценности Винделора.
— Если хотите в Тридцать первом хорошей цены, идите в ломбард на окраине, у пруда. Назовись там «Агей», и вас не раскрутят. Там получите честную цену, не как у остальных, — продолжил он, явно давая понять, что ему не по душе завышенные цены других.
Винделор задумался. Он давно не мог избавиться от старых украшений и безделушек, которые не представляли ценности. С этими мыслями было бы разумно забрать всё и попробовать продать. Возможно, в новом городе он не найдёт лучшей сделки.
— Хорошо, — ответил он, слегка улыбнувшись. — А как насчёт валюты Тридцать первого?
Парень
— Местная валюта — серебряные драконы, — сказал он с удовольствием. — Курс стабильный. Никаких потрясений, как у нас бывает, в последнее время не было. Примут как есть, всё будет нормально.
Винделор принял его слова к сведению. Обсудив детали сделки, он понял, что этот ломбард, хоть и не самый выгодный, для первой сделки подойдёт.
— Хорошо, — сказал он, окидывая взглядом свои товары. — У меня есть кое-что, что можно сдать вам, но не всё сейчас при мне. Могу вернуться позже с остальным, если понадобится.
Парень кивнул.
— Не проблема, — сказал он с улыбкой. — Я тут до заката. Заходите, всё решим. Может, по лучшей цене, если не будете тянуть.
Винделор вышел из ломбарда, глубоко задумавшись. Он собирался вернуться, но чувствовал, что за хорошей сделкой стоит поискать другие места.
Получив немного местной валюты и чуть больше валюты Тридцать первого, он направился на рынок, чтобы потратить деньги на необходимые вещи. Он закупил продукты, патроны и обновил дорожные расходники — верёвки, аптечки и прочее, что может понадобиться в пути. Местные цены, как и говорил ломбардщик, были высокими по сравнению с другими городами, но это не удивляло — Винделор привык к таким рыночным условиям.
Затем он зашёл в гостиницу, намереваясь привести всё в порядок. В комнате, среди старых вещей, он наткнулся на барахло, давно лежавшее мёртвым грузом в рюкзаке: артефакты из развалин, в которые он забирался полгода назад, потускневшие мятые монеты прошлых эпох и городов, оставшихся позади. Были даже старые карты памяти, давно выведенные из строя, но вызывающие странные воспоминания о былых временах. В углу рюкзака валялись мелкие предметы: что-то похожее на драгоценности, что-то — на сомнительные приборы, в которые Винделор не верил, но по привычке носил с собой. На мгновение в его руке оказался старый компас, найденный в заброшенной деревушке по пути к городу, где родился Илай. Он покрутил его в руке и положил обратно, решив оставить на всякий случай.
Он тяжело вздохнул, вывалив всё это на стол. Столько времени прошло, а эти вещи всё ещё несли тяжёлый отпечаток прошлого. Удовлетворение от того, что он наконец-то распрощается с этим хламом, было странным. Он вспомнил, как когда-то считал эти предметы важными, а теперь они казались лишь балластом, с которым пора попрощаться.
Спустя некоторое время Винделор вернулся в ломбард, где процесс обмена прошёл гладко. Всё, что он принёс, было оценено и выкуплено за достойную сумму. Теперь его карманы были чуть тяжелее, а на горизонте ждала новая глава путешествия.
Покидая ломбард, Винделор вновь задумался о фанатиках, информацию о которых недавно получил. Они поселились на северо-востоке Чёрного моря, в небольшом заливе. Это место имело значение в истории, и, возможно, было связано с событиями, о которых Винделор просто не знал. Минули века со времён древних городов. Его мысли вернулись к сестре вдовы Саймона, чьи рассказы о фанатиках частично стёрлись из её памяти. Саймон стал важной фигурой в его жизни, и теперь фанатики, кажется, становились ключевой точкой в путешествии. Возможно, там он найдёт то, что ищет.