Ворон

Фергус

Вчера, когда парни приземлились после головокружительного полёта и приняли человеческий облик, Фортис торжественно открыл перед ними двери в башню посвящённых. Раньше это место было для учеников под строжайшим запретом. Теперь же им предстояло жить здесь, вместе с наставниками и девушками.

– Отныне эта башня станет вашим домом, - торжественно объявил Морбус.
– Вы должны заботиться за ней, следить за чистотой и порядком, самими готовить себе еду и обслуживать себя.

С этим напутствием ребята разошлись по комнатам и завалились спать.

Солнечный луч

скользнул по глазам Корвуса, и парень начесал на лоб чёлку. Слишком светло! Все его чувства были обострены до предела, зрение в том числе. Кажется, придётся переходить на ночной образ жизни.

Парень перевернулся на живот и упёрся взглядом в спинку кровати. На дереве было вырезано объявление, что постель принадлежит какому-то Клеосу, наверно, бывшему ученику. Корвус задумался о том, кем мог быть этот парень. Он должен был успешно пройти посвящение, раз жил в запретной башне. Интересно, где он сейчас?

Корвус пружинисто поднялся и потянулся, разминая мышцы. Если не считать чудесной лёгкости в теле, всё казалось совершенно обычным, таким же, как и раньше. Та же свободная чёрная одежда, те же волосы, падающие на лицо. Корвус попросил у Морс ножницы, но старая ведьма сказала, что стричься можно только тем, кто покидает святилище.

Та же узкая кровать, та же тумбочка, тот же шкаф, как и в его предыдущей комнате. Только раньше ребята жили все вместе, а теперь по двое: Брен с Флором, Корвус с Гаем и нелюдимый Урсус, который опять остался один. Отдельную комнату занимали Корникс и Вульпес. Всего семь человек, если считать девчонок.

И кстати о Гае. Как раз в этот момент сосед Корвуса по комнате приоткрыл дверь и просунул в щель лохматую голову с недавно порыжевшими волосами.

– Пора вставать, соня!
– жизнерадостно крикнул он. Звук громом отозвался в чувствительных ушах Корвуса.
– Морбус собирает всех во дворе. Если успеешь, можешь перехватить кусок хлеба с мясом внизу на кухне.

Урчание в животе напомнило Корвусу, что он не ел около суток. Охотник поспешно натянул одежду и побежал вниз, перепрыгивая через три ступеньки.

Остальные парни уже собрались на улице. Они сидели на траве, образуя кружок с белоглазым стариком в центре. Дожёвывая на ходу, Корвус присоединился к ним.

– Я позвал вас сюда по очень важному вопросу, - заговорил Морбус.
– Вы должны выбрать старшего брата.

– Старшего брата?
– с недоумением переспросил Флор.

– Да. Я уже множество раз повторял, что все вы братья и равны друг перед другом, но в каждой семье есть старший брат, который заботится о младших и защищает их. Он решает, кому пойти на охоту, а кому присматривать за хозяйством, следит, чтобы братья развивали свои способности, разнимает драки из-за девушек. Младшие же братья должны слушать и почитать его.

– Что?! Но ты ведь сам говорил о свободе! Ты говорил, что мы не обязаны повиноваться никому, кроме Некс!
– возмутился Брен. Корвус промолчал, хотя в душе был полностью с ним согласен.

– В моих словах нет никакого противоречия, Брен, - возразил Морбус.
– Старший брат не вождь и не предводитель. Он не приказывает, он лишь советует.

Пока вы учитесь в стенах нашего святилища, вы должны прислушиваться к его советам, но в дальнейшем вы вольны будете поступать по своему усмотрению. Итак, кто вам кажется наиболее подходящей кандидатурой?

Корвус оценивающе оглядел своих товарищей. По словам Морбуса выходило, что старший брат должен быть самым сильным, умным и магически одарённым из них пятерых. Магия легче всего давалась Гаю, но Гай никак не тянул на роль главного. Флор, впрочем, тоже. Нелюдимый характер Урсуса не оставлял ни малейшей возможности заботы о братьях. Пожалуй, из всех из них Брен был самым сильным, но временами он казался Корвусу непроходимым тупицей. Кроме того, княжич де Монтиум его безмерно раздражал.

– Решать вы будете голосованием, - продолжил Морбус после недолгого молчания.
– Повезло, что в этом году вас нечётное количество. Так выйдет быстрее. Корвус, кому отдашь свой голос ты?

Парень не ожидал, что старик обратится сразу к нему, поэтому непроизвольно нахмурился. Кому он отдаст свой голос? Но он не хочет никому подчиняться! Даже просто чужие советы вызывали внутри него волну сопротивления. С самого детства главным желанием Корвуса было самому решать, что и как ему делать.

– Себе, - ясно и отчётливо ответил он.
– Я голосую за себя.

После этих слов мгновение держалась тишина. Корвус чувствовал, как глаза других посвящённых скользят по нему, оценивая, размышляя, потянет ли он. Он ждал их вердикта.

– Флор, твой голос, - произнёс Морбус. Златовласый Охотник неуверенно переводил взгляд с Корвуса на Брена и обратно.

– Я выбираю Брена де Монтиума, - наконец ответил он.
– Потому что он единственный среди нас сын князя.

Ну конечно, Брен де Монтиум. Корвус так и думал, что княжич станет главным конкурентом. Что ж, один голос в свою пользу он уже получил. Осталось узнать, что решили остальные.

– Гай, а ты?
– прозвучал скрипучий голос Морбуса.

– Корвус, - без запинки ответил рыжий парень.
– Потому что он сильный, умный и магически одарённый. И ещё он мой лучший друг.

Это было неожиданно. Корвус помнил, что в первые годы обучения Гай трусил перед Бреном и безоговорочно признавал его авторитет. Неужели он теперь боится его, Корвуса? Или эти слова о дружбе действительно искренни? Они напомнили об Агнусе, и в груди Корвуса неожиданно родилось тянущее чувство печали.

– Урсус, - позвал Морбус. Угрюмый Охотник нахмурился, а потом произнёс, глядя прямо в глаза Корвусу.

– Ты действительно умный, сильный и магически одарённый. Но ты одиночка, как и я. Даже более чем я, ведь на самом деле тебе плевать на окружающих. Я помню, как ты ел сердце Агнуса в ночь посвящения. Мы все были подавлены, Гай даже плакал, один лишь ты показывал полнейшее равнодушие. А ведь Агнус был именно твоим другом. И гибель Тита в пещере кумо, помнишь? Если бы ты не велел нам разбиться на пары, он бы не погиб. Я не считаю Брена идеалом братской заботы и ответственности, но сейчас я голосую за него.