Власть
Шрифт:
Берлин поджал губы и начал чертить невидимые круги на столе ухоженным указательным пальцем.
– Продолжайте.
– Я хочу, чтобы мне заплатили за работу.
– Тебе уже заплатили.
– За такое дело мало. Очень мало. Умер человек, которого я должен был охранять, и это стоит гораздо больше того, что вы мне заплатили.
– На сколько больше?
– На сто тысяч.
Брови Берлина поползли вверх, к лысине.
– Дорого же мы себя ценим, молодой человек. Стэмм, не выдержав, соскочил
Берлин тоже вскочил на ноги, и схватил трубку обеими руками.
– Послушай меня, испанский ублюдок, меня еще никто не осмеливался шантажировать, ты понял? Стоит мне замолвить слово, и ты моментально исчезнешь с лица земли. Никто о тебе и не вспомнит.
– Лучше вам остыть, мистер Берлин. Так или иначе, а свое я получу.
– Ты видимо, ни черта не понял, о чем я тебе говорю. Какие вы все непонятливые. Я заплачу тебе, а где гарантия, что завтра ты снова не потребуешь денег? Где гарантия, что ты снова не залезешь в мой карман?
– Да я и сам хочу, чтобы это все скорее закончилось, – сказал Чакон. – Я из-за вас сунул голову в петлю, а теперь хочу, чтобы вы расплатились. Черт, они ведь догадываются, что это свои постарались. Всех, кто дежурил в тот день, допросили уже по меньшей мере два раза и продолжают допрашивать. Я...
Лицо Берлина стало пунцовым.
– Меня не интересуют твои проблемы. Я уже сказал, что ты меня задерживаешь. Теперь извини, но меня ждут дела.
Он бросил трубку и посмотрел на Стэмма.
– Ты должен был убрать этого болвана.
– Мои люди недооценили его. Он...
Берлин, как обычно, не стал себя сдерживать.
– Тебе платят не за оправдания. Если ты не справляешься, я найду того, кто справится. Я тебе обещаю.
Чувствуя себя несправедливо униженным, Стэмм аккуратно надел шляпу на свой седой парик и вслед за Берлином вышел из комнаты отдыха в холодную ночь. Он делал все для Берлина, разве что в носу за него не ковырял, и вот благодарность.
Их лимузин был одним из трех, припаркованных возле здания, где находилась комната отдыха. Людей возле здания не было. Возле машин стояли два водителя в форме. Один стоял к ним спиной, а другой присел на корточки, разглядывая колесо своей машины.
Шофер Берлина из машины не вышел. Стэмм прошел вперед, открыл дверцу и подождал, пока Берлин сядет в машину. Чем скорее они взлетят, тем лучше, подумал Стэмм. Ближе к Тайваню старик забудет о нем и будет думать только о Линь Пао.
Стэмм сел в машину, закрыл дверцу, повернулся и увидел, что рядом с ним на откидном сиденье сидит ДиПалма, в левой руке, опущенной на колени сжимает «смит-и-вессон», а в правой – черную дубовую трость.
Стэмм посмотрел через плечо ДиПалмы. На переднем сиденье сидели двое мальчишек-китайцев. В одном из них он узнал сына ДиПалмы.
Дверца машины открылась и внутрь скользнул
– Фрэнк.
– Привет, Дейв. Как здоровье жены?
– Теперь хорошо. На яичнике у нее обнаружили, несколько узелков. Главное, яичник спасли.
– Я рад за тебя. Если ты не против, мы полетим на Тайвань вместе с тобой и мистером Берлином.
Стэмм осклабился.
– Я не против. А как вы смотрите на это, мистер Берлин?
Берлин обратился к ДиПалме:
– Почему вы думаете, что я допущу вас в свой самолет?
ДиПалма наклонился поближе к нему.
– Потому что моя жена у Линь Пао. И я убью вас на месте, если не будете в точности выполнять мои приказания.
Берлин посмотрел на Стэмма, который не сводил глаз с ДиПалмы.
– В самолете есть охрана? – спросил ДиПалма.
Стэмм покачал головой.
– Это же не увеселительная прогулка. Мы летим налегке. Пилот, его помощник – и все.
Он посмотрел в окно справа и увидел стоявших на тротуаре шестерых ребят-китайцев. Они внимательно следили за машиной. Один из них был в форме шофера и пальто, явно не подходивших ему по размеру.
– Твои молодцы? – спросил Стэмм.
ДиПалма кивнул.
– Все мои.
Несколько приунывший Берлин сказал:
– ДиПалма, даже если мы пустим вас в самолет, и вы окажетесь на Тайване, то все равно вам не сдобровать. Насколько я понял, вы едете туда, чтобы дать бой Линь Пао. Допустим, вы останетесь в живых, что весьма маловероятно. Как вы рассчитываете выбраться из этой страны? Вы подумали об этом?
ДиПалма сказал:
– Сорок с лишним лет назад вы изнасиловали и убили свою сестру. Несколько дней назад вы убили родного сына. Лучше побеспокойтесь об этом. – ДиПалма вздохнул. – На пути сюда я думал над тем, почему вы не взяли Джан с собой, и я понял. Однажды вы убили женщину, и с тех пор Линь Пао располагает вами. Вот вы и решили, что умнее будет не связываться с убийством другой женщины, чтобы не попасть в еще большую зависимость от Черного Генерала.
Голова Берлина упала на спинку сиденья.
– Вам не понять, что я пережил за эти годы. Я не мог позволить ему снова сделать это со мной. Просто не мог.
– Кроме вас, никому не понять, – ДиПалма протянул руку Дейву Стэмму, который очень медленно сунул руку под пальто, вытащил, держа большим и указательным пальцем, пистолет «беретта» и отдал его ДиПалме.
Стэмм сказал:
– Он прав, Фрэнк. Попасть туда будет легко, а вот выбраться чертовски сложно. Что-то вроде женитьбы.
ДиПалма открыл дверцу, бросил пистолет одному из китайских ребят и снова закрыл.