Водопад

Рэнкин Иэн

– Призрак на балу… – проговорила она и отвернулась.

3

– Я был уверен, что мне придется работать с настоящим рисовальщиком, – проговорил Дональд Девлин, предварительно откашлявшись. На взгляд Ребуса, он был одет так же, как во время их вчерашней встречи. Отставной патологоанатом сидел в обшарпанном кресле рядом с компьютером и единственным в Гэйфилдском участке детективом, который знал (довольно приблизительно), как работать с «Фейсмейкером». «Фейсмейкер»

представлял собой компьютерную базу данных с набором рисованных глаз, ушей, носов и губ, которые с помощью различных опций можно было вытягивать, сжимать и складывать вместе. Наблюдая за работой программы, Ребус понял, как бывшим коллегам Фермера Уотсона удалось приделать его голову к накачанным торсам атлетов.

– За последние годы кое-что изменилось, сэр, – ответил Ребус, отхлебывая кофе, который он взял в буфете участка. Кофе, разумеется, уступал тому, которое готовила его «бариста», но не шел ни в какое сравнение с бурдой из автомата в Сент-Леонарде. Прошедшую ночь Ребус провел скверно: он то и дело просыпался в холодном поту и ознобе и подолгу сидел, пытаясь согреться, в своем любимом кресле в гостиной. Дурные сны и холодный пот… Впрочем, что бы ни наговорили ему врачи, Ребус знал, что с сердцем у него все в порядке – он слышал, как оно стучит, честно выполняя свою работу.

Кофе едва помогал ему удерживаться от зевоты. Детектив за компьютером закончил черновой вариант фоторобота и теперь распечатывал его на принтере.

– Что-то здесь все-таки не так, – проговорил (уже не в первый раз) Девлин, рассматривая выползшие из принтера листы. Ребус тоже взглянул. Лицо на бумаге было совершенно заурядным, ничем не примечательным.

– Лицо, которое у вас получилось, может принадлежать и женщине, – добавил профессор, – а я совершенно уверен, что это был «он», а не «она».

– А так не лучше будет? – спросил детектив, щелкнув «мышкой», и лицо на экране обросло всклокоченной черной бородой.

– Ну, это вообще ерунда какая-то! – громко возмутился Девлин.

– Прошу прощения, мистер Девлин, это просто констебль Тиббет так шутит, – пояснил Ребус.

– Я делаю все, что могу, – сказал Тиббет.

– Мы высоко ценим ваши усилия, констебль. Будьте добры, уберите бороду.

Тиббет повиновался.

– Вы уверены, что это не мог быть Дэвид Костелло? – спросил Ребус.

– Я знаю Дэвида, – возразил Девлин. – Это был не он.

– Насколько хорошо вы его знаете? Девлин растерянно моргнул.

– Я же говорил вам – я разговаривал с ним несколько раз. Однажды мы столкнулись с ним в подъезде, и я спросил, что за книга у него в руках. Это оказался Мильтон, «Потерянный рай». Мы с ним даже немного поспорили…

– Вот как? Любопытно!

– Это было действительно любопытно, инспектор, можете мне поверить. У парнишки в голове – мозги, и неплохие, очень неплохие!

Ребус задумался.

– Как вам кажется, профессор, он способен на

убийство?

– На убийство? Дэвид?!! – Девлин рассмеялся. – Мне кажется, подобный поступок для него недостаточно интеллектуален, если вы понимаете, что я хочу сказать. – Он немного помолчал, потом спросил: – Вы все еще его подозреваете?

– Вы сами знаете, как работает полиция, профессор. Мы подозреваем всех, покуда не будет доказано обратное.

– Мне почему-то казалось, что должно быть наоборот: человек считается невиновным, пока не будут найдены убедительные доказательства противного.

– Боюсь, сэр, вы перепутали нас с адвокатами. Так вы говорите, что почти не знали Филиппу?…

– Ну, мы, конечно, иногда сталкивались на лестнице, но, в отличие от Дэвида, она никогда не выказывала желания остановиться.

– Не снисходила?

– Пожалуй, я бы так не сказал, инспектор, хотя… Несомненно, она росла и воспитывалась в несколько, гм-м… разреженной атмосфере, если можно так выразиться. А вы как думаете? – Он задумчиво нахмурился, потом добавил: – Кстати, я держу свои деньги в банке, который принадлежит ее отцу.

– Означает ли это, что вы знакомы с Джоном Бальфуром?

Глаза старого профессора тускло блеснули.

– О нет, разумеется нет. Я не настолько крупный вкладчик, чтобы удостоиться подобной чести.

– Понятно. – Ребус кивнул. – Как продвигается ваша головоломка?

– Медленно, но в том-то и удовольствие, вы согласны?

– Никогда не увлекался подобными вещами.

– Зато я уверен, что вам нравятся головоломки, которые вам приходится решать по долгу службы. Вчера вечером я звонил Сэнди Гейтсу, он все мне о вас рассказал…

– Сдается мне, за вчерашний вечер «Бритиш телеком» здорово поднажилась.

Они обменялись улыбками и вернулись к работе над фотороботом. Примерно через час Девлин решил, что один из ранних вариантов был гораздо более удачным. К счастью, Тиббет сохранил их все.

– Да, вот этот, – подтвердил Девлин. – Разумеется, он далек от совершенства, но, я думаю, сойдет.

Он начал подниматься, но Ребус его остановил.

– Раз уж вы здесь, профессор… – Он сунул руку в ящик стола и достал оттуда толстый альбом с фотографиями. – Нам бы хотелось, чтобы вы взглянули на кое-какие снимки…

– Снимки?

– Фотографии соседей и друзей мисс Бальфур по университету.

Профессор кивнул, впрочем, без особой охоты.

– Метод исключения, инспектор?

– Что-то в этом роде, профессор. Или вы устали?

Дональд Девлин вздохнул.

– Как насчет чашечки некрепкого чая? Это поможет мне сосредоточиться…

– Чашечка некрепкого чая у нас, я думаю, найдется. – Ребус повернулся к Тиббету, который увлеченно орудовал «мышью». Наклонившись ближе, Ребус увидел еще один фоторобот. Человек на экране был копией профессора Девлина, только с козлиными рогами.