Вне клана
Шрифт:
Амана вздохнула.
– — Династия Аэстус пала почти сразу после твоей псевдо-смерти. Насколько помню из уроков истории, это было связано с кризисом престолонаследования. Подозреваю, что предки моего мужа приложили к этому руку — сообщили о твоей якобы гибели и похоронили вместо тебя какого-то чужака.
Лицо Кастиана исказилось яростью.
– — Фалко, — прошипел он. — Это все Фалко! Будь он еще жив…
Амана сочувственно развела руками.
Я промолчал.
Для нас все это было давней историей, а для Кастиана случилось всего несколько дней назад.
После долгой паузы Амана первой нарушила молчание.
— Тебе стоит сменить типпаю на нормальную одежду, — сказала она, смерив принца долгим взглядом. — Сейчас даже жрецы такое не носят. В доме осталось много одежды моего мужа. Он был слегка ниже ростом, но телосложением вы похожи…
Кастиан ответил не сразу, но, когда заговорил, голос звучал нормально.
Убедившись, что он взял себя в руки и не сорвется, я перестал слушать дальнейший разговор — тема одежды меня волновала слабо — и придвинул к себе свиток, изучая, что еще было написано о сети гаргун.
Неизвестный автор перечислял, у каких именно демонов и демоноподобных тварей гаргуны могли забирать части душ. К сожалению, приведенные там названия ничего мне не говорили. Берингары, Оттаны, Джорги, Аюссы, Темные Эббы…
Я открыл свиток дальше, надеясь, что к названиям демонов будут прилагаться их описания, но нет, там обнаружился только рассказ о том, как правильно сплетать металлическую проволоку ячеек в клубок.
А еще дальше автор свитка описывал — и даже приводил рисунок — что случается, когда ячейка сети, содержащая душу демона, не обезврежена должным образом. У человека, изображенного на рисунке, не было ни рук, ни ног, ни головы. Все они, грубо оторванные, валялись в некотором отдалении от туловища. Художник даже озаботился тем, чтобы нарисовать под туловищем лужу крови и раскрасить ее карминовой краской.
Я еще пару мгновений полюбовался расчлененной жертвой демона и отодвинул свиток. Амана была права — работа предстояла непростая.
***
Я ожидал, что здесь, на территории людей, влияние леса уйдет или хотя бы ослабнет, и я вновь начну ощущать голод, жажду, сонливость… Но нет, не начал. Приготовленный хозяйкой имения ужин я поклевал больше из вежливости, съев едва четверть от того, что съедал за раз в деревне, воды — а других напитков у нее не имелось — отпил три глотка. И теперь, хотя наступила ночь, спать мне не хотелось совершенно.
Сеть мы разложили на полу самого большого зала — в развернутом виде она заняла примерно его половину — и теперь вчетвером изучали ее звенья. Амана попыталась прогнать сына спать, но он почти сразу же вернулся, просочился в зал через другую дверь и объявил, что никуда не уйдет.
Я сел на пол рядом с краем сети и взял его в руки, разглядывая. В свитке говорилось, что для плетения клубка следовало использовать только осколки человеческих душ, и что осколки душ демонов отличались. Как там было сказано: «Несут они в себе скверну и видна она на металле будто пелена, убивающая штормовые волны».
— Зачарованное масло, — тут же сказал Кастиан, когда я озвучил эту фразу. — Достаточно вылить несколько ковшей за
— Как его отличить? — обычное масло я в деревне видел.
— Цвет у него почти черный.
Стало быть, нам предстояло разогнуть ячейки из яркого металла, не трогая те, которые покрывала темная маслянистая пленка. Глубоко вздохнув, я взялся за первую ячейку — ярко блестевшую, без единого пятнышка масла, нашел в ней крошечную щель и потянул соединенные концы ячейки в стороны.
Металл поддался под моими пальцами легко, ячейка выскользнула из сети. Я протянул руку, чтобы положить ее рядом, и тут по всей сети прошла дрожь.
А потом сеть рассыпалась — и из каждой отделившейся ячейки в воздух поднялась тонкая струйка дыма.
Автор свитка о таком не предупреждал.
Глава 14
Перехватив топор поудобнее, я приготовился разрубить один из дымных столбцов и посмотреть, что получится, но крик Аманы меня остановил:
— Не надо! Мы не знаем, к чему такой удар приведет.
По мне, ударить стоило именно ради этого, но руку я удержал — Амана все же знала о магии и демонах куда больше.
По залу пронесся порыв ветра и почти все магические лампады погасли. Правда, Амана тут же раздраженно взмахнула рукой, и свет вернулся.
Хм, стало быть, маги огня могли не только бросать огненные шары, но и зажигать огонь сразу во многих местах силой мысли и жеста.
Столбцы дыма дошли уже до потолка и заклубились там, сгущаясь и темнея. в этой наведенной темноте я заметил тени, мельтешащие будто вспугнутая стая летучих мышей.
Сперва это были тени очень маленьких летучих мышей, потом мыши подросли в размерах до откормленного голубя, а затем — до здорового индюка… Я моргнул — в новой жизни я ни разу не видел ни голубя, ни индюка, ни летучей мыши, но сейчас, глядя наверх, я осознал, что знаю, как они выглядят, как ведут себя, какие звуки издают.
Вскоре стало понятно, что тени двигаются не так уж беспорядочно. Скорее это походило на охоту, где мелкие и слабые тени пыталось убежать от нескольких более крупных, а догоняли убегающих, поглощали их и за счет этого росли.
Вероятно, это осколки демонических душ пожирали осколки человеческих. Как только закончат с ними, то примутся друг за друга? Или обратятся против нас?
— Ты сможешь магически заблокировать эту комнату так, чтобы твари, — для верности я ткнул топором наверх, — тут и остались?
— Нет, — Амана была бледна, но говорила твердо. — Накладывать щиты нужно с шести сторон, я одна не осилю. И по времени не успеть… Но ты сможешь зарубить этих тварей топором дровосека.
Я вспомнил фразу Аманы, сказанную еще в лесу, о том, что топор дровосека нельзя взять без разрешения хозяина, что он просто отрубит руку наглеца. Но топор обычного селянина, зарабатывающего на жизнь рубкой деревьев, на такое, конечно, не способен. Тогда я отвлекся и не попросил ее объяснить, но вполне мог сделать это сейчас.