Воин

Макгрегор Кинли

– По крайней мере, они считают, что я по-прежнему одна, – шепнула ему Кэт.

Это было неплохо, но им все еще грозила опасность.

– Ты видела кого-нибудь из них прежде? – спросил лэрд.

Катарина посмотрела вниз и отрицательно покачала головой:

– Думаю, нет, но трудно сказать наверняка. При дворе моего отца много людей, а отсюда мне не разглядеть лиц этих воинов.

Шотландец выругался. Можно было бы попытаться сбежать, выскользнув через черный ход, но, скорее всего, это вызовет у солдат подозрение. Будь Локлан поумнее,

оставил бы беглянку им. Но это совсем не по-рыцарски, к тому же он дал ей слово.

– Думаю, лучше всего нам остаться тут, позволить людям короля обыскать городок, а затем уехать.

Кэт робко огляделась:

– Считаешь, они обшарят здесь все комнаты?

– Возможно.

Она расстроено выдохнула:

– Тогда я должна выйти к солдатам прежде, чем они сами найдут меня.

– Прости, не понял.

– Это будет благоразумно. Неизвестно, что они могут с тобой сделать, обнаружив нас вместе. Ну а я снова смогу от них убежать – уверена в этом.

Мак-Аллистер бросил полный сомнения взгляд на большой отряд, обыскивающий город. Да, эта девица – настоящее стихийное бедствие, но количество ее преследователей так велико, что даже он с трудом сумел бы от них скрыться.

– Я обещал доставить тебя к твоему дяде, и я это сделаю, – твердо произнес лэрд.

– А как же твой клан?

– Воины там, внизу, ничего не знают обо мне и моем народе. Если ты не расскажешь им, кто я такой, мои люди будут в безопасности.

– И ты сделаешь это для меня?

– Я держу слово. Всегда. Я обещал отвезти тебя к Бавелу – и отвезу.

Она улыбнулась ему:

– Я ошибалась в тебе, Локлан Мак-Аллистер. Ты вовсе не такой несносный, как я думала. Вообще-то, ты – настоящий герой.

Произнеся эти слова, Кэт остро осознала, как же красив этот горец. Пусть и небритый, с взъерошенными волосами, он все равно выглядел просто неотразимо. Она и представить себе не могла более привлекательного мужчину.

Под ее взглядом глаза шотландца потемнели, горящим взором он впился в губы Кэт так жадно, что она почти ощутила его уста на своих и то, как его тело прижимается к ней. Ее охватила дрожь и желание узнать, каково это – ощутить поцелуй этого мужчины.

Локлан начал медленно склонять голову к лицу спутницы, когда резкий стук заставил обоих вздрогнуть.

– По приказу короля, отоприте дверь!

Лэрд знаком приказал девушке молчать, а сам пошел открывать. Катарина сглотнула, со страхом ожидая того, что произойдет дальше.

Темноволосый воин с угрюмым лицом шагнул в комнату. Прищурившись, он сперва посмотрел на Кэт, затем оценил сложение и выправку Локлана, и раздражение разом исчезло с его лица.

– Прошу простить, милорд, но мне сказали, что вы называли особу, которая находится с вами, Катариной?

– Кто сказал?

– Женщина на улице. Она утверждает, что вы оба иноземцы.

Локлан по-прежнему изображал надменного человека, крайне недовольного вторжением солдата:

– И что с того?

– Я ищу королевскую дочь, Катарину. Нам

необходимо отыскать и вернуть ее, – воин кинул многозначительный взгляд на девушку, лицо которой приняло самое очаровательное выражение, на которое только она была способна.

– Послушайте, сэр, – произнесла Кэт, подражая шотландскому акценту Локлана, – уж теперь вы точно не думаете, что я французская принцесса, ведь так?

Она шагнула вперед и взяла Локлана под руку:

– Мне, конечно, это лестно, но, к сожалению, здесь лишь я и мой муж.

Солдат сдвинул брови:

– Но твое имя Катарина?

– Катриона. Полагаю, звучит похоже для французского уха, но это не одно и то же.

Королевский воин кивнул, на его лице отразилось облегчение:

– Я вас полностью понимаю. Прошу простить мое вмешательство.

Кэт, затаив дыхание, дождалась, пока этот человек не закрыл дверь, и до нее не донеслись его шаги, удалявшиеся по коридору.

Локлан посмотрел на нее сердитым вглядом:

– Откуда у тебя этот акцент?

Девушка наморщила нос:

– Внимательно слушала тебя и твоих братьев. У меня довольно легко получается

подражать.

– Полностью с тобой согласен. Мне на мгновение показалось, что ты родилась

с этим акцентом. А Катриона… Блестяще!

Кэт присела перед ним в реверансе:

– Я стараюсь.

Она увидела, как глаза горца снова вспыхнули огнем, но он извинился и оставил ее в комнате отдохнуть в одиночестве, удалившись так быстро, что Кэт даже не успела ничего ему возразить.

Поведение шотландца озадачило бы ее гораздо сильнее, если бы она сама не ощущала к нему такую же страсть. В нем было что-то настолько волнующее и вызывающее желание! Кэт едва сдерживалась, чтобы не заставить этого красавца ее поцеловать.

«Помни, что ты его ненавидишь, – твердила она себе. – Он – олицетворение всего, что ты терпеть не можешь в мужчинах».

Но при этом он по-доброму отнесся к незнакомому деревенскому мальчишке и защищал ее саму. А недостатки есть у всех. Просто у Мак-Аллистера их сверх всякой меры. С другой стороны, его положительные качества сглаживают несовершенства, и те уже не так бросаются в глаза.

Отбросив в сторону такие мысли, Катарина направилась к седельным сумкам Локлана, чтобы взглянуть, не найдется ли в них что-нибудь пожевать, пока готовится ужин. Она сбежала от своих стражей еще утром, и за весь день у нее во рту не было ни крошки, а потому, честно говоря, Кэт просто умирала от голода.

Когда девушка подошла к окну, ее внимание вновь привлекли солдаты во дворе. Внезапно ее сердце пропустило удар – она узнала одного из них.

Миль д’Анжу…

Кэт бросилась к кровати – подальше от окна. Зажмурившись, она прошептала короткую молитву о том, чтобы этот человек уехал прежде, чем она попадется ему на глаза. Ну почему именно он оказался здесь? Для чего благородному дворянину пускаться в путешествие вместе с простыми солдатами, пытаясь отыскать беглянку?