Властелин Некронда

Уэлч Джейн

– Хорош для битвы, – ответил Каспар. – Это не охотничий лук, а боевой.

– Боево-ой? – протянула она. – Неужели ты воин? Каспар оскорбился.

– Поверь, мне хватило бы духу натянуть лук любого из ваших воинов.

Девушка расхохоталась так, точно он и понятия не имел, какую нелепицу сказал.

– Да ты себе пальцы бы тетивой отрезал.

– Очень сомневаюсь, но уж из своего лука я победил бы в стрельбе любого вашего воина. Изелла понимающе улыбнулась.

– Вот уж похвальба, так похвальба. Забавно было бы поглядеть.

Она вышла, высокомерно смеясь.

Каспар

сел и подождал, что будет дальше. Но прошло много часов, а он все так и сидел, гадая, как же отсюда выбраться. Наконец к нему явился следующий гость. Пеннард. Сын оружейника был темен, как туча.

– Это моя сестра, моя родная сестра, говорю тебе, – бушевал он. – А она утверждает, что наш народ должен умереть. Эти убийцы заморочили ее, завладели ее рассудком. Будь ты таким великим колдуном, как они утверждают, ты бы сделал что-нибудь, чтобы вытащить нас отсюда! И где, крестьянин, украл ты такой могущественный талисман?

– Я ничего не крал, – холодно ответил Каспар.

– Не станешь же ты утверждать, будто оборванец вроде тебя владеет такой силой по праву?

– И почему только, когда я всего-то и хочу, что побыть один и подумать, ко мне являются все, кто ни попадя, и полагают, будто в полном праве орать на меня? – сердито поинтересовался юноша. – А теперь выматывайся и оставь меня в покое.

– Не могу. Они забрали собак и заперли меня здесь вместе с тобой. Сказали, я никогда не вернусь домой, если не уговорю тебя им помочь. Разве ты не можешь просто-напросто пустить в ход этот свой талисман, чем бы там он ни был, и вытащить нас отсюда? – хмуро спросил Пеннард. В голосе его зазвучала горечь. – Меня привела сюда благородная цель: найти сестру и отомстить за гибель отца. Ха! И вот какая-то кучка баб запирает меня в пещере, а моя же собственная собака – и та больше меня не слушается. Эх, надо мне было придерживаться своего плана. А что хуже всего, этак я пропущу возможность попасть к императрице. Через неделю-другую ветер переменится, и мне придется возвращаться к дяде, несолоно хлебавши.

Сын оружейника надулся и несколько минут сидел, глядя на свои руки, но потом любопытство все-таки пересилило, и он перестал хмуриться.

– Но все-таки: где ты украл свой талисман?

– Не крал я его! Сколько раз можно повторять! – прорычал Каспар.

– Но бродяга вроде тебя…

– Я не бродяга, – устало произнес юноша.

– Как знаешь, – пожал плечами Пеннард. – Я и сам почти что нищий бродяга, только пытаюсь все-таки выбиться в люди и сделать карьеру. Карьеру, которую, к слову сказать, ты со своим чертовым псом загубил на корню. Так хотя бы вытащи нас отсюда!

Каспар старался не обращать на навязчивого парня внимания, и тот в конце концов забился в угол, однако и там не оставлял торра-альтанца в покое. Потом вернулась Изелла, но, к вящему облегчению юноши, на сей раз привела с собой Придди и своего брата.

– Еда и вино, – сообщила она. – Вино очень, очень вкусное. Виноград в нашей долине растет отменный.

Слишком усталый, чтобы отказываться, Каспар с благодарностью взял у нее поднос и молча воздал должное и еде, и вину. Придди нянчилась с малышкой, а близнецы

пристально наблюдали за пленником. Скоро голова у него отяжелела от сна.

– Что… что вы… со мной… сделали? – заплетающимся языком пробормотал он, оседая на пол.

Изен мгновенно оказался рядом. Подхватив Каспара под мышки, он опустил его на кровать. Юноша впал в странное состояние, нечто среднее между сном и глубоким свинцовым оцепенением. Он все видел и слышал, но не мог и пальцем пошевелить. Два лица склонились над ним.

– Пора. Он спит. Заберем это у него, – прошипела Изелла.

Каспар хотел запротестовать, закричать, но с губ не слетело ни звука. При мысли об ужасном деле, что задумали брат с сестрой, мозг несчастного сжала невыносимая боль.

– Ты уверена? – спросил Изен.

Похоже, план внушал-таки ему некоторые сомнения.

– Еще бы не уверена! – рассердилась сестра. – Мы наконец-то получили возможность хоть что-то предпринять, чтобы спасти весь народ. Надо действовать. Пара-другая чудовищ по нашему приказу разнесут все кузницы на куски. Лучше всего подойдут великаны-людоеды.

«Нет!» – безмолвно вопил Каспар. Кошмар забвения в Иномирье пронзал его, точно раскаленный докрасна кинжал.

– Не трогайте его! – закричал из тьмы голос Пеннарда. – Оставьте его в покое!

Изен угрожающе повернулся к нему.

– Не подходи!

Раздался яростный вопль, и Пеннард набросился на Изена, что есть сил молотя его кулаками по груди. Но гигантский сын Ясеня одним взмахом руки отшвырнул его на пол.

– Быстрее! – зашипела Изелла брату. – Быстрее! Пока никто не пришел.

Изен разорвал тунику на Каспаре, но снова заколебался.

– Ведь старейшины предостерегали нас против этого.

– Ха! Бессильные старые дуры. Я же велела тебе не пить их чай. Старость научила их трусости. Но я больше не собираюсь терять детей. Люди Неграферра заплатят мне за смерть моей малютки. – Охотница порывисто всхлипнула. – Прочь с дороги! Пусти, Изен, я сама.

Она даже не удосужилась перерезать тесемки, на которых висел серебряный ларец, а попросту раскрыла его и запустила внутрь руки.

– Три великана! – вскричала она.

Каспар мгновенно ощутил их появление, но в следующую секунду разум его захлестнула опустошающая тьма.

– Во имя всего святого, это еще что? – сдавленно пролепетал Пеннард.

– Госпожа, что тебе угодно? – пророкотал гулкий голос.

– Плавильни близ Неграферра, уничтожьте их! – пронзительно выкрикнула Изелла, и три огромных призрачных великана тотчас исчезли, точно просочившись сквозь твердь земли.

Сражаясь с болью, Каспар услышал устрашающий рык. Внутри у него появилось и начало расти нечто огромное и жуткое. Несчастному казалось, он вот-вот разорвется. Юноша закашлялся, давясь, не в силах вздохнуть. Что-то волосатое поднялось по его горлу, разомкнуло челюсти и выползло наружу. Терзаясь от невыносимой боли, молодой воин глухо стонал. Рот его наполнился кровью, нижняя челюсть вышла из сустава и отвисла.

– Что вы наделали? – вскричал чей-то новый голос. – Какие ужасы тут произошли?