Воин
Шрифт:
Ариана снова застонала. Пресвятая Дева, можно ли умереть от этого наслаждения? Ее воля больше ей не принадлежала. Худые, сильные, поглаживающие пальцы ее похитили. Желание внутри ее было словно натянутый лук, и эти бесстыдные пальцы натягивали его все сильнее. Он познавал ее влажные тайны, находил все дивные точки наслаждения, и Ариану пронизывали конвульсивные волны удовольствия.
«Да, покажи мне свою страсть, красавица моя. Не удерживай ее…» Дыхание Арианы становилось все прерывистее, все чувства кружились, словно в вихре, сознание скрылось
Внезапно Ариана изогнулась от неистового желания, стремясь вверх, к пику, сгорая от безумия. Она всхлипнула и вцепилась в Ранульфа, потому что мир словно взорвался. Вскрикнув, устремилась она к его ладони, как будто охваченная языками пламени. Его рука обвила ее талию, поддерживая трепещущее тело…
После бесконечного мига, когда бушующий пожар утих, а тело слегка охладилось, Ариана обмякла и лежала молча, не в силах поверить, что участвовала в подобном бесстыдстве, что изгибалась и напрягалась под таким сильным желанием, от которого едва не лишилась разума. Ее отяжелевшие веки приподнялись, и Ариана постепенно осознала, что в комнате горит свеча, а сквозь щели в ставнях медленно вползают серые ленты рассвета.
Она в замешательстве моргнула, и щеки ее запылали. «Так это было на самом деле, а не во сне!» – вскричали ее чувства. Ранульф возбудил ее, сонную, и ласками довел до экстаза, хотя она этого не знала и не позволяла! Он овладел ее телом, показал, сколь велика его власть над ней.
Глава 9
– Провел хорошую ночь, милорд? – полюбопытствовал Пейн, когда Ранульф присоединился к нему в большом зале, намереваясь позавтракать.
Ранульф поморщился, взял из рук юного пажа деревянный кубок с медом и уселся на стул лорда.
– Принимаю это за ответ «нет», – сочувственно произнес вассал. – Леди Ариана оказалась не так уж и любезна?
– Если ты заботишься о своей шкуре, то перестанешь упоминать имя этой женщины в моем присутствии.
– И в самом деле, милорд, – дружелюбно ответил Пейн. – Мне есть чем заняться вместо того, чтобы спорить тут с тобой. Оставляю тебя с миром, и можешь заново обдумать свою стратегию по укрощению твоей Арианы. – Хлопнув Ранульфа по спине, он встал и пошел к двум рыцарям, только что вошедшим в зал.
С облегчением, оставшись в одиночестве, Ранульф уставился в высокую кружку с медом и начал обдумывать этот необычный случай.
«Клянусь святым распятием, – думал Ранульф, – не понимаю, какой властью обладает надо мной эта красивая ведьма, почему я ее так вожделею!»
Задуманное соблазнение пошло вкривь и вкось: он сам попался в расставленную для нее ловушку. Да, он пробудил под ледяной надменной оболочкой Арианы чувственную женщину, но потом сам чуть не сгорел в неугасимом пламени.
Хотя это стоило той боли. На несколько невероятных минут он сумел заставить
Ранульф подумал о грядущих сражениях, и опасная улыбка изогнула его губы. Они еще увидят, кто здесь победитель.
С этой утешительной мыслью он осушил кружку и потребовал еще меда – и как раз в этот миг Ариана ступила на возвышение, где стоял стол лорда.
На Ариане было богатое блио из розовой парчи, а под ним темно-синяя камиза. Ее волосы украшала накидка из узорчатого шелка, которую удерживал надвинутый на лоб тонкий серебряный обруч, а на изящных бедрах сверкал пояс из серебряных колец, отделанный драгоценными камнями.
– Твой наряд слишком роскошен для оруженосца, – пробормотал задумчиво Ранульф.
– Вы говорили, милорд, что сегодня я должна обратиться к полевым невольникам, повторив мой обет. Я подумала, что это самое подходящее одеяние.
Хотя это и не было правдой, но Ариана считала, что ложь ее оправданна. Она выбрала одно из самых своих лучших платьев не для того, чтобы произвести впечатление на невольников Кларедона, а чтобы укрепиться духом и сохранить хоть какое-то подобие самообладания. Пусть Черный Дракон Верней унизил ее своими порочными, переворачивающими сознание ласками, однако она по-прежнему остается леди и сохранила какую-то долю гордости. Если он надеялся, что она покорится ему безропотно, то здорово просчитался. Ариана не рухнет в экстазе у его ног, что Ранульф, похоже, принимает как должное.
Подняв кувшин с вином, Ариана наполнила его кубок, с радостью отметив, что руки ее почти не дрожат. Однако, наклонившись над столом, она почувствовала на своих ягодицах большую сильную руку.
Ахнув, Ариана подскочила, резко повернулась, и ее рука взлетела в воздух. Ухмыляясь, Ранульф схватил ее за запястье за миг до того, как ее ладонь соприкоснулась с его щекой.
– Не смейте меня так трогать!
Он посмотрел на нее снизу вверх с чувственным вызовом, а в янтарных глазах плясали дразнящие смешинки.
– Мне кажется, совсем недавно тебе очень нравились мои прикосновения.
– А мне кажется, что ваша хваленая доблесть как любовника сильно преувеличена, – парировала Ариана, сердито сверкая глазами.
Некоторое время веселое изумление в душе Ранульфа боролось с гордостью… и победило. Внутренне вздрогнув при этом умалении его мужских достоинств, он, тем не менее, не мог не восхититься храбростью девушки. Она осмеливается дразнить дракона, не опасаясь за свою шкуру, а ее серые глаза сверкали.