Вне игры
Шрифт:
– Задачка была нетрудной, – продолжила журналистка. – Если пораскинуть мозгами.
– Предполагается, что я понимаю, о чем ты говоришь?
– Нет, предполагается, что ты по-прежнему прикидываешься дурачком.
– Это моя профессия.
– Тогда молчи и слушай. – Одри заговорила, сопровождая каждое слово выразительной жестикуляцией, словно дирижировала собственным голосом. – Для начала я решила покопаться в твоем романтичном прошлом. Интересная история. Правда, ваше пресловутое соперничество с Грегом – второй план. Гораздо важнее твой старый роман с Эмили.
– О чем ты?
– Ты
– И что?
Одри покачала головой:
– Ты нигде не тренировался. Не бывал в таких местах, где Бокс, Келвин или Донни могли заметить твои игру. Тогда почему «Драконы» подписали с тобой контракт? Непонятно. Может, все дело в рекламе? Вряд ли. Эффект от нее был минимальным, а если ты провалишь игру, что вполне вероятно, он станет и вовсе отрицательным. Клуб хорошо продает билеты. Команда отлично играет. Им не нужна реклама. Значит, причина в ином. – Журналистка остановилась и откинулась на спинку кресла. – И тут я подумала о времени.
– О времени?
– Да. Почему именно сейчас? Зачем брать игрока посреди сезона? Ответ очевиден. В это время произошло лишь одно заметное событие.
– Какое?
– Исчезновение Даунинга.
– Грег не исчез, – возразил Майрон, – он выбыл из игры. А насчет времени верно. Грег получил травму. Открылась вакансия. И я ее занял.
Одри улыбнулась и покачала головой:
– Все прикидываешься дурачком? Ладно. Разумеется, ты прав. Говорят, Даунинг травмирован и находится «в уединении». Знаешь, Майрон, я умею разыскивать людей, но, несмотря на усилия, мне так и не удалось выяснить, где он находится. Я звонила всем, кому могла, но ничего не узнала. Тебе не кажется это странным?
Майрон пожал плечами.
– Конечно, – продолжила она, – если бы Даунинг действительно решил уединиться, чтобы поработать над своей ногой, – кстати, эта травма не зафиксирована ни в одной записи, – он нашел бы подходящее местечко. Но если все сводится к лечению лодыжки, к чему столько таинственности?
– Чтобы его не доставали пиявки вроде тебя! – буркнул Майрон.
Одри не удержалась от смешка.
– Да, сказано от сердца. Можно подумать, ты сам в это веришь. Осталось добавить несколько штрихов, после чего все станет ясно. – Журналистка стала перечислять по пунктам, загибая свои крепкие, чуть узловатые пальцы без колец. – Во-первых, мне известно, что ты работал на федералов. Значит, у тебя есть опыт в розыскном деле. Во-вторых, Даунинг любит исчезать. Он уже выкидывал подобное раньше. В-третьих, я в курсе, что у Бокса проблемы с другими владельцами клуба. Приближается голосование акционеров. В-четвертых, вчера ты приезжал к Эмили и, я подозреваю, совсем не для того, чтобы разжечь былую страсть.
– Как ты узнала? – удивился Майрон.
Одри улыбнулась и развела руками.
– Теперь сложим все это вместе и получим логичный вывод: ты разыскиваешь Грега Даунинга. Он опять исчез. Но на сей раз времени в обрез: на носу голосование
– У тебя богатое воображение, Одри.
– Верно, – кивнула она, – однако мы оба знаем, что я права, так что хватит притворяться и давай перейдем к делу. Я хочу войти.
– Ты хочешь войти? – Майрон покачал головой. – Черт бы побрал ваш жаргон!
– Я не стану тебя выдавать. – Одри по-прежнему сидела боком, поджав под себя ногу и глядя на него с радостным ожиданием, как школьник в предвкушении последнего звонка. – Полагаю, мы должны объединить усилия. Тебе нужна моя помощь. У меня огромные ресурсы. Я могу расспрашивать людей, не вызывая подозрений. Я знаю «Драконов» вдоль и поперек.
– Что ты хочешь в обмен на свою помощь?
– Историю, от начала до конца. Я первой узнаю, где прячется Даунинг и почему. Ты расскажешь мне все, что тебе известно, и я получу право на эксклюзив.
Они проехали обшарпанные отели и автозаправки, расположенные вдоль шоссе. Самые захудалые отели в этом районе носили громкие названия, маскировавшие их низкий социальный статус. Например, «Галантный дворик». Это милое заведение не только обещало посетителям галантное обхождение, но и продавало его порциями, по 19.82 доллара за час, судя по стоявшему рядом рекламному щиту. Заметьте, не 20 долларов, а 19.82, – Майрон подозревал, что эти цифры символически обозначают год, когда там в последний раз меняли постельное белье. Дальше промелькнула вывеска: «Дешевое пиво в розлив». Вот правдивая реклама. Приятно смотреть. «Галантному дворику» бы поучиться.
– Конечно, я могу дать материал прямо сейчас, – продолжила Одри. – Известие о том, что Даунинг на самом деле не травмирован и ты его разыскиваешь, – уже сенсация. Но я хочу поторговаться и получить больше.
Майрон размышлял над ее словами, расплачиваясь перед турникетом за проезд. Он взглянул в сияющее лицо Одри. У нее были горящие глаза и всклокоченные волосы, точь-в-точь как у тех палестинских беженок в фильме «Исход», которые выпрыгивали на песок из лодки, готовые кулаками пробить себе дорогу к дому.
– Обещай мне кое-что, – произнес он.
– Что?
– Что бы ты ни узнала – и каким бы невероятным это ни было, – ты не станешь публиковать материал раньше времени. Только после того, как мы отыщем Грега.
Журналистка чуть не подпрыгнула на месте.
– Невероятным? Ты о чем?
– Ладно, забудь об этом, Одри. Поступай как знаешь.
– Нет, нет, я согласна, – торопливо проговорила она, подняв ладони. – Ты умеешь заинтриговать.
– Обещаешь?
– Да, да, обещаю. Так в чем дело?
Майрон покачал головой.
– Сначала ты, – потребовал он. – Почему исчез Грег?
– Откуда мне знать? Даунинг всегда непредсказуем.
– Что тебе известно о его разводе?
– Они сильно попортили друг другу кровь.
– А конкретнее?
– Проблема заключалась в детях. Оба старались заполучить их себе.
– Есть какие-нибудь детали?
– Нет. Снаружи все было шито-крыто.
– Эмили сообщила мне, что Грег прибегал к каким-то грязным трюкам, – заметил Майрон. – Ты что-нибудь знаешь об этом?