Ворон
Шрифт:
– Клянёмся, - хором ответили посвящённые.
Один из наставников подвёл Корвуса к столу у стены и заставил положить левую ладонь на столешницу. Парень сразу догадался, что он собирается делать, но не стал спорить или отдёргивать руку. Блеснуло острое лезвие ножа, а потом окрасилось кровью, и отрубленный мизинец отлетел в сторону. Другой наставник прижёг рану раскалённым железом.
Боли почти не было. Корвус чувствовал её, но как-то отдалённо, как будто все его чувства укутали в несколько слоёв толстых одеял. Он поднял левую руку и со всех сторон
Ну вот и всё. Теперь он полноценный Беспалый.
***
– Выпей, малыш, легче станет, - прозвучал скрипучий голос Морс, и в руки Корвуса опустилась деревянная чашка. От её поверхности поднимался пар. Корвус сделал глоток и почувствовал, как горячий травяной настой бежит по телу, согревая кровь.
На небе уже стали заметны первые признаки рассвета. Свежеиспечённые Беспалые сидели на траве у стены святилища и кутались в шерстяные пледы. Одеться им пока что ещё не разрешали.
– Чего мы ждём?
– спросил Гай.
– Увидишь. Проявления вашей новой сущности, - туманно ответила Морс. Больше никто ни о чём спрашивать не стал.
Корвус поднялся на ноги и отошёл в сторону, волоча по земле край пледа. Кровь бурлила в его венах, не давая сидеть на месте.
Мир, к которому Корвус привык за свои четырнадцать прожитых лет, стал каким-то другим. А, может быть, он сам изменился? Скорее всего, верно последнее утверждение.
Он чувствовал запахи. Тысячи, мириады различных ароматов и их оттенков. Влажная от росы трава под ногами, древесная кора и листья со стороны леса, запахи земли и камней, человеческого пота и крови. Запах Гая, Брена, Флора и Урсуса. Запахи наставников, запахи Морбуса и Морс. Корвус жадно втягивал ночной воздух, стремясь разобраться в новых ощущениях.
Его зрение обострилось до предела, так же как и слух. Мягкий шелест деревьев за оградой школы громом отдавался в его ушах. Его же движения были пружинисты и бесшумны. Корвус сжал ладонь в кулак и снова разжал, наслаждаясь силой своих пальцев. Он чувствовал, что если захочет, то сможет бежать быстрее оленя.
– Как ты?
– донёсся из-за спины тихий голос Фортиса. Этот звук не стал неожиданностью. Наставник двигался так же вкрадчиво, как и раньше, но теперь Корвус его слышал. И чувствовал его запах.
Юный Охотник обернулся и посмотрел в лицо своему наставнику, первому Беспалому, которого он повстречал. Ещё несколько часов назад Корвус ненавидел его. Он помнил, как клялся себе убить Фортиса за то, что тот делал с ним на посвящении, за то, что тот привёл его сюда, в эту школу. Корвус очень хорошо всё это помнил.
Но теперь ненависть ушла. На что злиться? Ведь это благодаря Фортису он стал теперь тем, кем стал. Да, Беспалый насиловал его, причинял боль и, в конце концов, убил, но зато Корвус вернулся гораздо более совершенным созданием. Сила, ловкость, обострённое восприятие, новые способности, которые кроются в его теле, - разве это не стоит пережитых мучений? Пожалуй, Корвус даже испытывал признательность к Фортису.
– Я в порядке, - ответил он.
–
Охотник улыбнулся. Сейчас, когда он снял маску, становилось видно, что для него эта ночь была такой же тяжёлой, как и для учеников. Вокруг чёрных глаз залегли тени, делая их ещё темнее.
– Я и не сомневался, что тебе понравится. Весь этот мир вокруг теперь твой. Ты можешь сделать с ним всё, что угодно.
Корвус задумался о том, что ему угодно в действительности. Он не врал, когда сказал, что доволен своим нынешним состоянием. И всё же среди спокойствия, которое владело им с момента воскрешения, вертелась некая навязчивая мысль. Некое воспоминание подспудно грызло его изнутри, не давая расслабиться.
Слова той женщины-трупа, стража на границе миров. Она говорила о том, что он не знает, кто он, и что половина его сущности запечатана. И ещё что-то о крови. Корвус соотнёс её слова с настойчивыми расспросами Сильвана, духа леса, о его родителях, а потом вспомнил, как тётки, с которыми он жил в детстве, тоже толковали что-то о печатях. Именно тогда они и поставили ему знак на лопатке - выдыхающего огонь змея.
Вся эта неопределённость рождала беспокойство. Корвус чувствовал острую необходимость докопаться до правды. Как он может быть окончательно свободным, если не знает, кто он?
– Страж на границе миров сказал мне кое-что важное, - заметил он, обращаясь к Фортису. Тот не выглядел удивлённым.
– Да, смерть часто приоткрывает нам завесу над многими тайнами. И что же сказал тебе страж?
– Для тебя это неважно, - Корвус не собирался откровенничать с наставником.
– Важно то, что мне нужно уйти отсюда. Я должен кое в чём разобраться.
Фортис даже не нахмурился.
– Ты хочешь уйти сейчас?
– спокойно уточнил он.
– Да. Чего ради задерживаться? Я уже прошёл посвящение, теперь я Охотник. Не понимаю, зачем нужны ещё два года.
– Если ты это сделаешь, ты очень пожалеешь, - предупредил Фортис. Он по-прежнему говорил спокойно, но Корвусу показалось, что наставник чуть напрягся.
– Послушай, я не могу принуждать тебя к чему-то, но я очень не советую уходить из святилища. Да, ты стал Охотником, ты получил способности, но ты ничего о них не знаешь. Если ты уйдёшь сейчас, то так и не научишься ими пользоваться. И те четыре года, которые ты провёл здесь, пойдут насмарку. Разве тебе не жаль потерянного времени, Корвус?
Всё-таки он был прав. Терять четыре года Корвусу определённо не хотелось. Юный Охотник постарался умерить своё нетерпение. Потом, он всё успеет потом, у него впереди много времени. А сейчас нужно сосредоточиться на новых способностях. Осталось подождать всего-то два года.
– Послушай, почему ты вообще так беспокоишься о моём образовании? Зачем привёл меня сюда?
– спросил Корвус, пристально вглядываясь в лицо Фортиса.
– Ты подобрал меня в грязном кабаке. У меня не было ни денег, чтобы заплатить за обучение, ничего. Только не надо заливать, что на тебя просто блажь нашла.